Через осведомителей в нужных кругах. Как выяснил его личность? Сопоставил некоторые факты. Ничего из ряда вон выходящего.
– Кстати, Софья Павловна, нам здорово помог Владимир Ладушкин.
– Вовка – гений.
– Это мы уже поняли. Надеюсь, что он и впредь…
– Не надейтесь, товарищ майор. Ладушкин – свободный художник и терпеть не может никаких обязательств. Он помог вам, потому что ему было интересно, а завтра станет скучно, и никто никакими силами не заставит его делать что-то, особенно по чьей-то указке.
– Да я уже догадался. Основным мотивом для него стало то, что опасность грозила близкой подруге.
– Подруге? Да мы с ним ненавидим друг друга с первого класса! Из-за него у меня четыре перелома и шесть вывихов. Количество пролитой крови я не считаю!
– А что вы с ним делили, не пойму?
– Заднюю парту.
Басов посмотрел на покрасневшее от негодования Софьино лицо и вдруг засмеялся. Впервые за несколько месяцев.
Басов понимал, что Сноб не был готов к стремительному исчезновению. Его бизнес только окончательно наладился. Определились каналы, выстроились связи, и все, наконец, после долгих усилий заработало так, как должно. Если бы не Рассольцев со своим «наследством», которое ему вовсе не принадлежало, контора работала бы как часы, и правоохранительным органам вряд ли свезло напасть на ее след. «Красное солнце» лишило Сноба разума и сбило с панталыку. И понеслось. Одна смерть, другая. Потом пришлось убрать безобидную бомжиху, а в конце – спровадить на тот свет бывшую жену, которая вела, как, наверное, решил Бриль, свою игру. Он следил за Софьей и, когда та пошла к ювелиру, утвердился в своих подозрениях. Идея похищения возникла, как считал майор, спонтанно, но фокус с мобильником удался на славу. Они потеряли часа четыре или даже больше. А когда вся кавалерия помчалась спасать Софью, у Сноба появилось не менее пяти часов форы. Умный гад! Все просчитал! Кстати, Бриль все же не стал вешать на себя еще одно убийство: позвал Банщика, рецидивиста со стажем, на котором клейма негде ставить. Времени не было заняться лично? Торопился? А раз торопился, значит, наверняка где-то накосячил, засветился. По его следу идут лучшие питерские ищейки, а эти ребята знают толк в своем деле.
– Сергей Владимирович, – прервала цепь его размышлений Софья, – как вы думаете, Бриль успел продать камень?
– Я не думаю, я знаю. Нет, не успел, хотя варианты у него имеются. Покупатель готов встретиться с ним и ждет сигнала.
Софья посмотрела внимательно. Его лицо ничего не выражало.
– Вы хотите взять его, когда он придет на встречу?
Басов взглянул на ее сосредоточенно нахмуренные брови и рассмеялся.
– Софья Павловна, может, хватит? Не наигрались еще в сыщика?
Софья вспыхнула и, он сразу понял, обиделась.
Наигралась? Это была вовсе не игра! Она чуть не погибла! Она…
– Софья Павловна, простите, не хотел плюнуть вам в душу. Вы – уникальная женщина. Без вас мы вообще могли ничего не узнать.
Софья прищурилась. Восхищается ею? С чего вдруг?
– Я сам удивляюсь тому, сколько вам удалось выяснить и, главное, правильно истолковать. Вы… просто… умница и красавица!
Последнее слово Басов произнес с чувством, и Софья, которая собиралась возмутиться, что ее расхваливают, как недоумка, который наконец умудрился не разлить суп на скатерть, задержала дыхание и проглотила готовые выскочить слова.
Басов взглянул на нее и быстро встал.
– Заболтался я с вами. Доктор разрешил не более пяти минут, а я битый час в палате торчу. Если хотите, попрошу для вас разрешения навещать Ивана Сергеевича. Правда, в реанимацию никого не пускают, но…
– Я уже была у него, – перебила Софья. – Просочилась мимо охраны.
Басов покачал головой.
– Если вы чего задумали, вас не удержишь, я уже понял. И все же. Пока Бриль не пойман, будьте осторожнее.
– Думаете, он решит меня добить? – недоверчиво спросила она.
– Вряд ли. Ему не до вас, смею надеяться. Но у вас есть удивительная способность оказываться там, где не нужно быть, поэтому давайте договоримся: как только соберутся выписать, сразу же позвоните мне.
– А можно, чтобы меня тут подольше подержали? Так сказать, в целях обеспечения безопасности.
«Хочет быть рядом с Протасовым», – догадался Басов и кивнул.
– Я поговорю с главным врачом.
Софья улыбнулась благодарно, и у него заныло сердце.
Приносящий несчастье
В тот же день ей разрешили посидеть рядом с Протасовым пять минут.
– Расстраивать и волновать Ивана Сергеевича нельзя, но беседовать на приятные темы можно. Вы на какие темы собираетесь беседовать? – устроил ей допрос лечащий врач.
Софья наморщила лоб, подбирая варианты.
– О погоде, во-первых.
– Так, хорошо.
– О том, как он устроит новоселье в новой квартире.
– Отлично.
– О том, куда мы с ним поедем на новогодние праздники.
– Рад, что не ошибся в вас, Софья Павловна. Идите и помните: я на вас надеюсь.
Преисполненная желания выполнить все предписания доктора, Софья пристроилась возле кровати Протасова.
– Их не трое, а четверо, – сообщил он ей вполголоса, как только ушла медсестра.
– Ты о ком? – опешила Софья.
– О тех, кто охотится за алмазом.
Протасов говорил тихо и с придыханием. Софья сжала его пальцы.
– Не надо об этом сейчас. Тебе вредно говорить.
– Молчать еще вреднее. Мысли начинают душить изнутри. И потом, мне легкие надо разрабатывать, чтобы не было осложнений.
– Врач сказал, что пуля легкие не задела.
– Но дел все равно наделала.
– А та, вторая? Она навылет прошла, но ведь тоже могла…
– Не переживай. Кости целы, а раны заживут.
Софья погладила заросшую щетиной бледную щеку. Протасов слабо улыбнулся.
– Ты сказал, их было четверо? Ничего не понимаю. И все приходили в твою квартиру?
– Нет. Несколько иначе. Ты совершенно верно догадалась, что Рассольцев решил забрать алмаз, когда узнал, что новый жилец затеял ремонт. Тайник могли обнаружить. Однако сам пойти не решился из-за страха встретить кого-то из бывших соседей. На дело отправился Вайцман. Они думали, что об их затее никому не известно, но ошибались.
– Кирилл?
– Он узнал и решил разыграть свою карту. Дальше все было так, как мы и думали. Вайцман сделал грязную работу и не слышал, как пришел Бриль. Рассольцев ждал подельника на съемной квартире, а когда понял, что тот не придет, явился узнать, по какой причине.
– Квартира же опечатана была. Мог бы сразу догадаться.
– Да. Но он не знал главного: достал ли Вайцман алмаз. Ведь могло быть так, что не успел. Это первое. Второе – это судьба самого Вайцмана. Возможно, его взяли во время проникновения в квартиру, и сейчас он в камере. Поэтому
