— Да, — опустив голову и выказывая покорность, сказала Черепаха.
— Можешь идти и подумай хорошо, нужно это тебе или нет.
Девушка гибко поднялась и, продемонстрировав подчинение младшего старшему поклоном, направилась к двери.
— Да, — сказал я ей уже в спину, — Койот позови, только чтобы Старик не слышал.
Она кивнула:
— Да, Вожак, как скажешь. — И, широко улыбнувшись, добавила: — От меня избавиться тебе все равно не удастся.
Глава 10
ЖИЗНЬ НА РАВНИНАХ
Мы подъехали к знакомому дому и остановились. Я осторожно, чтобы не потревожить Найденыша, слез с коня и постучал в калитку. Не дожидаясь, пока кто-то услышит, мысленно позвал Зою. Как ни старался, я так и не заметил ее появления. Только что ее не было, а теперь стоит и внимательно смотрит. Краем глаза я увидел, как Черепаха вздрогнула, значит, и она не увидела появления домовой.
Зоя осторожно потрогала меня рукой, проверяя что-то свое, и разрешающе сдвинулась, освобождая дорогу во двор. При этом она так же внимательно изучала каждого проходящего мимо, включая коней. Я услышал знакомое тихое жужжание со стороны Черепахи. Если мыслеречь обращена не к тебе, все равно не услышишь, о чем говорят, сплошной шум, вот только каждый оборотень различает его по-своему. Кто-то свист, кто-то невнятный разговор, кто-то вместо звуков видел, как искры летят, — у всех по-разному. У меня постоянное жужжание, как от комара. Сейчас Черепаха явно пыталась заговорить с домовой, но ответного жужжания я не услышал.
Я осторожно присел перед Зоей на корточки и, развернув приготовленную тряпку, протянул ей подарок. Нож был сделан из дерева, как раз под ее или похожую руку. Если не знать, он казался детской игрушкой, но Зоя знала.
Она тронула маленьким пальчиком лезвие, и выступившая капля крови моментально впиталась в дерево, не оставляя следа. Такие ножи не изготавливались на продажу. Надо было просить духа дерева-дома вырастить его, и не каждый еще соглашался. Нож вырастал из ствола в уже готовом виде и через два-три дня сам отламывался. Лезвие легко пробивало толстую доску или тонкий лист металла и не нуждалось в заточке. Пользоваться им мог только хозяин, поделившийся кровью с ножом, у любого другого он превращался в бесполезную деревяшку. Зато и стоил он немало.
Зачем дереву деньги? Оно хотело, чтобы я посадил новый саженец от него, а это не такое простое дело было. Рощи стояли не абы как, места, где сажали новые, должны были отвечать массе необходимых признаков — вроде наличия поблизости путей миграции диких животных, воды, подходящей почвы, места силы, где сходились энергетические линии, и, что хуже всего, общего разрешения Совета пауков. Тут уж изрядно повезло с вовремя состоявшейся Войной — я имел место, куда посадить свой Клан. А подарок нужен был не стандартный, очень уж мне хотелось договориться с домовыми о переселении.
От Зои явно повеяло чувством одобрения и удовольствия. Она демонстративно поклонилась, благодаря меня, и испарилась в неизвестном направлении. Отследить уход в очередной раз не удалось, невзирая на новообретенные способности. Я поднялся и увидел, как с крыльца одним прыжком соскочил Рафик. Радостно заключая меня в объятия, он заорал:
— Живой! А мы-то не поняли, что случилось. Вдруг вскочила и за дверь, ничего не говоря.
Возле открытой двери стояла Лена, держа в руках карабин. Она тоже спустилась и, повесив его на плечо, обняла и поцеловала меня в щеку. Какое-то время мы радостно тискались, потом я отстранился и, вспомнив свои обязанности, приступил к знакомству.
— Это хозяева, и зовут их Рафик и Лена. Они муж и жена, — указывая на друзей, произнес я. Затем, повернувшись к своему сопровождению, сказал: — А это Черепаха. Не моя жена и даже не моя девушка. Она маг-лекарь и по совместительству мой учитель.
Девушка кивнула и мысленно напомнила: «Ты обещал». «Я помню», — также мысленно ответил я.
— Очень приятно, — сообщила она вслух вежливо.
— Это…
Кошка, разлегшаяся возле крыльца, уселась на задницу и, протягивая лапу, произнесла «Мави», явно самопредставляясь. Голос шел не из пасти, а от ошейника. Рафик с обалделым видом пожал лапу, и она шумно принюхалась.
— Оч приятно, — сообщила она. И тут же с вопросительной интонацией поинтересовалась: — А в туалет?..
— Можно, — поспешно сказал я, — только осторожно, ничего не поломай.
Кошка, кивнув совсем по-человечески, скользнула мимо Лены и зашла в дом.
— Воду она тоже спускает? — с интересом спросил Рафик.
— Не волнуйся, если вы ничего не меняли, то у тебя там не цепочка, а ручка. Как раз для подобных случаев. Спустит. Это мой добровольный телохранитель, работает не за деньги или мясо, а чисто из уважения. А Мави — это Красотка в переводе.
Я снял рюкзак и продемонстрировал сидящего в нем ребенка:
— А вот это мой сын. Как это правильно — не биологически, но фактически. Мы с Рафиком пойдем лошадей расседлаем, а вы, девушки, заходите в дом. — При этом вручил рюкзак Черепахе. — Да, мой ноутбук с дисками у вас сохранился?
— Конечно, — кивнула Лена.
— Научи, пожалуйста, ее с ним обращаться, пока время есть, потом я вам все расскажу, сразу двоим, чтобы не повторяться.
Пока мы с Рафиком загоняли лошадей в конюшню, расседлывали и снимали сумки, я рассказывал ему о кошке:
— Она не животное. Ум как у человека лет пятнадцати, все прекрасно соображает, только говорить не может. Я ее специально русскому не учил, она просто сидела рядом и до сегодняшнего дня даже не показывала, что понимает. А тут «Оч приятно». — Я усмехнулся. — У нее не те голосовые связки, и вообще пасть для нормальной речи не приспособлена. Зато на ошейнике у нее усилитель, соединенный с переводчиком. Расшифровывает звуки гортани и преобразовывает в человеческую речь. Результат не идеальный. Иногда без привычки понять трудно, но все равно лучше, чем было раньше, когда пользовались системой жестов. Этот ошейник тоже Вещь, но очень специфическая, только для этого и предназначена. Если такой ошейник есть, а видно его сразу, значит, это не зверь, и за ущерб будешь отвечать, как за причиненный человеку.
Рафик как раз тащил очередную сумку к выходу, но тут остановился и внимательно посмотрел на меня.
— Ты хочешь сказать, где-то там, — он неопределенно покрутил рукой, — таких много?
— Ну не так чтобы очень много, но бывают. У меня пятеро. Есть еще два волка, медведица и лис. Все молодые, кроме медведицы. Мави еще трех лет нет.
— В смысле?
— Ну разум-то у них человеческий, а физиология животных. На четвертый-пятый год пора рожать наступает. Живут они всего лет тридцать, не больше, вот и компенсируется им малый возраст детским поведением и разумом. Никаких рефлексий и философий, сплошные игры и шалости. Наши проблемы ей до одного места, если есть еда и кто-то вроде меня, который скажет, что хорошо и что плохо. Зато убить для нее никаких проблем — сама без причины не бросится, но защита своих — это первый закон жизни.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
