Читаем без скачивания Дюжина лазеек (СИ) - Орлова Анна

Я подумала немного... и показала ей язык.

Да-да, я взрослая серьезная женщина. Адвокат. А нечего тут!..

Уже по дороге в суд я с досадой обнаружила, что оставила в офисе кое-какие документы. Пришлось за ними заезжать, хотя с большей охотой я заглянула бы в гости к тигру-людоеду.

В консультации дежурила Фарлай Фейруларс - грузная гоблинша в летах и со скверным характером. Обычно в досье к этому прилагается «не замужем» или «разведена», однако Фарлай давным- давно окрутила коллегу, которого теперь надежно держала под каблуком своих туфелек сорок пятого размера.

Меня она поприветствовала подозрительным взглядом, явно выискивая повод затеять очередную склоку. Откровенно говоря, я стараюсь вообще не пересекаться с Фарлай, но не всегда получается.

Вежливо поприветствовав коллегу, я тут же заперлась с четой Русовых во второй комнате, хотя это меня не спасет: Фарлай воспринимает чужих клиентов как личное оскорбление.

- Работа кипит? - язвительно поинтересовалась коллега, скрещивая на груди монументальные руки. - А ты все цветешь!

- Спасибо! - Я постаралась принять доброжелательный, но очень занятой вид. Мол, никак не могу остаться дольше, чем на несколько минут. И соврала: - Ты тоже хорошо выглядишь...

- Но ты явно поправилась! - безжалостно продолжила она, сердито блестя глазами. - И седина вон у корней поблескивает... Какая интересная сумка! Бабушкино наследство?

- Прабабушкино! - «призналась» я и добавила доверительно: - Между прочим, это теперь модно. Называется «винтаж» и стоит немалых денег.

Пока коллега хватала ртом воздух, соображая, чем бы еще меня уязвить, я демонстративно взглянула на часы и заторопилась.

- Ой, извини, мне пора. Совсем опаздываю! - И рванула к выходу, уже с порога пожелав: - Счастливого дежурства!

Толпа у суда была похлеще, чем когда слушалось дело дракона и девственницы.

хель возвышалась над скопищем людей, как одинокая сосна среди подлеска. При виде меня она с явным облегчением чуть расслабила плечи. Неужели боялась, что я не приду?

- Я тут! - прогудела она и торжествующе помахала папкой, которая выглядела в ее ладони не крупнее листа блокнота.

- Вижу, - пробормотала я, пробираясь сквозь толпу.

Судя по неприязненным взглядам, немалую ее часть составляли истцы, свидетели и сочувствующие. Впрочем, и просто желающих поглазеть на хель было много.

хель была как всегда немногословна. Сунула мне папку и буркнула:

- Вот!

Я пролистала бумаги (кое-что заставило меня высоко поднять брови) и с трудом сдержала широкую улыбку. Шемитт все-таки выполнил свое обещание! А что лично не пришел... По правде говоря, я была этому только рада.

- С этим, - я понизила голос, чтобы нас не расслышали, - мы можем попробовать обойтись вообще без рассмотрения дела.

- Ну, попробуйте, - пожала широченными плечами хель. - Не согласятся.

Я не стала интересоваться причинами столь пессимистичного настроя. Нашла взглядом коллегу - о, знакомое лицо! - и направилась к нему. Адвоката в толпе клиентов можно узнать без труда, особенно если глаз наметан.

- Добрый день, господин Стахов. - Я чуть улыбнулась. Кажется, мне повезло. С коллегой мы несколько раз сталкивались в процессах, и я оценила его ум и манеру не лезть на рожон без нужды. - Если не ошибаюсь, вы представляете интересы истцов по иску к хель Мист- иссе?

- Вы не ошибаетесь, - ответил флегматичный господин средних лет, чуть наклонив уже полысевшую голову. - Добрый день, госпожа Орлова.

- Я хочу предложить урегулировать дело миром, - с места в карьер начала я. - Как вы на это смотрите?

Он покосился на стайку клиентов - степенная гномская семейная пара, бабка с клюкой и молоденькая гоблинша - и поинтересовался:

- Ваши предложения?

Я не стала ходить вокруг да около.

- Вы просите оставить иск без рассмотрения, и подписываете согласие на расселение. В ближайший месяц-два все жильцы получат отдельное жилье.

Коллега оглянулся на разом загомонивших клиентов и извинился.

- Простите, нам нужно обсудить.

Я только кивнула. Ясно же, что такие решения адвокат за клиентов принимать не вправе.

Коллега негромко что-то объяснял, они экспрессивно высказывались.

- Как это - переехать? - возмущалась гномская пара. - Мы уже обои поклеили, и окно поменяли, и линолеум в коридоре. И что, это все кому-то оставить?

- Мне до работы добираться пять минут, - поддакивала гоблинша. - А вдруг переселят на другой конец города?

Бабка же потрясла клюкой.

- И что, хелька эта тоже квартиру получит?! В глаз ей, а не квартиру! Пусть выметается, а то ишь!

Под взглядом Мист-иссы я лишь развела руками.

Типичное «хотелось как лучше, а получилось как всегда».

Судья Мерциларс оглядела взволнованное стадо истцов и их поводыря-адвоката и вопросила сурово:

- Стороны не пришли к мировому соглашению?

- Нет, ваша честь, - развел руками коллега Стахов.

Он честно уговаривал клиентов усмирить эмоции и послушать наконец голос разума. Тщетно. Соседи, как это часто бывает, хотели отплатить хель разом за все.

Гоблинша припомнила ей зеркало в ванной, которое хель перевесила повыше. Теперь гоблинша видела только отражение своей макушки, гномам же и вовсе приходилось пользоваться скамеечкой.

Гномы также возмущались распахнутыми окнами и балконом.

Бабку бесила манера хель жарить селедку на завтрак и перегородившие коридор лыжи.

Обиды и претензии бурлили, выплескивались грязевым фонтаном и напрочь заглушали доводы рассудка.

- Тогда приступим, - вздохнула судья и стряхнула налипшую на нижней губе крошку. - Начинайте, представитель истцов.

- Уважаемый суд, - начал коллега в манере, которая выдавала, что работает он много лет. Обращение «ваша честь» ввели в обиход относительно недавно, и адвокаты со старой закалкой часто придерживались старого «уважаемый суд». Впрочем, ошибкой или нарушением это не было, напротив, многие судьи тоже предпочитали этот вариант. - Мои клиенты вынуждены были обратиться с иском, поскольку их совместная жизнь в одном помещении с ответчицей стала невыносима. Ответчица своими действиями причиняет истцам страдания и затрудняет совместное пользование...

- Представитель истцов! - прервала его судья Мерциларс, похлопав ладонью по столу. - Мы все это уже читали в исковом заявлении. Суд интересуют подробности, а не переливание из пустого в порожнее. В чем же, по-вашему, заключается нарушение прав других жильцов и нецелевое использование ответчицей жилого помещения?

- С вашего разрешения, я поясню, - склонил голову коллега. - Во- первых, ответчица не имеет постоянного места работы и перебивается сомнительными заработками. У нас имеются сведения, что ответчица занимается нелицензированным шаманством...

- Бубнит чегой-то! - выкрикнула бабка с места, потрясая клюкой. - И рычит, и рисует мерзости всякие! И еще рожи корчит!

Коллега страдальчески поморщился.

- Моя клиентка хотела сказать, что ответчица занимается незаконными магическими практиками прямо на дому, о чем у нас имеются свидетели.

Судья почесала бровь, покосилась на меня и велела:

- Продолжайте.

- Кроме того, по вине ответчицы в помещении постоянно поддерживается крайне низкая, некомфортная для прочих рас, температура.

- Постоянно? - заинтересовалась судья, даже колпачок ручки грызть перестала. Водилась за ней такая манера, все тащить в рот. - И летом?

- Д-да, - согласился коллега с запинкой. - Открывает настежь окна и двери.

Он и сам, кажется, понимал, какую чушь несет.

Увы и ах, адвокат не вправе нарушать позицию клиента. Называет клиент черное белым? Адвокат поддакивает.

Максимум, что мы можем, - это попытаться клиента отговорить. Ну, или отказаться от дела, в тех случаях, когда закон позволяет такой отказ.