- Ну, Илья!..
- Никаких "ну"! Еще чего не хватало, чтоб мы в бою отвлекались, думая, как ты там с протезом будешь справляться!
Возражений больше не было, тем более что Ирина успокоила Романа, сказав, что при переходе в другой мир у него восстановиться отсеченная рука.
Илья, да и остальные, не зависимо от возраста, заметили, что Никита и Русана полюбили друг друга. Артур пробовал "образумить" друга:
- Никита! Ты с ума спрыгнул? Кругом столько девушек! Ты только подмигни и любая...
- Мне не нужна "любая". Русана смела, красива, добра. Такую девушку нигде не найти!
- Господи! -- не сдавался Артур, поднимая руки к небу, - Зачем ты без жалости уничтожаешь отряд свободных мужчин? Ты выбиваешь лучших из лучших! Сжалься!
- Отстань! -- Никита не собирался шутить. -- Если ты еще хоть раз будешь приставать к Русане...
- Стоп-стоп-стоп! Я с детства знаю, что "девушка моего товарища для меня не девушка, а если она мне очень нравится -- значит он мне не товарищ", -- дождавшись, когда Никита "остывал" Артур добавлял. -- Поверить не могу, что ты добровольно отказываешься от мужской свободы! Я лично не женюсь до шестидесяти лет, а потом приму мусульманство и заведу гарем! Не веришь? Да вот те крест во все пузо, все так и будет! - Напоследок он искренне возмущался, - И как ты с этой средневековой девушкой у нас, в мире техники сможешь жить? Её же обычный миксер или электромясорубка до инфаркта доведут.
- Вот это пусть тебя тоже не касается, как-нибудь сами разберёмся.
По вечерам Артур делал таинственное лицо и исчезал в неизвестном направлении, возвращаясь под утро, еле таща ноги.
- Навешают тебе "фонарей" обманутые мужья. Будешь знать, что "рогатые" очень опасны, -- грозил Илья, но неугомонный Дон Жуан двух миров заявлял:
- Еще не родился такой муж, которому я бы не смог приделать к голове ветвистые изделия с богатым содержанием пантокрина и который бы смог меня поймать!
Илья и Никита с Романом рассудили, что сажать на цепь Артура бесполезно, а переубеждать тем более. Медведи посмеивались и удивлялись, откуда у Артура столько энергии? Единственно, что хоть немного успокаивало, что в случае опасности мог прилететь и поднять тревогу его вечно сопровождающий Уголёк.
Ирина каждый день поила отваром из трав, от которого пропадала усталость, и мышцы быстро твердели, становясь просто каменными.
- Это что-то типа повышенного содержания витаминов или просто допинг. Прошу не пугаться, это не опасно для жизни и здоровья. Можно даже перед соревнованиями на "допинг-контроль" идти.
- Вот спасибо! -- Артур не мог не вставить слово или хоть немного поёрничать (хотя после его ночных "подвигов" данный отвар просто рождал его заново), -- А то у нас впереди намечаются "олимпийские игры", которые с многоборьем ну ни как не сравнить.
В первые дни Илья порывался ходить на охоту, чтоб не возникло проблем с питанием (на дворе у Викулы добавилось более десятка едоков, да еще каких!), жители Сорок единогласно решили кормить "добрых и сильных парней и их друзей, разгромивших дружину вора и убийцы Лучика". Люди просто рассудили, что сборщики налогов забрали бы во много раз больше, оставив голодать и старых и малых. Однако Илья строго следил, чтоб за еду, приносимую им, каждый получал плату. Видя эту справедливость жители стали считать Илью самым главным и приходили к нему за советом, а стражники докладывали о прибывающих в деревню, закрытии и открытии ворот, поступлении сообщений от купцов и приходящих жителей из соседних деревень.
- Глядишь так тебя и князем сделают! -- подшучивали ребята, но и сами не оставались равнодушными, помогая по мере сил обратившемся за помощью или советом.
Однажды прибежал перепуганный стражник и сообщил:
- Приехали сборщики налогов и требуют собрать всех жителей на площади! Вы будете?
- Конечно, будем, - Илья нехорошо улыбнулся. - Думаю, все жители должны видеть какой "налог" эти бандюги получат.
Повеселевший стражник побежал по дворам.
Отряд сборщиков налогов из двадцати головорезов возглавлял сам Фирс Жирный.
Довольно разгуливая по помосту в центре площади, Фирс представлял, как он будет отдавать приказания: "Этого выпороть! Слишком дерзко смотрит! На этого за неполную уплату надеть ремень рабства и в обоз со всей его семьей! Вон ту девку мне на ночь! Отрубить голову этому дерзкому скоту!". Он любил издеваться не только над животными, но и над беззащитными и не могущими дать сдачи простыми людьми. Эти "сборы налогов" были самыми настоящими грабежами и безнаказанными убийствами от имени Лучика.
Отряд наглых и зажравшихся преступников разглядывал прибывающий народ и даже намечал для себя кого отправить в рабство, а кого высечь. Не оставались без внимания и девушки, в адрес которых летели скотские замечания и планы, что они с ними сегодня ночью будут делать. Фирс витал в "небесах", представляя, как он сейчас "развернется" со своими парнями и не заметил среди собравшихся людей Илью, придерживающего Клыка. (Клык подчинялся только строгому приказу, а то от Жирного остались бы маленькие клочки.)
- Ну что, чернь тощая, приготовились ли вы к нашему прибытию? Артур с первого взгляда захотел заехать в эту жирную харю кулаком, поэтому решил подать голос:
- А как же, боров зажравшийся, давно на тебя дубины заготовлены!
- Что?!? Кто это сказал? Кто посмел оскорбить лучшего слугу великого князя Лучика?
Головорезы, как один, дружно сделали "стойку" почуяв, что сейчас они будут нещадно бить и крушить направо и налево всяких "людишек". Удивляла их полная тупость и самонадеянность. Скорее всего, они даже не предполагали, что сталось с дружиной их "великого и могучего" Лучика.
Жители Сорок не успели и слово сказать, как на площади появилось пять всадников, среди которых Илья узнал паренька, отбитого у неизвестных разбойников недалеко от долины Ветра Смерти.
Паренек скакал впереди на красивом белом коне. Он и его спутники были вооружены и одеты одинаково: длинные красные плащи, из-под которых видны кольчуги, за спинами закреплены ножны с мечами, прикрытые щитами, на которых выделялся диск восходящего солнца. К седлам были прикреплены красивые и мощные боевые луки с двойным запасом стрел. На поясах висели боевые ножи. Единственное различие в вооружении заключалось в том, что паренек в руке держал булаву, а его спутники длинные копья.
- Кто здесь посмел назвать подлого убийцу Лучика князем? - паренек строго обратился к Фирсу.
- Это же сын князя Всеволода, Твердислав! - зашептал Викула.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
