тогда она была довольно короткой – от Невского проспекта до конца Апраксина двора. Автором ныне существующей городской магистрали стал архитектор-градостроитель Петр Михайлович Еропкин, первым начертивший ее на генплане молодого города. Кстати, название улица получила от существовавших здесь в первой половине XVIII столетия частных особняков с садами. Кроме Садовой, зодчий запланировал две площади – Сенную и Покровскую (Тургенева), получившие свои названия от одноименного рынка и церкви соответственно. В сторону Марсова поля улицу продлили только в 1820 г. – с этого времени магистраль принимает современный вид, хотя застройка ее продолжается вплоть до Февральской революции. С развитием городской торговли во второй половине XX в. за Садовой закрепилась слава главной торговой улицы Санкт-Петербурга, причем бойкая торговля ведется и на прилегающих улицах и переулках. Более того, жилой район вокруг Апраксина рынка, главный фасад которого выходит, как известно, на Садовую улицу, заселили преимущественно «петербургские янки» – выходцы из Ярославской губернии, державшие в своих руках более половины розничной торговли столицы.
Дом с четырьмя колоннадами
Садовую улицу можно разделить на три части. Первая, от Марсова поля до Невского проспекта, примыкающая к кварталу правительственных зданий и великокняжеских резиденций, застраивалась, соответственно, близкими по духу постройками, занимали которые военные и гражданские учреждения. Вторую часть – от Гостиного Двора до Никольского рынка и Морского собора – отдали во власть торговли. Здесь располагались лавки, трактиры и главные рынки города: Сенной, Апраксин и Щукин дворы, Мариинский, Ново-Александровский и Никольский. Торговцы и обслуживающие их повара, прачки и портные селились тут же в многоквартирных домах с жуткими дворами-колодцами. Наконец третья, и последняя, часть Садовой улицы расположена в Коломне и идет от Крюкова канала и далее через Покровскую площадь до самого конца. Это окраина Петербурга 1840-х гг. и новый жилой район конца XIX в. – место жительства мещан, небогатых купцов и мелких чиновников. Здесь уже не торговали, скорее, отдыхали от шума рыночных площадей.
Дом с четырьмя колоннадами. Проект. Фасад со стороны Итальянской улицы
Наша постройка – дом с четырьмя колоннадами или дом Экспедиции государственных доходов (второе название) – расположена в первой части Садовой улицы и стоит на пересечении с Итальянской улицей, имея, соответственно, двойную нумерацию – № 12/23. Фасад на Садовую улицу самый длиный, он состоит из трех колоннад, на Итальянскую улицу выходит второй фасад, с одной колоннадой. Предыстория появления дома такова.
В первой половине XVIII столетия на этом участке стоял дом Тайной канцелярии – политической полиции Российской империи. Борьбой с политически неблагонадежными подданными при Петре занимался Преображенский приказ, созданный еще в 1686 г. и располагавшийся в первопрестольной, то есть в Москве. Первое время в Санкт-Петербурге действовал филиал приказа, а с 1718 г. его функции передали Тайной канцелярии, просуществовавшей до 1826 г. Причем Преображенский приказ оставался действующим в Москве. Ведомствами руководил один и тот же человек – И.Ф. Ромодановский, сын знаменитого сподвижника царя, бывшего главы Преображенского приказа Федора Юрьевича Ромодановского. Интересно, что Тайную канцелярию государь создал лишь для следствия по делу царевича Алексея, но с окончанием этого дела новая структура продолжила самостоятельную жизнь в качестве политического репрессивного органа. В то время Тайная канцелярия размещалась в Петропавловской крепости.
A.И. Ушаков, руководитель Канцелярии тайных и розыскных дел
Второе рождение Тайной канцелярии происходит при императрице Екатерине II, когда в 1762 г. появляется Тайная экспедиция, в 1731–1762 гг. носившая название Канцелярии тайных и розыскных дел, руководил ею генерал-аншеф Андрей Иванович Ушаков. У Канцелярии поменялось название, но суть и методы ее работы остались прежними. Чем же занималась Канцелярия-Экспедиция в XVIII столетии? Обратимся к обзору дел, производившихся Тайной канцелярией во времена царствования императрицы Елизаветы Петровны. Напомню, что при Екатерине II Тайная экспедиция занималась тем же.
Основную часть уголовных дел составляют преступления против личности императрицы – непочтительные отзывы, ругательства и слухи о жизни государыни и ее правительства. Документы сообщают: «…матрос адмиралтейского ведомства, который был неоднократно наказан за ложное сказывание слова и дела; однако же не имел он от тех своих продерзостей воздержания и еще раз сказал за собою слово и дело». Матроса приговорили к наказанию; «в это время произнес он троекратно слова такие:… (в этом месте опущено ругательство. – А. Г.) всемилостивейшая-де государыня до нас грешных не милостива». Матроса повели к наказанию кнутом; «тогда он стал поносить бранными словами Николая чудотворца и государыню. И за то за все, вместо смертной казни, учинено ему наказание кнутом, и с вырезанием ноздрей, сослан в Оренбург в работу навечно. <…> Солдат Белогородского гарнизонного полка оговорил пять человек и в том числе своего прапорщика, который будто бы однажды сказал, что-де недостойно в нашем великороссийском государстве женскому полу на царстве сидеть. Один фабричный обвинял хозяина своей фабрики в том, будто тот говорил, что у государыни-де ума нет».
Много дел скопилось в Канцелярии относительно слухов об отношениях императрицы и ее фаворитов, Алексея Григорьевича и Кирилла Григорьевича Разумовских. Встречались дела и против личности великого князя Петра Федоровича, правда, их немного – наследника в народе чаще жалели и считали его жертвой фаворитов императрицы.
Помнил народ и события захвата власти дочерью Петра I, а также судьбу императора Иоанна Антоновича. В одном из уголовных дел сообщалось: «.. крестьянин Иван Михайлов сочинил таблицу, в коей написано было так: я – Иоанн, император и самодержец всероссийский, а Елисавету императрицу и наследника ея свержу с престола; и ныне я под скрытием нахожусь в Негренской пустыни казначеем, в том и подписываюсь своеручно я, Иван Михайлов. За такую таблицу сверх бывшего розыска (пытки), вместо смертной казни, по учении наказания кнутом и с вырезанием ноздрей, Михайлов сослан в Рогервик на вечные работы».
Часть дел Тайной канцелярии касались церковного раскола и преследования последователей старообрядчества.
Таков
