— Это всё потому, что мы живём под солнцем Шикли, а не в холодном дворце, и женщины у нас как помидоры острова, сочные и мягкие!
Эта фраза явно оживила настроения в таверне, а я понял, что, во-первых, уже точно больше не услышу совершенно ничего путного, а во-вторых, что полчаса давно прошли и мне совершенно точно стоит присоединиться к Мицио и Софи. Особенно в нынешних условиях. Я просто не имею права оставлять ни одну, ни второго без присмотра и защиты, даже если это будет мне стоить часов мучительных тасканий по магазинам и наведения новых порядков в лавке женгского нижнего белья.
Я решительно поднялся и бросил деньги за еду на стол. Подавальщица тут же смела их со стола ловкой рукой.
— Доброго вам дня! — на прощание я обернулся и взмахнул рукой и открыл дверь.
Мими Вигано
Я была совершенно искренне удивлена поведением Софи и, как только Томмасо оставил нас вдвоём тут же поспешила задать ей вопрос, который мучить меня уже какое-то время.
— Так вы отказались от мысли выдать меня замуж за Томмасо?
— Отнюдь я всё ещё уверена, что это будет самое разумное решение, более того, я вижу между вами химию, но деточка я не настолько глупа, чтобы заставлять кого-то делать что-то, что он не хочет. Да и поздновато мне в моём возрасте заделываться в свахи! — несколько ворчливо заметила сеньора. Вот только я ей нисколько не поверила, уж слишком хитро у неё при этом блестели глаза. Впрочем, какая мне разница? Не выдаёт Томмасо и помогает и ладно. Если меня чему и научила предыдущая неделя, так это тому, что с проблемами надо разбираться по мере их поступления, так что тревожиться насчёт планов коварной Софи я не собиралась. У меня и так забот хватает выше крыши.
С такими мыслями я нырнула в магазин женского нижнего белья.
В магазине мне не сильно обрадовались. Меня буквально проткнули насквозь стразу четыре пары глаз. Ни выражения лиц этих женщин, ни их позы не предвещали мне ничего хорошего. Меня передёрнуло. Интересно женщины так всегда смотрят на мужчин или это мне сейчас просто посчастливилось.
— Мне нужно три узких укороченных корсета, — тут же озвучила свою задачу Софи.
— На вас сеньора? — продавщица старалась изо всех сил на меня не коситься.
— Нет для моей племянницы, но мерить будем вот на юношу добровольца.
— Эм-м-м, это как? — растерялась продавщица.
— Молча! Моя племянница ещё не приехала из деревни, а её уже ждёт тут жених, — Софи самозабвенно врать, а все женщины тут же навострили уши. Ясное дело, тут начало отчётливо пахнуть свежей, сочной сплетней, кто же в своём уме пропустит подобное?
— И что? — не выдержала первая тучная дама.
— Так вот, женишок-то хоть и при деньгах, но со специфическими вкусами, надо ему, чтобы девочка была почти как мальчик, одним словом, доска плоская! — Софи возмущённо всплеснула руками, а дамы тут же встревоженными наседками закудахтали. В самом деле на острове Шикли отдавали предпочтения дамам в теле.
— Так, милый, нечего тебе тут женскую болтовню слушать иди в примерочную, я сейчас приду, — величаво приказала мне Софи и я, еле сдерживая смех, поспешила последовать её совету, хотя из примерочной мне было отлично слышно, всё, что происходило в лавке.
— Так как же так? Может и не стоит он таких мук?
— Говорит, что это новая столичная мода, да обещает племянницу в столицу увести, — тут же надрывно сообщила Софи, — так что надо, чтобы все было готово еще до ее приезда!
Со столицей империи на острове были очень странные отношения, с одной стороны, тут не любили чужаков и на каждое новое лицо смотрели с недоверием, с другой — столице страшно завидовали, поэтому обещание увести кого-то в столицу воспринималось весьма неоднозначно. В магазине начался настоящий гвалт, а Софи буквально через несколько секунд зашла в примерочную с корсетом в руках.
— Думаю минут пять или десять у нас есть, так что давай быстро!
Я посмотрела не неё с сомнением, но не стала задерживаться, в самом деле это было и в моих интересах.
Мы натянули на меня корсет с совершенно новой для меня конструкцией и Софи поспешила начать меня шнуровать, а я прислушивалась к своим ощущениям.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Я не носила корсет, в этом просто не было необходимости, по меркам Шикли я была очень стройной, потому вся эта конструкция вызывала у меня лёгкий трепет.
— Как я буду его одевать сама? — смущённо поинтересовалась я, а Софи остановилась, задумавшись, видимо, такая простая практическая часть вопроса в самом деле ранее просто не приходила ей в голову.
— Так, давай пробовать! — прошипела она и резким движением повернула меня в еще не туго зашнурованном корсете, так что шнуровка оказалась впереди, но мой судорожный вздох не было слышно от шумевшего за пределами примерочной обсуждения стандартов женской красоты.
— Так, теперь тяни сама!
И я потянули и чуть не задохнулась от потери воздуха.
— Дурочка! Нам надо ни талию сделать, а грудь убрать, — рассерженно прошептала Софи и тут же дёрнула на себя нижний шнурок, ослабив его. Воздух вновь начал спокойно входить и вы́ходить. Затем тихо ругнувшись сеньора ловко принялась за работу сама.
Вышло неплохо.
— Так, я внесу кое-какие изменения по линиям, и через самое позднее неделю ты всё получишь, — заметила Софи, прислушиваясь к происходящему в лавке. Голоса уже начали затихать, а это значило, что совсем скоро местные наседки вспомнят про нас.
Никогда ещё в своей жизни я так быстро не переодевалась.
Ещё до того, как я успела натянуть на себя рубашку Софи вышла из примерочной и тут же принялась, что-то объяснять продавщице уводя её от меня. Удаляющиеся голоса сообщали, что мы были как никогда близки к провалу, но нам повезло.
Я вышла из примерочной и сеньора тут же поспешила вытянуть меня на выход
— Куда мы сейчас? В таверну? — поинтерсесовалась я. Надо отметить, что хотя я и любила ходить по магазинам, но сейчас голод давал о себе знать и мне хотелось сделать перерыв.
— Разумеется за обувью! — возразила мне Софи с таким выражением лица, что сразу стало понятно, что мне даже не стоит и надеяться её переубедить, стоять она будет насмерть.
— Зачем нам обувь? — поинтересовалась я осторожно. Возможно, зная чего именно пытается добиться Софи, мне станет легче, хотя бы морально.
Вместо ответа на мой вопрос, сеньора так многозначительно посмотрела на мои ноги, что я пошла пятнами.
— Как ты думаешь, какой будет реакция Томмасо, когда он потащит тебя в обувную лавку и с удивлением узнает, что у тебя, какой там у тебя размер? — насмешливо поинтересовалась дама.
— Что я могу делать, если у меня очень маленькая ножка, — я честно пыталась возразить, вот только получалось откровенно паршиво, потому что я понимала, что Софи права. Моя нога даже по дамским меркам была крошечной, что уж говорить про мужскую обувь… Сейчас на мне было то, что я нашла, но подходило оно плохо, а обуви к форме в академии не прилагалось, хотя было понятно всем и каждому, что в обычных мягких туфлях на кухне просто делать нечего.
— Вот эту проблему мы и решим быстро, пока твой начальник спокойно обедает и узнает последние сплетни, — с улыбкой, направляя меня к нужной лавке.
— Сплетни? — изумилась я.
— Ох, поверь мне, дорогая, мужчины, по сути своей, ещё большие сплетники, чем мы, вот только в отличии от дам, у них хватает ума не выставлять эту дурную привычку напоказ.
Мы вошли в лавку, и разговор продолжить не удалось, просто потому, что к нам тут же подскочил продавец, который смотрел на Софи с таким подобострастием и обожанием, что мне даже стало немного не по себе.
— Сеньора Софи! Вы просто осчастливили мой день своим появлением в моей скромной лавке, — тьфу, меня даже передёрнуло от количества лести и сахара в голосе продавца. Интересно, что она такого сделала, чтобы заслужить к себе такое обращение?
Потому что быстрее даже чем я успела открыть рот нас усадили в мягкие кресла и принесли печенье и холодный травяной настой, который, как выразился продавец «только для очень важных и дорогих гостей».
