Читаем без скачивания Султан и его враги. Tom 1 - Георг Борн

Если он позволит себе увлечься безрассудными поступками, он погубит не только себя, но и их. Никогда еще не проходило безнаказанным, если непосвященный осмеливался показаться в покоях, где приготовлялись и совершались тайны Байрама. Никогда еще ни один подобный смельчак не мог сообщить, что происходило в этой, строго оберегаемой части гарема Долма-Бахче, ибо живым никто не покидал его.

Однако дальнейшие возражения походили бы на трусость и нерешительность, а потому оба друга уступили. Вернутся ли они из этого путешествия, был еще вопрос далеко не решенный, — головам их угрожала опасность — тем не менее они не колебались ни минуты.

Три друга отправились по дороге в Долма-Бахче.

Позади Перы, в Цыганском квартале на берегу Босфора, там, где теперь железная дорога развозит пеструю толпу всех национальностей, лежит дворец Долма-Бахче.

Турецкая столица в последнее десятилетие сильно изменилась под влиянием успехов западного образования, и теперь только благодаря роскошной южной растительности она еще сохраняет свой восточный вид.

Когда около пяти лег назад первая железная дорога опоясала окрестности Золотого Рога и Константинополя и первые паровозы застлали облаками дыма минареты и сераль, старые турки, как сообщают корреспонденты многих газет, ворчали и прятались в свои пестрые конаки, чтобы вдали от мирской суеты жить мудростью пророка. С этого времени в новейшем городе калифов становилось все оживленнее. Вскоре вагоны железной дороги проходили мимо Аи-Софии, Гипподрома и Константинополя, и караул у главных, роскошно, но без вкуса отделанных, ворот Долма-Бахче апатично смотрел на пестрое население, уносимое вагонами, проходящими обыкновенно через прелестную Тофану в Бешиктам.

Во дворце Долма-Бахче ежегодно на празднике Бай-рам происходило представление вновь избранной императрицей-матерью жены султана, которая вступала в его гарем.

Воспользуемся случаем и дадим для тех, кого это может интересовать, краткое описание семейной жизни в Турции, а затем вернемся к нашему рассказу.

Турецкие женщины и их отношение к мужчинам — это нечто непостижимое. Обычай многоженства — одно из существеннейших отличий турецкой жизни. Не менее странным кажется нам и то обстоятельство, что турецкая женщина может являться публично только под покрывалом: непокрытая она не смеет говорить с посторонними лицами. В статье «Турецкая женщина» дается следующее объяснение этого обычая: «Пророк Магомет принудил своего приемного сына и полководца Цейда прогнать от себя супругу его Цейпебу, а потом сам женился на ней. На свадьбе некоторые гости оставались очень долго. Тут было им открыто и предписано от Аллаха, чтобы жены пророка только «за завесой», то есть закрытые покрывалом, говорили с другими, исключая близких родственников, и все жены правоверных должны были следовать этому обычаю. В старину положение женщины у арабов было свободное, как это и теперь водится у бедуинов, и не национальный дух, а личное желание пророка ограничило эту женскую свободу и установило то гаремное заключение, которое так дурно повлияло на турецкие нравы».

Вообще, турок имеет только одну жену, кто же имеет средства, может завести и нескольких. Хотя настоящий невольничий рынок и запрещен законом, все же торг людьми производится и теперь, только в иных формах, и едва ли можно найти хоть одного турка, который не приобрел бы за деньги жену, рабов и рабынь.

Последние известны под именем одалисок, служанок, по принадлежат, как и все женщины в доме турка, к его гарему. Если обыкновенный турок хочет иметь жену или если родители хотят женить его, посредницами в этом деле являются матери жениха и невесты.

Непосредственное участие последних выражается иногда только в том, что матери потихоньку позволяют жениху сквозь решетку посмотреть на невесту без покрывала. Начинаются взаимные переговоры, конечный результат которых состоит в том, что жених, в виде свадебного подарка, дарит невесте несколько тысяч пиастров, а следовательно, некоторым образом покупает ее.

Ко дню, назначенному для свадьбы, имам подготавливает брачный контракт, который затем скрепляется подписью свидетелей, и тогда невесту после разнообразных увеселений в карете подвозят к дому жениха.

У ворот дома ожидает жених, он берет ее из кареты и вносит ее, теперь уже свою супругу, в дом, где имеет право сиять с нее покрывало.

Каждый турок обязан выделить своей жене особое помещение в доме, хотя бы одну комнату. Если у него несколько жен и рабынь, он должен каждой из них отдать в распоряжение особый покой.

Если турок состоятельный, он, приведя имаму доказательства того, что может содержать гарем, может иметь до четырех законных жен и столько рабынь, сколько позволяют ему средства.

Обыкновенно первая жена избирается из того же звания, как и муж; остальных жен, равно как и одалисок, выбирает он из привезенных на рынок грузинок, черкешенок и турчанок, которых сами родители продают торговцу, имеющему невольничий девичий рынок в Стамбуле. Здесь совершается этот постыдный торг женщинами и девушками. Цена за каждую доходит от 2000 до 5000 пиастров: черные невольницы ценятся дешевле.

Бразды домашнего правления находятся всегда в руках первой жены, но часто ей приходится очень горько, если одна из прочих жен приобретет особенную любовь супруга и повелителя. Тут, чтобы низвергнуть соперницу, пускаются в ход всевозможные интриги.

Здесь не лишним будет упомянуть об одном случае в доме вдовствующей дочери Магомета-Али-паши, бывшего вице-короля Египетского, по имени Нацин-Ханум. Так как супруга ее часто не бывало дома, то она находила средства безнаказанно принимать в гареме своего возлюбленного. В то же время она была в высшей степени ревнива. Компаньонка принцессы рассказывает следующее: «Супруг принцессы сказал однажды рабыне, подавшей ему воду: «Довольно, мой ягненочек!» Эти слова привели принцессу в сильное бешенство. Бедное создание было убито по ее приказанию, затем жареная голова ее, начиненная рисом, была подана к обеду мужу.

— Возьми же кусочек твоего ягненочка! — сказала ему Нацин-Ханум.

Бросив салфетку, он удалился и потерял к ней всякое расположение. Не развелись они только потому, что супругу хотелось сохранить богатство и остаться зятем Магомета-Али. Ревность этой ужасной дочери вице-короля распространялась на всех невольниц: при малейшем подозрении в неверности она приказывала сечь их плетьми до смерти».

Вся гаремная жизнь полна злобы и ревности и служит местом действия хитрых интриг. Несмотря на кажущуюся подчиненность турецкой женщины, отсюда ведется правление и разорение турецкого государства.

Те знаменитые визиты, которые турецкие женщины так часто делают одна другой и при которых они курят нежный табак и пьют кофе, в прежние времена проводились в задумчивом молчании, теперь же сделались неистощимыми источниками интриг, от которых зависят должности их мужей, сыновей и братьев. Лестью добиваются они расположения жен министров и высших сановников, а те просьбами и ласками домогаются у мужей для своих протеже всех мест, каких бы они пи пожелали.

Если турку случается убедиться в неискренности одной из своих жен, ему предоставляется право развода. Если верность нарушена женой, он жалуется на нее имаму, и тот уже определяет наказание изменнице.

Если же это сделано одной из его невольниц, он продает или дарит ее другому. Тех же невольниц, которые были постоянно верны своему повелителю, он нередко берет себе в жены.

Стража гарема — евнухи, служат вместе с тем и прислугами женам, они сопровождают последних во всех их выездах, на прогулки, на базар, в ванны, словом, всюду. За это они получают большое жалованье и, кроме того, пользуются большими преимуществами.

Больших гаремов немного. Самый многочисленный из них, конечно, гарем султана, в нем находится более четырехсот женщин. Некоторые богатые паши имеют в своих гаремах до восьмидесяти жен и рабынь.

Если такой господин вместе с женами предпринимает поездку на Пресные Воды или в Тшукдиди, вверх от Скутари, то места, где они отдыхают, за несколько часов перед тем очищаются кавассами. Если случится на дороге встретиться с таким поездом и, не привлекая внимания, наблюдать за ним, можно увидеть много прекрасного.

Прелестнейшие женщины, блестящие туалеты, чудесные драгоценности — все это вызывает восторг. Если еще выпадет счастливый случай увидеть этот поезд из восьмидесяти женщин верхом на конях — турецкие женщины в верховой езде не уступят мужчинам — и любоваться, как они с неописуемой грацией мчатся мимо в своих фантастических костюмах, невольно вообразишь себя перенесенным в волшебный мир.

В то время как жены царствующего султана утопают в роскоши и удовольствиях, гарем умершего султана навеки лишен всех радостей. Из жен бывшего султана Абдула-Меджида, брата Абдула-Азиса, осталось около четырехсот женщин. Все они должны до конца жизни носить вдовье покрывало и размещаться в большом старинном дворце на берегу Босфора. Полицейская стража ходит постоянно с наружной стороны похожего на тюрьму дворца и стережет их.