— Неужели он должен меня слепить? Я думала, они дают клятву не навредить.
Он не сопротивляется, когда я опускаю руки и пытаюсь ударить доктора. Даже когда он нажимает на ребра, вызывая боль.
— Ладно, это больно, — говорю я доктору, чье лицо похоже на большую черную точку. — Вам не нужно так сильно нажимать.
Он продолжает ощупывать все ушибленные места, я чувствую себя, как один сплошной ушиб. Спасибо за помощь, док.
— Я не думаю, что у нее есть сломанные ребра. Опухоль пройдет через день, если нет, вы должны позаботиться о ней. Шлем защитил, но может быть сотрясение мозга, рвота и тошнота. Время — это ваше лучшее лекарство. Я рекомендую постельный режим один день, а затем отдых в течение следующей недели.
— Неделя? — я кричу. — Ни в коем случае.
Я с трудом выпрямляюсь, борясь с головокружением и тошнотой.
— Следите за усилением головной боли, сонливостью, рвотой.
— Нужно ли мне будить ее каждые два часа? — спрашивает Йен, игнорируя меня.
— Нет. Контролируйте симптомы. Если будут ухудшения, нужно будет отвезти ее на осмотр.
— Спасибо, Роджер, — Йен показывает ему в сторону двери.
Я впадаю в беспокойный сон, и, когда просыпаюсь, то вижу, как Стив прислоняется к длинному, низкому консольному столику, прижатому к стене.
— У вас есть телефон? — спрашиваю его. Позади него висит гигантский телевизор. Время в нижней части экрана показывает, что я спала три часа. Он смотрит на меня как на сумасшедшую, но я не вижу телефона. Здесь должен быть какой-то стационарный телефон.
Пошатываясь, я двигаюсь к двери, где исчез Йен и доктор. Снаружи — длинный коридор со стеклянными перилами, выходящими на главный этаж, где я впервые увидела Йена Керра. Стив идет позади меня, не останавливая, но и не выпуская из вида. На этом этаже, похоже, есть и другие комнаты, поэтому я брожу по коридору. Следующая дверь открыта, и там есть телефон. Бинго!
Я быстро вхожу в комнату, не замечая шкафов от пола до потолка с одной стороны, а с другой — несколько мониторов, которые показывают новости со всего мира. Набираю номер. В трубке слышатся два гудка, и мой начальник отвечает:
— Служба доставки Нила, своевременные и тактичные курьеры для всех ваших нужд в городе, чем могу помочь?
— Г-м, привет, Нил, — говорю я, съеживаясь и предугадывая, что будет. — Это Тайни Корри…
Я даже не закончила произносить свою фамилию, когда он начал кричать.
— Где тебя черти носят? Мне пришлось перенести сегодня утром пять доставок!
— У меня была небольшая неприятность, но я буду через пятнадцать минут.
Если я буду ехать на велосипеде быстро, то смогу добраться до офиса в центре города за пятнадцать минут. И тогда я понимаю, что мне понадобится шлем, так как мой треснул. Нил не разрешает работать без шлема из-за страховки. — Я буду через пятнадцать минут.
— Угадай, что? Ты можешь взять шестьдесят минут, чтобы добраться сюда, потому что я тебя уволил.
Он бросает трубку. Я с тревогой смотрю на телефон в руке, не совсем понимая, что там происходит. Я звоню повторно.
— Послушай, Нил, — я пытаюсь объяснить, прежде чем он ответит. — Я упала с велосипеда и ударилась головой, но обещаю, что буду прямо сейчас. Я должна получить новый шлем. Клянусь, не больше пяти, может быть десяти дополнительных минут.
— Привет, Тайни, это Сандра. Нил ушел.
Это к лучшему, Сандра может назначить мне доставки, я их выполню, и Нил остынет.
— Извини, что завалила сегодня работой. Упала с велосипеда, — объясняюсь я. — Буду через тридцать минут. Ты можешь назначить меня на вечер, и я возьму утреннюю смену.
— Не могу, — ответила Сандра. — Нил этим утром удалил твое имя из системы. Я не хочу тебе это говорить, но он жаждал этого с тех пор, как твоя мама заболела. Он не мог, потому что каждый подумал бы, что он осел. И ты знаешь, мы все думаем, что он идиот, но так как ты пропустила день на прошлой неделе и сегодня не появилась утром, он чувствует власть. Сожалею. — Я слышу звонок телефона на заднем плане. — Я должна бежать. Держись.
Гудки прерываются звуковым сигналом, когда я понимаю, что на линии больше никого нет. Йен тянется, нажимает на кнопку отключения на базе и забирает у меня трубку.
— Классный телефон, — комментирую я.
— Спасибо, но я его не выбирал, — Йен вытаскивает меня из офиса обратно в спальню. Стив не смотрит мне в глаза, видимо, наблюдать за тем, как кого-то увольняют по телефону, не так приятно.
— Не выбираешь свою одежду или свои телефоны, да?
Нет смысла ругаться с ним, когда он подталкивает меня к кровати. Я спокойно сажусь, наклоняюсь и снимаю кеды, затем носки.
— Нет. Мне нравятся хорошие вещи, но я не хочу тратить свое время на их приобретение, поэтому и нанимаю людей, чтобы они это делали за меня.
Как я.
— Но не все, — цежу я, вырываясь из его рук, когда он пытается снять мою рубашку. Движения заставляют меня вздрогнуть.
— Позволь мне помочь, Тайни, — говорит он.
— Твой доктор это уже сделал.
Я скольжу под одеяло и притягиваю его к подбородку. Йен садится на край кровати, и я впервые вижу, что он в темно-синем костюме еще с утра. Тот, кто одевает Йена, прекрасно знает свое дело. Пиджак отлично сидит на его плечах. Под ним белоснежная рубашка с пятнами крови на ней. Моя кровь? Я прикасаюсь к виску и нащупываю там повязку. Наверное, меня перевязали, когда я… отдыхала ранее.
Йен отдергивает одеяло, а затем вздыхает.
— Ты не в состоянии сейчас спорить, поэтому поспи, но мы не закончили этот разговор.
Позже я уйду, но не говорю об этом Йену. Я закрою глаза, немного отдохну, а потом, когда он уйдет, уйду и я. Может быть на следующей неделе я удвою количество поставок Малкольма. О, дерьмо, моя последняя поставка. У меня было пять, а я сделала только четыре.
Я подрываюсь.
— Где мой пакет? — поднимаю одеяло, соскальзывая с кровати, и бегу к лестнице, когда Йен ловит меня.
— Он внизу. Стив уже снял с доставки твой последний пакет. Я позвонил и оставил сообщение Малкольму. Но я еще не разговаривал с твоей мамой, — говорит он спокойно, пытаясь отвести меня от лестницы. — Подумал, что ты захочешь поговорить с ней сама.
— Хорошо, — бормочу нелюбезно я.
Чем раньше я лягу, тем быстрее уйду. Возле двери в спальню я останавливаюсь и отталкиваю его от себя.
— Мне нужен отдых и покой, — повторяю приказы доктора насмешливым тоном. Он качает головой, но отходит. В ванной снимаю с себя рубашку, затем шорты. На правой стороне ребер большой синяк и царапина на левом плече. Слева травма от падения с лестницы, но с правой стороны? Это результат наркотиков.
— Я убью его.
Вздрогнув, я прикрываю свою голую грудь, что глупо, так как Йен видел меня обнаженной, но его присутствие неожиданно.
— Я сказала тебе держаться подальше.
Он подходит к двери и открывает бельевой шкаф, доставая что-то похожее на аптечку и кидает ее на столешницу.
— Ты сказала, что тебе нужно отдохнуть и успокоиться, а не мне держаться подальше.
— Об этом говорит закрытая дверь.
Я натягиваю сброшенную рубашку, морщась, когда ткань трется о царапины и синяки.
— Надень это, — приказывает он, кидая мне белую майку. Она выглядит комфортнее, чем моя байковая рубашка. Отвернувшись, я скидываю рубашку и натягиваю майку. Она с v-образным вырезом, а учитывая ее большой размер и мою тонкую шею, вырез глубокий.
Йену должно быть нравится, так как он довольно хмыкает.
— Серьезно? — я стреляю в него взглядом.
В ответ он пожимает плечами.
— Я чрезвычайно увлечен тобой. Даже несмотря на то, что ты избита, ранена и зла на меня, все равно выглядишь сексуально в моей одежде. Теперь вытяни шею, чтобы я мог обработать твои ссадины.
Я делаю так, как он говорит только потому, что не выйду из ванны, пока он не намажет царапины. Его пальцы касаются моей раны, нежно поглаживая кожу. Подушечки пальцев двигаются возле ссадины, спускаясь ниже. Он хватает мою руку и кладет себе на грудь. Под хлопковой рубашкой я чувствую, как бьется его сердце.
