Читаем без скачивания При дворе Вечного Императора - Аллан Коул

Даже скафандры, надетые на них, вызывали у Стэна страх и недоверие. Все на Кулаке носили скафандры – постоянно, находясь под куполом, где атмосфера была вроде бы близка к приемлемой. Правда, лицевые щитки поднимали на время разговоров, чтобы сохранять хоть какую-то видимость нормальной жизни. Скафандры были любопытной конструкции – большие, бронированные, настолько неуклюжие и тяжелые, что даже такой здоровяк, как Стэн, был вынужден ходить в скафандре медленно и вперевалочку. Одной из причин такой массивности скафандра было то, что в каждой конечности имелась система изолирующей блокировки. Если скафандр пробивало на одной из конечностей, человек мог отрезать пострадавшую часть скафандра – разумеется, вместе с конечностью. Ампутация, остановка крови и санация ампутированного места – все это обеспечивалось автоматически.

Словом, были веские причины для того, чтобы Стэн потел от такого страха, которого не испытывал уже много лет.

Доктор Харс Стинберн-Кнокс-Блок был вовремя предупрежден Джилл Шерман. Он поспешно надел скафандр, затем вооружился привычным на Кулаке оружием – длинным, зловеще изогнутым подобием сабли и прихватил “арбалет-лопату”, которую здешние старатели использовали для работы.

При сборе уже “спелых” металлических выростов вне купола шахтеры использовали особого рода арбалет-лопату – метательное приспособление с двумя ручками и мощнейшей пружиной, которая выстреливала метровое копье с плоским наконечником шириной двадцать пять сантиметров, причем край наконечника был острее бритвы. Скорость копья-лопаты достигала пятисот метров в секунду, что делало ее смертельным оружием.

Стинберн загодя готовился к возможному нападению – только не имперских блюстителей порядка, а кулакских головорезов. Он понимал, что после неудачного заговора сам стал опасным свидетелем, которого могут попытаться уничтожить его же товарищи по заговору. Он считал это нормальным и не обижался. Просто заботился о сохранности своей жизни – для то-го-то и поспешил убраться с Прайм-Уорлда.

– Опять-таки в целях безопасности Стинберн поселился в комнате, одной из стен которой служила поверхность купола, и позаботился о герметичности двери в эту комнату, чтобы при случае превратить ее в шлюзовой отсек.

Сейчас был такой случай. Стинберн опустил и закрепил лицевой щиток и посмотрел на данные приборов: комната идеально герметична, никаких утечек. Он нажал кнопку, и воздух из комнаты стал вытесняться под купол. Теперь его палец завис над другой, красной кнопкой, а глаза неотрывно смотрели на экран, который показывал, что творится в коридоре перед дверью.

Стинберн не стал ждать, пока там появятся два пришельца. Он нажал красную кнопку, раздался хлопок несильного взрыва, заднюю стену его комнаты выдавило наружу и оставшийся воздух увлек Стинберна за собой – он кубарем вылетел на поверхность планеты.

Даже сквозь стену коридора Стэн услышал гулкий хлопок разгерметизации стинберновской комнаты. Машинально и он, и Алекс захлопнули свои лицевые щитки. И стали ждать. Стрелки измерителей давления, которые имелись во всех комнатах и коридорах, сперва заметались, потом застыли на прежнем уровне.

– Парень умотнул наружу, – сказал Алекс.

Стэн не считал нужным вести разговоры – он быстрым шагом направился на улицу, найти ближайший шлюз и выйти из купола. Однако на грязной улице их поджидала толпа шахтеров во главе с Джилл Шерман. Стэн остановился и поднял свой лицевой щиток.

– Мы все согласились на том, – сразу взяла быка за рога суровая начальница шахтерского поселка, – что у вас свои законы, а у нас – свои. Нам врач нужен. И он у нас есть. Отдавать его мы не намерены.

Стэн понимал, что сейчас любые угрозы прозвучат жалко.

– Отныне все, что попадает на нашу планету, на ней же и остается.

– Значит ли это, киска, – не без тоски в голосе спросил Алекс, – что вы нас не отпустите домой?

Шерман энергично кивнула головой.

Скафандр Стэна был почти точной копией шахтерских скафандров – но чуть более современной модели, с небольшими дополнениями. Стэну оставалось надеяться, что одно из этих дополнений не известно шахтерам и поможет ему и Алексу в этой отчаянной ситуации.

Он схватил прямоугольный контейнер, висевший на поясе, сорвал с него крышечку – оттуда вырвалась тонкая видимая струя газа. Стэн захлопнул свой лицевой щиток и швырнул контейнер в толпу шахтеров. Увеличив до предела громкость звука своего встроенного в скафандр микрофона, Стэн проорал: “Газ! Коррозионный газ!” – и побежал прочь. Пока шахтеры в панике метались и искали, куда бы спрятаться от контейнера, который вертелся волчком в грязи, шипя и выбрасывая струю газа, капитан и старшина были уже далеко.

А к тому времени, когда анализатор атмосферы на внешней поверхности скафандра Джилл Шерман определил, что в контейнере был просто сжиженный запас кислорода, Стэн и Алекс стояли у входа в ближайший шлюз.

– Уфф! – сказал Алекс, тяжело отдуваясь, и энергичным движением затолкнул Стэна во внутреннее помещение шлюза. – Ладно, я буду тем парнем, который на мосту задерживает превосходящие силы.

И прежде чем Стэн успел ответить, Алекс закрыл дверь за своим другом. Стэну оставалось одно – выйти из купола и преследовать Стинберна. Алекс повернулся в сторону приближавшейся толпы разъяренных шахтеров.

– Ну, кто будет первым?

Первым был шахтер выше Алекса на две головы. Алекс блокировал его удар и ударил сам. Гигант полетел вверх тормашками в середину толпы.

Кулак был планетой с очень небольшой силой тяжести. Местные и драться привыкли по-особому, У Алекса, только что прибывшего из мира с нормальной силой тяжести, были большие преимущества. Но на него надвигались десятки громил – и тут никакие преимущества не действовали. Положение было отчаянным.

Впрочем, не совсем отчаянным. Ведь шахтерские ножи, без которых тут никуда не ходили, были под скафандрами. А в коридоре у шлюза слишком мало места, чтобы стрелять из арбалета стрелой-лопатой. К тому же стрела могла продырявить ближайшую стенку купола.

Поэтому схватка у шлюза одного героя с толпой не стала трагедией, что произошло бы в любом мире. Драка безоружных людей в скафандрах – впечатляющая возня, но не более. Зато это была драка, которая вошла в анналы кулакской истории – и старожилы долго рассказывали о ней новичкам, расцвечивая тогдашний бой все новыми и новыми деталями. Впрочем, старожилы на Кулаке не заживаются.

Алекс обожал кулачные бои. Сейчас в массивном скафандре он казался огромным бронированным шаром, который разгонялся, отскакивал рикошетом от стен коридора, врезался в свою цель, потом откатывался к двери шлюза – и при этом не прекращал громко и торжественно распевать, вспоминая свои полузабытые корявые вирши:

Был смелым воином Гораций,

Что капитаном у ворот.

Без всяких там морализации

Губе любой даст разворот.

Сейчас развороченной губе противника был равен расколотый лицевой щиток нападавшего на Алекса шахтера. Пока этот шахтер рухнул, надолго контуженный храбрым шотландцем, тому некогда было упиваться победой – приходилось отражать новые атаки. Перехватив руку с занесенным над ним сварочным аппаратом, он этой чужой рукой ударил третьего шахтера, который подкрадывался к нему сбоку. Сварочный аппарат пробил скафандр на руке, тот разгерметизировался, сработала ампутационная система и отрубила нападавшему руку – шахтер завопил и потерял сознание.

Тут кинул славный Астур

Надменного Горация через колено...

Тем временем Алекс швырнул второго шахтера на стенку с такой силой, что тот, ударившись головой, потерял сознание.

Он трижды двинул парню в рожу -

Прости, дружок читатель,

Поэт свободен в выборе словес.

Остальные шахтеры попятились подальше от Алекса – перегруппировать силы. Старшина сильнее приоткрыл вентиль кислорода и ждал. Толпа нападавших наполовину поредела, а у тех, кто остался, пыла поубавилось.

Никто не рвется в смертный бой.

Покуда задние вопят “вперед, вперед!”,

Передние напуганы пальбой:

“Ах, мама, вдруг меня сейчас убьет?”

Напрасно он пропел эти задиристые строки. Шахтеры взбесились не на шутку и опять перешли в наступление – организованной фалангой. Но фаланга хороша, покуда не смешались ее первые ряды. Когда шахтеры разогнались так, что уже не могли бы в своих тяжелых скафандрах сразу же остановиться, Алекс вдруг лег плашмя в уличную грязь и покатился первому ряду фаланги под ноги.

Шахтеры повалились, на узком пятачке коридорчика перед шлюзом возникла куча мала, а Алекс тем временем крушил задние ряды – ногами, кулаками, головой, которая благодаря шлему превратилась в могучее оружие. Толпа нападающих была ошарашена и стала спасаться бегством.