- Дерево же! – он улыбнулся и пожал плечами, чем рассмешил меня. Я ответила улыбкой, а затем мы дружно рассмеялись.
Я молча стянула платье с плеча и горделиво продемонстрировала принадлежность к княжескому роду. Вот уж никогда бы про это не додумалась! А еще мне стало интересно, это были родинки Вероники Сархош или мои собственные?
Раслан внимательно посмотрел на мои родинки, а затем нежно провел по ним пальцами. От такой неожиданной ласки моя кожа тут же покрылась мурашками.
- Надеюсь, ты не замерзла? – уточнил мужчина с улыбкой чеширского кота. – И это всего лишь проявление неких чувств к моей скромной персоне?
В чем-чем, а в скромности Картала обвинить был трудно, поэтому я сдавленно хмыкнула.
- Нет? – он вопросительно вскинул брови с маской разочарования на лице.
- Да! – ответила я ему такой же улыбкой. Рядом с этим невыносимым типом и не такому научишься. Хотя почему невыносимым? Скорее всего, любой правитель не может быть лапочкой и душкой. Тем более, в условиях позднего феодализма и зарождающейся буржуазии с зачатками магии. Коктейль еще тот. А он в ответ наклонился к моей руке и очень аккуратно поцеловал каждую из семи отметинок.
Но у меня были вопросы, и поддаваться сексуальным играм я была не расположена.
- Подожди! – я легонько оттолкнула Раслана. – У меня есть к тебе море вопросов. И пока я не получу на них ответы, не смогу расслабиться и получить удовольствие от нашего единения.
Как ни странно, это оказалось веским аргументом для мужчины. Он тяжело вздохнул, отстранился и присел на диван, похлопав рукой рядом с собой. Я этот жест проигнорировала, предполагая, чем закончится такое сидение, и устроилась напротив в глубоком кресле.
- Меня в первую очередь волнует вопрос: это родинки мои или Вероники Сархош? Кто из нас двоих является дочерью лигерийского князя? Дядя Грегори утверждал, что отец Вики всего лишь простолюдин, который украл любовь ее матушки, но никак не правитель целого княжества. Моего родного отца зовут Сергей. И Римма много чего порассказывала, что никак не складывается в цельную картину. Сомневаюсь, что князь носит такое земное имя, - я выпалила все вопросы разом, боясь, что больше такой возможности не появится. Раслан мог просто перейти к некоторым другим занятиям, которые почему-то отшибали весь разум в моей голове. А мог замкнуться и перестать вообще разговаривать. Или его могли позвать срочные дела. Поэтому я решила не тянуть.
- Однозначно ответить на твои вопросы я не могу. Они требуют детального изучения, - Картал начал ответ официальным тоном, словно я была просительницей. Он, скорее всего, по-иному просто не умел. – Однозначно могу сказать лишь про родинки. Они твои!
Я уже собралась задать кучу встречных вопросов, но он покачал головой, останавливая меня и продолжил:
- Родинки правящего рода передаются с душой, а не с телом. Тело правителя богов не волнует. Здесь главенствующей является духовная составляющая. Поэтому они были у тебя на Земле. Поэтому никуда не делись и сейчас. Были ли они у бедняжки Вики? Не знаю. Ее бренное ело упокоено в могиле. Но если ты будешь настаивать…
- Не буду! – вскинула я руки. - Здесь я тебе верю.
Как представила процедуру эксгумации, стало не по себе. Не хотелось бы на ней присутствовать. Все-таки я больше пятидесяти лет прожила в том теле.
- Вот и хорошо! – кивнул мужчина в ответ. – И если учесть, что всезнающая Римма в самом начале претендовала на роль моей супруги, не помышляя о лигерийском престоле, то вывод один: та девушка была действительно дочерью простолюдина. А как твоего отца занесло в твой прежний мир, мы, слава богу, сможем спросить у него самого.
- И еще меня волнует проблема, - скривилась я. – Не станет ли Римма дальше пакостить? Не слишком ли вы легкомысленно отправили ее к работодателю?
- Король Людвиг – работодатель! – расхохотался в голос Раслан. – Он, скорее всего, обиделся бы на такое сравнение. Людвиг и работа – понятия несовместимые. Ты права в своем вопросе. Но волноваться не стоит. Римма от него сбежала, когда узнала, что он планирует на ней жениться. И достаточно долго и успешно пряталась. Твой отец имеет некоторые связи с королем разбойников. И сейчас, наконец получив желанную женщину, следить Людвиг за Риммой будет с десятикратным вниманием.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вопросы на данном этапе были исчерпаны. И мы смогли отдаться страсти, которой желали оба. И только в конце произошло неожиданное событие. Отдышавшись, Картал сел рядом со мной, взял за руку и спросил, проникновенно заглядывая в глаза:
- Ник, ты выйдешь за меня замуж?
И в этот миг я поняла, вот он тот миг, в который я могу отыграться за всё.
- Естественно, - начала я, а он расплылся в самодовольной улыбке. Но торжествовал рано.
- Естественно, нет! - припечатала его я, понимая, что этот приз от меня никуда не денется.
Глава 28
Ругались мы два дня. Он никак не мог понять, почему мне не нужен такой ценный приз в виде правителя Асклеры и всего к нему прилагающегося.
- Ник, но почему нет? – фырчал и возмущался мужчина. – Все женщины мечтают стать моей женой!
- А я не все! – парировала в ответ. – Женись на них, можешь на всех сразу.
- Мне нужна только ты! И именно ты носишь моего ребенка, – он почти кричал, в тысячный раз приводя этот аргумент как самый весомый.
- Но я тебе была не нужна, пока не выяснилось, что мой отец лигерийский князь.
- Поверь, это не причем! – кипятился Картал. – Пойми, я просто тебя люблю!
- А как же истинная пара?
- Это ты и есть!
- Ах, вот как? А так я тебе была не нужна?
Этот диалог повторялся не раз и не два. А все два дня, ровно до той минуты, как меня резко не скрутило.
- Раслан, - только и смогла прошептать я, складываясь пополам.
Он сразу не понял, что-то вещая про свою безграничную любовь. А потом развернулся в мою сторону и замер, разглядывая мое бледное лицо и бисеринки пота на лбу и над верхней губой.
- Ника, что с тобой? Рыжик? – Раслан подхватил мое бедное тело на руки и заметался, решая, куда ему бежать.
- Рас, я кажется, рожаю! – охнула я, скривившись от очередной схватки.
- Райн! – крикнул он дворецкого.
Мужчина невысокого роста в парадной ливрее тут же вырос перед правителем. Картал ему приказал:
- Срочно лекаря и… - здесь он замешкался, но потом добавил:
- Святого отца!
- Я, что, умираю? – ощущения были вполне знакомые, хоть и неприятные. Но кто знает этот магический мир?
- Типун тебе на язык, - он неожиданно успокоил меня земной поговоркой. – Мой сын не должен родиться бастардом.
Меня снова скрутила схватка, поэтому я ничего ответить не смогла. Картал положил меня на кровать и взял за руку. Правитель даже не подозревал о той силе, с которой рожавшие женщины могут сжимать то, что попадается в их цепкие пальцы. Он лишь удивленно вскинул брови, но ничего не сказал, понимая, что такая поддержка мне сейчас очень нужна.
Минуты через три в покои ворвался местный лекарь айр Ригон:
- Что случилось, ваше величество? – уточнил он с порога.
- Моя жена рожает! – ответил он, не отрывая глаз от моего лица.
- Жена? – удивленно ответил лекарь, но тут же взял себя в руки. – Сейчас, дорогая, мы вас обезболим и все будет хорошо!
Когда рожала моя дочь, она рассказывала про эпидуралку. Тридцать лет назад мы о таком даже и не слышали. А здесь мне сразу предложили обезболивание.
- Нет! – неожиданно отрезал Раслан. – Сейчас дождемся святого отца, а потом будем обезболивать.
Тут же он удостоился удивленными взглядами Ригона и моим.
- Пока ты на выйдешь за меня замуж, ребенок не может родится! – объяснил Картал свое странное поведение.
- Но, ваше величество, ребенок не может ждать! – охнул врачеватель, испуганно глядя на своего повелителя.
- Я тебе мало плачу? – гневно выгнул бровь мой упрямец. – Я могу добавить, но могу и на плаху отправить!
