– Дэйв оставил так много всякой дряни, причем неизвестно кому. Хозяину пришлось бы возиться со всем этим. Но тут позвонил какой-то человек и сказал, что все заберет. В доме только об этом и говорят. А что знаете вы?
– Ничего, – вежливо ответила Ким и отключилась.
Она твердила Трэвису как ненавидит его манеру заявляться ни с того ни с сего и начинать командовать окружающими, но в душе была благодарна, что он спас ее от Дэйва. Неужели она согласилась бы выйти за Бормана? Неужели свадьба Джессы, ее счастье вызвали такую зависть в Ким, что она сказала бы «да» только из-за…
Она не хотела думать о том, что могло случиться.
Когда Ким остановилась на парковке Джо, зажужжал ее телефон. Пришло сообщение от ее брата вместе с прикрепленным файлом. Ким поколебалась, прежде чем открыть его, поскольку знала, что там может быть. Но она должна увидеть правду!
Ким нажала на кнопку и сразу увидела фото неотразимо роскошной женщины по имени Лесли. Заголовок гласил:
«Свадебные колокола для Максвелла?» В статье рассказывалось, как прекрасная модель давно встречается с супербогатым сыном Рэндалла Максвелла.
«Трэвис, супербогатый, суперкрасивый, никогда не встречался с женщиной дольше шести недель. Но он и шикарная Лесли вместе уже почти год. Можем ли мы рассчитывать на свадьбу, подобной которой еще не видел мир?»
Дочитать присланную статью она так и не смогла. Уже прочитанного было более чем достаточно.
Когда она вышла из машины, Джо стоял в дверях, раскинув руки. Будь отец дома, она поехала бы к нему. Но отец Джессы был почти так же хорош.
Она рыдала у него на плече, потом Джо заказал пиццу и двойные порции колы, и достаточно коричных палочек, чтобы откормить половину Эдилина. Ким плакала и ела. Покончив с едой, поплакала еще немного.
– Не пойму, почему он лгал мне, – всхлипывала она.
– Борман или юный Трэвис? – осведомился Джо.
– Трэвис. Дэйв… он обычный человек и поэтому, естественно, лжет.
Джо поднял брови, но промолчал. Имея дело с детьми противоположных полов, он усвоил один неоспоримый факт. Если Джои приходил со своей проблемой, просил помочь найти решение. Но если проблема была у Джессы, она хотела одного: чтобы Джо выслушал. И никаких советов. Хотя Джо мог спокойно высказать Трэвису все, что думает, все же не смел ничего предложить Ким.
– Он лгал во всем. С самого первого дня. Я была абсолютно честна с ним. Но слышала от него сплошное вранье.
Джо едва удержался, чтобы не закатить глаза. Трэвис говорил о Ким почти то же самое. Заявил, что она не сказала про своего парня и приукрасила историю насчет пропавшего кольца. Но Джо и тогда ничего не сказал. Индикатор на мобильнике вспыхнул снова. Трэвис.
На девятом непринятом вызове Джо извинился, вышел, но скоро вернулся. Ким по-прежнему рвала и метала.
Джо хотел помочь ей, но не знал как. Он поговорил с Трэвисом. Тот был в ужасном состоянии и твердил, что хотел только убедиться, что с Ким все в порядке.
– Она так разозлилась! Ей не стоило вести машину. Я боялся, что она угодит в аварию.
– Полагаю, это означает, что ты поехал за ней.
Молчание Трэвиса было достаточно красноречивым.
– Что ты предпринял насчет этого уик-энда?
– Уик-энда? – переспросил Трэвис таким тоном, будто успел обо всем забыть. – То есть в Джейнс-Крик?
– Не ходи вокруг да около, мальчик! Что ты предпринял?
Трэвис осторожно рассказал о том, как снял все свободные номера в двух гостиницах городка.
Джо тихо присвистнул.
– Это твой па научил тебя распоряжаться жизнями всех и каждого?
– Думаю, это врожденное, – мрачно заметил Трэвис.
Джо чуть не засмеялся.
– Я уговорю Ким поехать в этот город, но там ты действуй по своему разумению. Подумай, сумеешь ли?
– Но Ким сказала, что больше никогда не захочет меня видеть! – с отчаянием воскликнул Трэвис.
Джо раздраженно фыркнул:
– И это тебя остановит? Неужели ни одна женщина ни разу не велела тебе проваливать?
Для него вопрос был чисто риторическим, не требующим ответа. Ну, конечно, женщины всегда говорили мужчинам нечто подобное!
– Нет. На самом деле нет. Никогда.
– Да в каком мире ты живешь? – пробормотал Джо и уже громче сказал: – Все потому, что Ким видит тебя, а не имя Максвеллов. Попытайся быть с ней самим собой.
– Но… – начал Трэвис, – вы позаботитесь о том, чтобы она благополучно вернулась домой?
– Конечно, – заверил Джо и отсоединился. Глубоко вздохнул, несколько минут любовался звездами, жалея, что с ним нет Люси, и вернулся в магазин. Придется говорить фразами, которые женщины обожают слышать. Каждая мужская хромосома в Джо сопротивлялась этому, но он должен все сказать.
– Кимберли! – объявил он, входя. – Думаю, тебе нужно сделать что-то хорошее и для себя. Позаботиться о себе. Подарить уик-энд подальше отсюда. Сделай маникюр, купи себе новые туфли.
Интересно, попадется Ким на удочку? Джесса сразу бы поняла, что отец что-то затеял. А как поступит Ким?
Несчастное личико девушки немного повеселело.
– Думаю, вы правы. Я не буду отказываться от комнаты. Поеду в Джейнс-Крик и проведу весь уикэнд, думая о своих украшениях и своих предках. Больше никаких мужчин.
Она подошла к Джо и поцеловала в щеку.
– Понимаю, почему Джесса так вас любит.
Она продолжала улыбаться, хотя глаза были все еще красны.
– Спасибо за все.
Она направилась к входной двери, а Джо тяжело уселся в большое кресло. Когда это он стал человеком, решающим любовные проблемы других людей? Он и свои-то решить не в силах!
Джо поспешно вынул телефон и позвонил Люси.
– Где ты? – спросила она. – Я минуту назад вышла из ванны, и на мне только…
– Люси, – твердо сказал он, пока еще хватало храбрости, – думаю, нам с тобой пора поговорить о твоем сыне. И о твоем муже.
Она немного поколебалась:
– Хорошо. Я тебя жду.
Джо шумно выдохнул и разом обмяк.
– Так что там на тебе надето?
В эту ночь Ким честно старалась заснуть, но в голове теснились тревожные мысли. А когда удавалось забыться, снилось, что Трэвис уходит. Молча, как много лет назад.
Она встала в два, хотела согреть молока, но вместо этого налила в стакан немного односолодового виски. Попыталась смотреть фильм, но так и не поняла содержания. Твердила себе, что абсурдно сравнивать то, что сделал двенадцатилетний мальчик, вместе с матерью скрывавшийся от властного отца, с поступками взрослого человека. И если на то пошло, он имел полное право не называть настоящего имени. До него Ким не знала известных людей, которым приходится иметь дело с папарацци, так кто она такая, чтобы судить?!
Но как бы она ни уговаривала себя, какие бы разумные доводы ни приводила, все равно чувствовала себя преданной.
