— Ладно, дружище, рад был тебя увидеть. Жаль, что не смогу подольше побыть с тобой и поболтать о том, о сём. Вечером вылетаю в Манчестер. Но мой номер у тебя теперь есть. Звони, если что. И это, подружись с братьями. Парни они хорошие, да и их батя не последнее лицо на острове. Бери интенсивные, желательно каждый день, уроки испанского, быстрее вольёшься в команду. На острове есть языковые курсы, наши бывшие соотечественники преподают.
— Я уже нашёл через наше представительство переводчика, который мне помогает с языком. Спасибо, Саня, что заехал. Поднял в команде мой рейтинг, — ухмыляясь сказал земляк.
— Да иди ты, сам знаешь куда. Рейтинг ему поднял, — ткнул я его кулаком в плечо. — На тренировках и на поле рейтинг свой поднимай. Чтобы к концу сезона в основе был. Ты меня понял?
— Буду стараться, Саня. Тебе тоже удачи в Манчестере.
Я тепло попрощался с Ленаром и братьями, у которых скоро должны были начаться занятия, и рванул к семье. Приехал, как раз, к обеду. В половину шестого мы с Леной попрощались с родными, и Виктор отвёз нас в аэропорт. Перед посадкой в самолёт, созвонился с мистером Гиллом, уточнив у него, кто будет нас встречать в Манчестере.
Перед входом в аэропорт опять натянул пониже капюшон футболки и надел тёмные очки. Виктор провёл нас до стойки регистрации. Там уже ждал представитель авиакомпании.
— Ладно, давайте прощаться. Как долетим, сразу же позвоню маме. Берегите её. Теперь уже увидимся на нашей свадьбе, через пару месяцев, — сказал я и пожал крепкую руку Виктора.
— Обязательно буду их беречь. Хорошего вам полёта и мягкой посадки.
Лена приобняла Виктора, чмокнула его в щеку, и мы пошли на посадку. Экипаж и бортпроводницы попались знакомые. Вместе с ними летал в Париж. Жена практически весь полёт занималась своей книгой. Я слушал музыку и листал журналы. Спустя два с половиной часа к нам подошла стюардесса и по-английски сообщила:
— Мы идём на посадку. Прошу вас пристегнуться ремнями безопасности.
Я понимающе кивнул, улыбнулся и мысленно потёр руки. Лена уловила моё настроение, сжала мою ладонь и, прижавшись ко мне, промурлыкала:
— Сашуля, наконец-то мы в Англии!
— Да, малыш! Мы на родине футбола! Здесь я стану поистине великим футболистом, выиграю английскую Премьер-лигу и Лигу Чемпионов.
— Хвастунишка! — улыбнулась жена и щёлкнула легонько меня по носу. — Здесь у нас родится наш первенец.
Лайнер начал медленно снижаться… Вот уже видны огни Манчестерского аэропорта… Негромкий гул, корпус начинает легонько трясти… И вот колеса касаются полосы. Самолёт ещё продолжает двигаться с сумасшедшей скоростью… Медленное торможение и остановка.
— Ну, здравствуй, Великая Британия! Я прибыл! — шёпотом по-русски произнёс я и поцеловал радостную Лену.
Глава 11
Великобритания. Манчестер; Португалия. Лиссабон. 15 — 26 сентября 2006 года.
— Итак, парни, повторяю ещё раз правила спарринга, — посреди боксёрского ринга стоял небольшого роста худощавый мужчина с большой залысиной на голове и торчащими во все стороны длинными волосами. Его звали Мик Клегг, и он был клубным тренером по физической подготовке. От одноклубников я слышал историю, что в двухтысячном году сам сэр Алекс пригласил в команду этого специалиста. И с тех пор, бокс стал частью физической подготовки всех игроков «красных дьяволов». — Криштиану всё уже знает, так что, рассказываю для тебя, Алекс. Удары разрешается наносить защищенной частью перчатки выше пояса в переднюю и боковую часть тела и головы. Запрещено бить в затылок, темя, область почек, ниже пояса, открытой ладонью, внутренней частью перчатки, предплечьем, локтем, ребром кисти, наотмашь, с полным поворотом, когда противник на земле, ногами, головой и плечами. Если вопросов нет, тогда по моему сигналу начинаете бой.
Тренер сделал несколько шагов в мою сторону и тихо спросил:
— Алекс, ты точно хочешь этого боя?
Посмотрев ему в глаза, я кивнул головой.
Тренер ещё раз внимательно проверил как застёгнут шлем и завязаны перчатки, отошёл на несколько шагов назад и громко скомандовал:
— Бокс!
Вся команда обступила ринг и с нетерпением ждала начала нашего поединка. Стоило им услышать команду тренера, как одноклубники тут же оживились, выкрикивая слова поддержки и оглушая свистом. Мне показалось, что чаще выкрикивали моё имя, нежели имя моего соперника. Я впервые в жизни вышел на ринг. И, если быть до конца честным, то никогда в своих жизнях мне не пришлось по-настоящему драться. Однако, никакого страха перед противником я не испытывал. Было только единственное желание, как можно быстрее и больнее настучать по «бубну» этому пижону, сбить с него спесь и высокомерие. Я прекрасно понимал, что португалец занимается боксом уже третий год и шансы одолеть его у меня близки к нулю. Криштиану ходил в любимчиках у Клегга и за эти годы многому успел у него научиться. Но меня уже не остановить… Нехер было выпендриваться передо мной на тренировках и нарочито грубо играть против меня в двухсторонках.
Пролетели первые десять дней моего пребывания в Манчестере. Акклиматизация в коллективе прошла, на мой взгляд, довольно успешно. Помимо Уэйна Руни, я быстро сдружился с французом Луи Саа и сербом Неманьей Видичем, который за полтора года своей карьеры в московском «Спартаке», успел неплохо изучить русский язык и был не прочь обновить свои знания, общаясь со мной почти всегда по-русски. Спасибо моему английскому дружку Руни, рассказавшего мне за эти дни всё, что он сам знал, о каждом одноклубнике и сотруднике команды. Я хоть знал теперь, что можно от каждого ожидать. Не могу сказать, что все игроки были мне безумно рады, но и явной неприязни никто не показывал, за исключением двух человек. И, как вы уже догадались, одним из них был самовлюблённый нарцисс КриРо, которому покровительствовал в клубе сам сэр Алекс. Пылинки с него он, конечно же, не сдувал, но старался создать все условия для его комфортного пребывания в команде. Вторым моим неприятелем стал заслуженный ветеран команды валлиец Райан Гиггз. Отличный футболист, но как человек… В общем, как-то сразу не заладились у меня с ним отношения. Он в этом сам был виноват. Не люблю наглых и бестактных людей.
С первого дня своего пребывания в команде понял, что дружба между мной и Криштиану Роналду вряд ли случится. Он элементарно ревновал меня к нашим болельщикам и всеобщему вниманию. С моим приходом в команду и местная пресса, и телевидение стали уделять мне намного больше внимания, чем ему. И это обстоятельство португальца просто бесило. Наверняка он считал себя главным любимчиком местной публики и звездой команды. А здесь вдруг пришёл такой облом! Нарисовался Я — хрен сотрёшь.
Теперь мы конкуренты и на поле, и в обычной жизни. Но в отличии от Криштиану, я не пытался выпячивать свою статусность, вёл себя скромно, не выпендривался ни в команде, ни перед фанатами, ни перед СМИ. Не было во мне такой гнилой черты, как показушничество.
Понятия не имею, как в боксе правильно держат руки, но, глядя на своего оппонента по бою, отзеркалил его стойку. Левой рукой прикрыл левую скулу, а правой подбородок. Я даже и не пытался атаковать первым, только следил за тем, как португалец немного раскачивается корпусом и кружит по рингу. Не успел моргнуть, как он сократил дистанцию и двойкой отработал мне в голову. Попытался ударить ему в ответку, но не тут-то было. Роналду отпрыгнул на недоступную для меня дистанцию. На его лице сияла довольная улыбочка. Всего за минуту я ещё трижды получил по кумполу и лишь однажды успел зарядить ему в корпус, да и то несильно.
Одноклубники начали ещё сильнее меня подбадривать и даже выкрикивать моё имя. Это придало мне немного сил, и я решился пойти в дерзкую атаку. Вот только это стало моей большой ошибкой. Нанося правой рукой удар, попал не в голову, а в перчатку Криша. Попытался достать соперника с левой, но не уследил за его смещением и пропустил скользящий удар снизу, который пришёлся мне в челюсть. Вроде бы этот удар называется апперкотом. Пошатнулся, но на ногах устоял. Если бы не шлем, точно в нокаут бы выпал. Переведя дух, почувствовал, как начинаю сатанеть от понимания того, что не могу противостоять португальцу. Терять было уже нечего. В честном бою мне его не одолеть. Значит, нужно брать его не мастерством, а нахрапом. И я кинулся на своего неприятеля!
