об огромных наводнениях. Не являются ли и эти сказания свидетельством великой, быть может, и всемирной катастрофы?
Итак, признавая, что всемирного потопа в том виде, каким описан он в Библии (залившего горы до самых высоких вершин), не было, геологи в то же время утверждали, что должно быть какое-то местное (в Двуречье) или даже всемирное явление, фантастическим отображением которого являются легенды.
Эврика!
Рассуждения, какими бы убедительными они ни казались, мало чем отличаются от легенд, до тех пор пока не будут подтверждены хотя бы одним фактом.
Если потоп действительно был, куда исчезли следы его? Мощные потоки воды должны были принести с собой ил и песок. Почему не найдено геологами слоев, отложенных водами потопа?
Даже в середине прошлого века легенды являлись чуть ли не единственным доказательством великой катастрофы. «Последний потоп был действительным историческим событием, — писал русский ученый Э. Эйхвальд в своей „Геогнозии“ (1846 г.), потому что отдаленнейшие друг от друга народы имеют одинакие о нем предания». Эйхвальд описывал фантастические события: стремительный подъем горных кряжей (Уральские горы, Анды) и одновременные обрушения огромных подземных пустот; прорыв морскими водами тонких перемычек Гибралтара, Босфора и Дарданелл, а также Ламанша; образование Азовского, Каспийского, Черного и Средиземного морей, которые до потопа были пресноводными озерами, и вместе с тем обводнение Балтики, затопление территории Онежского и Ладожского озер. Эйхвальд ссылался даже на ученого Паррота, который якобы видел на вершине Арарата ковчег, вмерзший в вечные льды, и привез в город Дерит обломки ковчега из армянского монастыря Эчмиадзин.
Со временем детальные геологические исследования позволили воссоздать историю нынешних морей и гор. Перестала быть загадочной проблема появления валунов на равнинах Европы и Америки. Горные породы, распространенные на больших территориях — чернозем и пылеватые лёссы, — уже никто не относил к морским (хотя многое в происхождении лёссов по-прежнему оставалось неясным). Геология полностью избавилась от чудес. Знаменитая легенда о потопе стала меркнуть и забываться, все реже писали о ней геологи. В начале нашего века идея потопа «завяла», не питаемая плодотворными научными фактами.
И вдруг…
1929 год. В Двуречье идут раскопки древнейшего вавилонского города Ура. Многометровым шурфом вскрывается постепенно толща хозяйственного мусора.
Из года в год, неприметно, миллиметр за миллиметром, накоплялись пыль, песок, черепки, зола, кирпичи. Метр за метром.
И теперь слой за слоем, все глубже в прошлое, исследуют ученые. Обыкновенная яма превращается в машину времени.
Наконец араб-землекоп, работавший с археологами не первый год, прекратил рытье: начались речные наносы без каких-либо признаков деятельности человека.
Но руководитель экспедиции Леонард Вулли решил на всякий случай продолжить раскопки.
Метр, второй, еще половина… Что это? Вновь показались черепки посуды, зола, кремневые осколки.
Ученый не торопился с выводами. Последовали новые раскопки. Всюду речной ил разрезал «культурный слой» с остатками человеческой деятельности. Значит, некогда поселения были залиты водами, оставившими после себя илистые осадки.
Сомнений не оставалось — найдены бесспорные следы вавилонского потопа.
«Разумеется, это был не всемирный потоп, — пояснил Л. Вулли, — а всего лишь крупнейшее наводнение в долине Тигра и Евфрата… Но для тех, кто жил здесь, долина была целым миром. Большинство обитателей ее, вероятно, погибли… И если при этом какому-то семейству удалось на лодке спастись от наводнения, его главу, естественно, начали воспевать, как легендарного героя».
Классификация легенд
Часто ученые, вместо того чтобы восторгаться волшебством лунной ночи, бесстрастно разглядывают в телескоп искорки звезд. Вот и мы сейчас возвратимся к легендам, но не с доверчивой любознательностью ребенка, а с жестким методом науки.
Проведем классификацию легенд.
Все предания о потопе разделяются по одному очень важному признаку. В одних причина потопа — необычайно обильные ливни и разливы рек, в других — гигантский прилив моря.
Как и следует ожидать, о морских потопах рассказывают островитяне и жители побережий, в особенности Тихого океана. Именно на эти территории время от времени обрушиваются гигантские двадцати — тридцатиметровые волны. Страшным тараном сшибают они все на своем пути и, схлынув, оставляют после себя голую, безжизненную землю. Это они «слизнули» в Чили города Пуэрто Сааведра и Пуэрто Монти; и пятьдесят тысяч лисабонцев; и двадцать семь тысяч жителей острова Хонсю; и, после взрыва вулкана Кракатау, все живое, даже почву с островов Сейбуку и Собези в Индийском океане.
Если нанести на карту территории, где люди рассказывают о морском потопе, сразу становится ясно: море никогда при жизни людей не затапливало континентальные районы. И если здесь все же сохранились упоминания о потопе, то совсем о другом — ливневом. При этом описываются бури, ветры, потоки «небесных вод». В других случаях, как, например, в сказке североамериканских индейцев, говорится о снежной зиме и необычайном весеннем паводке.
Гигантские трагические разливы рек происходили сравнительно недавно. Ночью с 11 по 12 октября 1737 года близ устьев Ганга и Брамапутры при наводнении погибло около трехсот тысяч человек. Катастрофа повторилась 139 лет спустя (уровень воды в Брамапутре поднялся на 14 метров) и стоила жизни четверти миллиона индусов.
Даже в наше время, когда самые строптивые реки перегорожены плотинами и весенняя их мощь расходуется на наполнение водохранилищ, все-таки случаются неожиданно большие наводнения, затапливающие речные долины.
Ничего нет удивительного в том, что древние легенды преувеличили размеры бедствий — ведь даже ученые подчас склонны к преувеличениям!
И, наконец, легенды о потопе (если не все, то некоторые) могли возникнуть как фантастическое объяснение некоторых геологических загадок: находок раковин в горах, а также валунов на равнинах.
И тут, когда мы, казалось бы, превосходно разобрались во всем, следует припомнить некоторые факты. Они, как в детективной повести, поведут нас по новому следу, к новым неожиданным открытиям.
Пульс потопов
Людям не один раз приходилось переживать эпохи невиданных наводнений.
В четвертом тысячелетии до нашей эры, примерно на восемнадцать столетий раньше вавилонского потопа, надвинулось на сушу Балтийское море и обводнились торфяники Европы. Тогда же спустились в долины альпийские ледники, было затоплено древнейшее свайное поселение Эйер в Альпах. Некоторые ученые считают, что именно тогда возникла первая легенда о потопе (у шумерийцев, жителей Двуречья Тигра и Евфрата).
Затем, после более теплого и сухого периода, началась эпоха похолоданий и наводнений двадцатых веков до нашей эры.
В XXIII веке до нашей эры (спустя примерно 18 веков после описанного выше потопа), при китайском императоре Яо, в огромном разливе соединились в своем среднем и нижнем течении реки Хуанхэ и Янцзы. Катастрофа была столь велика, что несколько последующих десятилетий китайцы осушали затопленные земли.
Примерно тогда же вновь произошло наступление (трансгрессия) Балтийского моря, опреснились соленые озера Северной Америки,
