Раз тебе так нравиться варить эти зелья, добейся этого, и я больше не стану перечить твоим целям.
— У-углуби-ить? — опешила девушка, — Ты хочешь чт...
— Я хочу одного - результата, — Мавен снова перебила её, — И как ты его добьешься, мне всё равно. Хочешь дальше заниматься своими зельями - договоришься с ним о уменьшение пошлин на товары, — женщина улыбнулась, — Если сможешь на нём жениться, будет даже лучше, а теперь можешь оставить меня.
— Да, мама.
[* Здесь было изображение *]
(Ингун)
Наблюдая за потерянным взглядом дочери, которая обдумывала слова матери - Мавен задумалась о дальнейших действиях. Ей требовалось как-то продвигать бизнес семьи, и первые планы уже были продуманы. Они заключались в приватизации единственной пасеки в окрестностях Рифтена, и разбирательстве с Хоннингом - производителем лучшего мёда в Скайриме.
«Никчёмный Арингот, зря ты решил пойти против меня, — Мавен злилась на альтмера, управляющего пасекой. У них был договор, согласно которому, она помогает избавиться от конкурентов, а тот в свою очередь, должен был импортировать мёд на её медоварню. На прошлой недели, альтмер поменял свои планы, — Что же, пора Гильдии Воров поработать, — также она вспомнила о её личном конкуренте, — Нужно будет продумать, как расправиться с Хоннингом, но это позже».
***
Перегрин не спешил возвращаться в бой. Рана, нанесённая древним вампиром, до сих пор заживала, под воздействием заклинания Восстановления. Больше всего времени уходило на заживление костей, поврежденных от острых когтей.
— Сраный кровосос, как же больно, — прошипел маг, — «Магическая защита почти не подействовала, ещё немного, и мне бы был конец, — сжав зубы от боли, он думал о происходящем, — Подожду здесь, пока не вылечусь полностью. Надеюсь, эти Стражи оправдают свою профессию, и хотя бы не сдохнут за это время».
После заращивания костей, Перегрин вынул металлический флакон, из внутреннего уплотненного кармана. Небольшой флакон, который можно было спокойно сжать в одной руке, содержал в себе одно из лучших зелий восстановления доступных магу. По горлу потекла приятная жидкость - отдавая теплом по всему телу - начиная регенерацию тканей. Совместным усилием зелья и магии, лечение ускорилось в разы.
Спустя несколько минут, потраченных на лечение, маг был готов продолжать бой. Он привстал с холодного камня, сделав глубокий вдох, и медленных выдох, чтобы восстановить дыхание. Следом настало время для обновления заклинаний с долгим эффектом: усиление и укрепление. Помимо них, маг накинул на себя огненный плащ, который не использовал раньше, чтобы не навредить стоящим рядом солдатам - сейчас это его не так заботило. Многие погибли, а их главная цель, ещё резвилась в большом зале.
Перегрин не стал возвращаться первым, сначала он призвал грозового атронаха, направив его вперёд. Он не знал, способен ли Харкон видеть его под невидимостью, но использовал это заклинание на всякий случай. Против самого Перегрина, скрывающиеся противники не играли никакой роли, ведь их было видно с помощью зрения души. Таким образом - в отличие от заклинания "Обнаружение жизни", которое показывает лишь живых существ - зрение души, позволяет увидеть скрытую нежить и даэдра.
Следуя за призванным атронахом, парящем по коридору, в сторону сражения, Перегрин готовился взять реванш у слуги Молаг Бала.
Глава 21
Харкон оказался сильнее, чем ожидали Стражи Рассвета. Его скорость была выше других вампиров, а раны регенерировали в разы быстрее. После расправы над последним имперским магом, перемещаясь по помещению, вампир постоянно атаковал одиночные цели, чаще всего это были не опытные Стражи, легионеры старались держаться вместе. Несколько смертей спустя, воины сформировали три группы по несколько человек, чтобы не давать ему, буйствовать без последствий.
Подготовить мощное заклинание - чтобы заставить вторгнувшихся в замок воинов, отступить из их построения - Харкону не давали выцеливающие его арбалетчики и одна лучница. Поэтому, древний вампир поступил иначе, начиная воскрешать мёртвых солдат. Вампирское воскрешение мёртвых работало немного иначе, нежели из ветви Некромантии. Это заклинание позволяло воскрешать ограниченное число прислужников. У Харкона таких было четверо. Восставшие трэллы не обладили большими силами, и не могли сравниться с живыми воинами, но могли отвлекать их на себя, что позволило продолжать истребление стражей с легионерами.
Восставшая нежить сразу же бросилась в бой, пытаясь расправиться хоть с кем-то. Изран сражался с трэллами, защищая стоящих сзади арбалетчиков, но он понимал - таким образом они проиграют. По его мнению, стоило пойти ва-банк: "Всё или ничего", — подумал он тогда. Воины начали уставать, если дать вампиру больше времени, он уничтожит их не напрягаясь. Отбив атаку очередного мертвеца, резким горизонтальным взмахом меча, ему удалось срубить его голову. Это дало ему свободное "окно", чтобы решить следующие действия. Он заметил Грэга, сражающегося с вампиром, мелькавшим вокруг него, и оставляющим неприятные раны на теле Стража. Из редких разговоров с бретонцем - которые происходили раньше, после вступления Грэга в Стражи Рассвета - Изран знал о возможностях этого человека. Благодаря поддержки от Меридии, пока он сражается с её артефактом, все магические свойства усиливаются, позволяя таким образом, быстро залечивать раны в сражении.
«Только не подставься», — промелькнула мысль в голове Израна, когда он побежал на помощь бретонцу.
Перепрыгнув через один из разрушенных столов, стоящих раньше вдоль зала, Изран начал помогать Грэгу. Раны от серебряного оружия мешали регенерации вампиров, но не убирали её полностью в отличие от Сияния Рассвета. Каждая нанесённая рана этим мечом, отдавала болью по Харкону. Чтобы излечиться от них, ему пришлось бы дождаться рассеивания магического эффекта, или убрать его самому - этого ему не позволяли сделать.
Два опытных Стража смогли дать отпор вампиру, но он не спешил проигрывать этот бой. Заметив, как воины, разобравшиеся с трэллами, начали его окружать - Харкон применил тёмное перемещение на вершину балкона, сразу же окружив себя щитом магии крови. Серебряные болты отскакивали от этой защиты, не позволяя ранить вампира. Харкон этим воспользовался, призвав двух горгулий, сразу же напавших на стражей.
— Ваши потуги ничтожны, — сказал Харкон, — После смерти, вы вдоволь послужите мне.
Горгульи были сильными противниками, уступающими разве что вампирам третьей ступени и выше. Только в отличие от вампиров, которые сражались с помощью скорости и магии. Горгульи брали уклон на силу, не давая противникам, применять удары крупными лапами на блок.
[* Здесь было изображение *]
(Горгулья)
Теперь у Харкона появилось больше пространства для маневров, когда оба Стража были заняты с
