«Что же он не спрашивает? — думал Остужев, глядя на Кутузова и отхлебывая из солдатской кружки крепкий чай. — Я ведь предлагал тебе Носорога, так спроси: что с ним, куда я его дел, или до сих пор с собой таскаю? Ведь за таким предметом всегда присматривать надо!»
Когда чаепитие окончилось и все распрощались, Остужев на минуту задержался.
— Михайло Илларионович, а что делать с. «Предметом предметов»?
— Не знаю такого, и знать не желаю! — отчеканил главнокомандующий. — Нет его.
— А граф Аракчеев?
— То же самое скажет! — Кутузов ненадолго смягчился. — Саша, у каждого свой крест. Как тебя Бог поступить надоумил, так и хорошо. А знать никому ничего не надо.
Выйдя и вместе с друзьями двигаясь к месту постоя, Остужев вспомнил жалкого, сразу постаревшего Колиньи. Когда почти все французы уже ушли, итальянец все еще пытался заложить заряд под храм Василия Блаженного и взорвать его. То ли пытался попасть в подземелье, то ли просто мстил Москве. Отец Григорий попросил помощи, и взрыва удалось избежать. Остужев мог убить Колиньи, и убить легко — Император не вернул ему Леопарда. Но глядя на его трясущиеся руки и потухший взгляд, Александр просто не решился. Враг был наказан больше, чем смертью — проигрышем и жалкой жизнью.
Завтра им предстояла дорога в Санкт-Петербург, долгий разговор с дотошным Аракчеевым, а потом новые задания. Потому что есть войны, которые не кончаются никогда.
Об авторе
Игорь Пронин.
Родился и живет в Москве, образование экономическое. Больше десяти лет работал в «банковской сфере», пока не заскучал, и с тех пор писатель. Издал (чаще под псевдонимами) более двадцати романов, не считая повестей и рассказов в сборниках. Предпочитает сочинять фантастику, в ней и стал лауреатом нескольких премий. Печатался в таких сериях, как «Ведун», «Сталкер» (А. Степанов). Новеллизировал сценарий кинофильма «Черная молния», работал над телепроектами. Автор серии «Пираты» проекта «Этногенез».
Собирается так и продолжать.
Автор о «Наполеоне 2»
Вы написали книгу в том числе о войне 1812 года. Специально старались к юбилею?
Юбилей, как всегда, подкрался незаметно! Я почему-то совсем упустил его из виду, собираясь писать о Египетском походе. Спасибо — напомнили. Пришлось многое изменить в изначальном замысле, но сама идея мне понравилась. Надеюсь, книга стала динамичнее оттого, что рассказывает о двух войнах. И они действительно во многом похожи — именно в этих двух кампаниях Наполеон покидал привычную для него «цивилизованную Европу», пропитанную идеями Французской Революции. Пожалуй, сюда еще можно отнести Испанию со вспыхнувшей там герильей, но она лично для Наполеона имела мало значения. А вот Египет должен был бы научить: есть места, где тебе не рад никто, и земля будет всегда гореть под ногами.
Увы, урок отчего-то не был выучен, и четырнадцать лет спустя уже не генерал, а император пришел в Россию, чтобы увенчать свою героическую жизнь печальным финалом. Но праздновать мы будем, конечно, не это, а действительно героическую победу нашего народа, для чего потребовалось полное единение, — неспроста эта война Отечественная.
Это ваша вторая книга о Наполеоне Бонапарте, в рамках проекта «Этногенез». Для работы над первой книгой вы обращались к исследованиям Стендаля и Тарле. Какие источники помогли вам на этот раз — для понимания личности Наполеона периода военных кампаний?
Источники были те же самые, ведь писать о Наполеоне и не писать о Русской кампании просто невозможно. Да и египетская авантюра, назовем ее так, до сих пор предмет спора историков. Но тогда Наполеон был всего лишь генералом, и получил задание от Директории, с которым справлялся блестяще, но его подвел флот — можно смотреть на это с такой точки зрения.
Но личность его… В Египте, на мой взгляд, он ожесточился. Во время отступления из Сирии в армии началась эпидемия. Безнадежно больных не имело смысла везти с собой. Но оставить их туркам означало обречь больных на мучительную смерть и поругание. Наполеон предложил врачу отравить их. Характерный, как мне кажется, эпизод — холодный здравый смысл подсказывает самый простой выход.
В Наполеоне будто все меньше оставалось человеческого, год за годом. И, как ни странно, человеческие качества стали возвращаться к нему уже в самом конце, на острове Святой Елены. Там он много гулял, с удовольствием принимал редких гостей, шутил с дочкой губернатора. Удивительный человек с удивительной судьбой, и понять его личность непросто. И все же нужно помнить: при всей обаятельности Наполеона как исторического персонажа, этот человек несет ответственность за гибель множества людей, и не в последнюю очередь в России.
В романе значительное место уделяется батальным сценам, от обширных сражений армий до перестрелок и погонь отдельных персонажей. Именно поэтому, оттесняя миролюбивых Пчелу и Кролика, на передний план выходят «агрессивные» предметы — Лев, Леопард и, наконец, загадочный «Предмет предметов»?
Пчела работает всегда, день и ночь, без выходных. Именно она дает силу и энергию Наполеону, и именно поэтому он скорее согласен расстаться со Львом, чем с Пчелой. Она не миролюбива, она — строитель. Может строить мирное государство, а может построить самую совершенную военную машину своего времени. Что касается Льва и Леопарда, то эти представители семейства кошачьих имеют разный масштаб: Лев громит чужие армии, а Леопард ломает кости конкретному врагу. Конечно, в военное время хорошо бы иметь под рукой обоих, в чем Наполеон и преуспел на какое-то время. А «Предмет предметов». Может быть, персонажи романа его несколько переоценивают? Не знаю. Но одобряю поступок Остужева — есть вещи слишком серьезные, чтобы доверять их людям. Шутка. Может быть.
Наполеон без особых колебаний принимает условия игры — не останавливается ни перед чем в стремлении стать богом. На страницах романа в качестве морального противовеса «наполеоновским устремлениям» выступает русский офицер Остужев — не поддающийся соблазну возвыситься над миром и людьми. Что это — типичная русская черта, особенность традиционного воспитания и мировосприятия, или нечто личное?
Человек он хороший. Воспитан в дворянском духе того времени, не испорчен ни деньгами, ни славой, ни успехами. Немного идеалист, хотя с возрастом этот недостаток частично преодолел. Но самое главное — он не честолюбив. Может быть, даже слишком не честолюбив. Таких людей у нас много, но в мирное время они не слишком заметны. Только война, угроза для родины заставляет их оторваться от привычных занятий. Когда Остужев осознал, что мирного времени нет, что война за предметы идет всегда, он уже не мог оставаться в стороне. А когда от него потребовалось отказаться ото всего ради спокойствия других, он не колеблясь пошел на эту жертву — это и есть главная черта Остужева: готовность к самопожертвованию ради других.
О войне 1812 года написано и сказано немало. Кратко, по-вашему: в чем причина неожиданного краха наполеоновской кампании в России?
Как в чем? Остужев отобрал у Бонапарта Льва! Но если на минуту выйти из Вселенной «Этногенеза» и посмотреть с историко-аналитической точки зрения, то ничего неожиданного в крахе нет. Неожиданно поведение Наполеона, который в Витебске (реальный факт) швырнул саблю на карту и сказал, что кампания 1812-го года окончена. Поступи он так, все было бы куда сложнее и опаснее для России — коммуникации не вытянуты, склады наполнены, противник потерял значительную часть территории. А самое главное, Наполеон мог подтолкнуть к нападению Турцию и Швецию, совсем недавно проигравших войны России. Но отчего-то он вдруг решил продолжить войну. Не учел наших масштабов, может быть? Но это странно для такого расчетливого человека. Скорее не учел менталитет. И менталитет крепостных крестьян, которые пошли в партизаны не ради господ, а ради свободы родины, и менталитет царя, который на предложение переговоров ответил, что будет воевать и за Уралом.
После победы над французскими захватчиками у русских появились, в качестве трофеев, такие мощные предметы, как Лев и Саламандра. Казалось бы, Россию ждет череда успешных военных кампаний.
Казалось бы. Но не всегда все идет так, как хочется. Наш прекрасный военачальник князь Голенищев-Кутузов, как известно, прожил не так уж много после победы над французами. Как знать, что случилось со Львом? Разве что почитать продолжение серии «Наполеон». Что до Саламандры, то она к военным успехам отношения не имеет, и как с ней поступил граф Аракчеев, пока неизвестно.
Есть ли у русской троицы героев (Остужев, Гаевский, Байсаков) прототипы из жизни? К кому из этих персонажей вы, как автор, испытываете наибольшую симпатию? Каким вам видится их будущее?
