разводил ещё одно ведро, продолжал мочить газеты, пропитывая их аммиачным раствором. За окном стоял июнь, было жарко, газеты высыхали мгновенно.
Из серы от спичек и коктейльных трубок сделал, восемьдесят бикфордовых шнуров. Затем на такой самодельный бикфордов шнур, наматывал газету, что уже высохла, покрывшись желтоватым налётом и хрустела при этом. Газеты сворачивал в плотный, толщиной с кулак, рулон, в середине которого торчал бикфордов шнур.
Затем обматывал плотно скрученный рулон пищевой фольгой, а сверху для придания жёсткости прозрачным скотчем, оставляя отверстие с торчащим самодельным бикфордовым шнуром. Провозился два дня, зато получилось семьдесят четыре, длиной двадцать пять и шириной десять сантиметров, готовых дымовушек, по моим прикидкам этого должно было хватить чтоб не один подъезд наполнить густым и едким дымом.
Далее принялся за лифтовую шахту в третьем подъезде, перфоратором сверху сделал дырку в бетоне, чтоб я мог спокойно, с крыши пролезть в шахту. Во время работ естественно нашумел изрядно, приведя каннибалов в подъезде, в неистовое бешенство, их топот так сотрясал подъезд, что казалось, что произошло землетрясение, бетон вибрировал уходя из под моих ног.
Стал даже опасаться, выдержат ли лестницы подъезда такое количество бегающих по ним людей. В это же самое время приметил, что каннибалы не выбегают из подъезда на улицу в поисках меня, для меня стало ясно, что входная дверь внизу кем-то заботливо прикрыта, я даже знаю кем.
Лифт встал между первым и вторым этажом. С помощью оборудования, для восхождения по горам, я аккуратно спустился вниз тёмного туннеля, при этом испытывал жуткий страх, так как такая практика у меня была впервые. Темнота шахты немного успокаивала, ведь ты не видишь дна, но ощущение, что ты паришь над пустотой, даже бездной, словно спускаешься в ад ни как не проходило. Спустившись, сперва обеспечил себе нормальное освещение, электрических фонариков хватало, а затем снял с лифта тросы, ролики и блоки, пригодиться в будущем, поднял всё это добро на крышу. Подниматься было трудней и дольше, но гораздо менее страшно.
Далее спустился с перфоратором, и сделал в стене отверстие с лифтовой шахты на лестницу ведущую на второй этаж, чем опять привел каннибалов в бешенство. Так как поработать пришлось изрядно, бетон оказался твёрдым и сплошь переплетён арматурой с проволокой. Но так, как пробоина в стене находилась слишком высоко они не могли дотянуться до неё и помешать мне.
На следующий день, перенёс блочную систему для подъёма автомобилей, на крышу дома, закрепил её в лифтёрной, в подъезд номер три. Спустился на третий этаж второго подъезда, зацепил кошкой, разобранную мною в недавнем прошлом ниву шевроле, валяющуюся под окном, за заднею стойку.
Соединил с помощью хомутов трос с машиной к тросу ведущему к подъёмным блокам на крыше, его я заранее скинул, чтобы он как раз над вторым подъездом висел.
Поднялся опять на крышу, взялся за трос блоков, стал потихоньку сперва подтягивать ниву шевроле к третьему подъезду, а затем в течении часа поднял её на высоту шестого этажа, постоянно поглядывая, чтоб на машине лишних пассажиров не было. Ведь я точно не знал насколько быстро каннибалы могут залезть на верх по тросу или верёвке.
Нива висела как раз над козырьком, входной двери третьего подъезда, после чего я освободил трос, и машина с шестого этажа полетела вниз. Удар, скрежет метала, выглянул, козырёк накренился, но не упал, тогда я опять принялся поднимать машину наверх. Каннибалы возле дома наблюдали за мной, бегали вокруг, но не могли помешать моим действиям.
В свободное время отдыха постоянно высматривал Викторию с её стаей, было интересно как она отреагирует на всё, что я делаю, но она не появлялась. Ещё через час, ниву поднял немного повыше и опять отправил её в свободное падения, козырёк отвалился и упал накрывая собой входную дверь, туда же завалилась многострадальная нива шевроле.
При этом надёжно заблокировав входную дверь, теперь эту дверь практически невозможно открыть без специальной техники, а такого умения у сошедших сума каннибалов я не наблюдал. Даже Виктория со своими амбалами замучается разгребать эту канитель, в общем я был очень рад, даже более, почти счастлив, что моя идея сработала, теперь осталось дело за малым.
Немного отдохнув и собравшись с духом, спустил вниз по лифтовой шахте на крышу лифта, сумку полную дымовушек, а затем не торопясь спустился сам стравливая верёвку. Наверх, я должен был, подняться очень быстро, поэтому я установил противовес от лифта на ролик, с таким вариантом подъёма у меня уходило меньше сил, а скорость подъёма значительно увеличивалась, главное её контролировать с помощью зажима, иначе не успеешь остановиться вовремя, тогда беда.
Расположившись на крыше лифтовой кабины, я расстегнул сумку и приготовился осуществить задуманное. Где-то внутри в районе груди появилось не приятное чувство, я понимал, что если сейчас сделаю, то, что задумал, то убью одновременно больше сотни люде, это тяжкий груз и я после этого ни когда не буду прежним. Размышляя над этим, я оправдывал себя лишь тем, что не сделай я этого, моё существование окажется под угрозой, а я не хочу умирать, а значить все эти каннибалы заплатят своими жизнями, чтобы я жил. Философия проста, всегда кто то платит своими жизнями, что бы другие жили, так устроена жизнь на земле, не я это придумал и не мне это осуждать. Заведя себя такими размышлениями, я достал первую дымовушку и поджёг её. Как только дым пошёл из узкого отверстия сбоку, сразу же просунул селитровую убийцу в проём сделанный перфоратором, закинув таким образом в подъезд, на лестницу. Когда в сумке осталось меньше половины готовых дымовушек, почувствовал, что сам начинаю задыхаться и поэтому, по быстренькому поднялся на верх.
Наверху всё было в дыму, решётку в подъезде не было видно, я, кашляя, до блевотины, выскочил на крышу, судорожно отдышался, представляя какой сейчас ад твориться внутри подъезда. Чтобы не выпускать понапрасну дым, закрыл железную дверь лифтёрной на крыше, и прибил её гвоздями к косяку. Из всех щелей в двери вырывался густой, желтоватый дым, его густота поражала, а действие было столь раздражающее, что я уже через минуту видел лишь силуэты, постоянно кашляя, при этом находясь в метрах пяти от источника.
Я выглянул вниз с крыши, дверь в подъезд, обвалившегося козырька и нивы шевроле на боку не было видно, внизу всё заволокло дымом, разгоняя каннибалов вокруг. Из форточек, что были открыты в квартирах, так
