– Импортных моделей много, только не советую – дорого и всё равно сломаются или подведут, а имперский автоматический пистолет могу порекомендовать армейский и винтовку автоматическую, только за ними уход нужен хотя бы раз в неделю, иначе работать не будут.
– Да что я не понимаю, – хмыкнул Сергей, – пострелял – чисти, не стреляешь – чисти, разобрал и смазал раз в неделю, ёршик в щелочном масле намочил и вперёд.
– Вот-вот, хорошо, раз так, подберём, – согласился Эрик, – давай, завтракаем и поехали.
Получив хорошую порцию сосисок, яиц, каши, булочек и чая, они с удовольствием позавтракали в небольшом кафе, напротив входа. Хозяйка держала заведение специально для жителей Тихого квартала, имевших обыкновение быстро перекусить, если опаздывают, поэтому блюда подносили мгновенно. Во дворец как раз ехал мобиль, плюхнувшись на удобное сидение, довольные жизнью, сотрудники Тайной службы наслаждались видами проснувшегося города. Сергей удивлённо глядел, как по улице на элефанте ехал надменный господин в чалме, на боковой улице мелькнул караван верблюдов, а на мосту вышагивал диковинный аппарат с деловитым молодым человеком в кожаной фуражке. Бегали разносчики утренних газет, за столиками на улице уже восседали люди с чашками кофе, радующиеся погожему дню, в общем, столица просыпалась. Во дворце, Эрик повёл Сергея в оружейную, поскольку удобное оружие считай полдела, хотя свой поначалу кошмарно неудобный абордажный револьвер не променял бы ни на что.
– Нам бы подобрать автоматические пистолет и винтовку для нового сотрудника, – обратился Эрик к седовласому оружейнику, разбиравшему снайперскую винтовку.
– Полагаю, вы знаете как обращаться с оружием, – не отрываясь от дела, сказал тот, – именно автоматические стоят в комнате три-три, по коридору до конца направо, на стеллаже у двери патроны из отстрелянных партий и в журнале потом запишетесь на выходе.
В комнате три-три имелась сотня образцов, более-менее работающих в условиях империи, вынимая из ящиков и разглядывая их, Сергей был в восторге.
– Во, блин, Маузер прямо или Астра, а этот на Штаер похож, не, ну чистый Кольт, о, а это похоже АПС, только полегче и поудобнее, – ухватился Сергей за пистолет, – его беру!
– Может ещё присмотреться, автоматический пистолет Гуляева это довольно специфичная штука, к ней ещё кобура деревянная прилагается, – заметил Эрик, – вон есть полегче и отдача меньше «Жетесов» или очень надёжный, хоть импортный CZ100.
– С армии такую штуку не держал в руках, беру, – решительно сунул в обнаруженную рядом кобуру пистолет Сергей, – а винтовки-то!
Он прошёлся по десятку моделей, поглаживая воронёные бока и лакированные приклады, отбросив совсем небольшие и армейские модели, Сергей попробовал несколько укороченных штурмовых винтовок. Выбрав модель Рукавишникова имеющую складной приклад и короткий ствол, он прицелился и кивнул, прихватив оптический прицел к ней, у двери на стеллаже он набрал подходящих патронов, быстро разобравшись в маркировках и довольный уставился на Эрика. Выбор оружия всё же дело личное, поэтому тот не стал указывать, что есть модели понадёжнее и поновее. Они прошли в тир, где на рубеже двое упражнялись, Сергей быстро разобрался с особенностями выбранного оружия и изготовился к стрельбе. Расстреляв пару обойм из пистолета одиночными, он перевёл в автоматический режим и вставил удлинённую обойму, попадания были неважные, зато радости на лице хоть отбавляй. С винтовкой, как и положено дела шли лучше, одиночными совсем хорошо, фиксированными очередями похуже, длинными так себе.
– Беру, дайте две, – улыбнулся Сергей.
– Я не уверен, что выпишут по два экземпляра, но поговорю, – нахмурился Эрик.
– Да это так, прикол, – отмахнулся Сергей, – эти возьму, ну чисто АПС и Хэклер МР5А3, всю жизнь мечтал.
– Не забудьте расписаться в журнале, – напомнил оружейник, – и вот, возьмите чехол под винтовку, планку, фонарь и набор для чистки, только патчей там немного.
– Премного благодарен, вечером почищу, – загребая богачества сказал довольный Сергей, – такая красота, коробочка деревянная, полированная, обычно пластиковый карман и всё.
– Всё-таки это имперское оружие, – пожал плечами оружейник и процитировал императора Боеслава V, – наше оружие должно быть под стать нам – сильным, точным и красивым!
Оказалось граф уехал как раз в Тихий квартал, поэтому пришлось возвращаться, заодно Сергей забросил на квартиру винтовку и принадлежности, открыв для себя оружейный сейф, упрятанный в стене за дверью. Пистолет он запросто уместил в кармане сюртука, его даже не пришлось ушивать – оружие империи было унифицировано, довольный Сергей заинтересовал увидевшего их графа.
– Ну и как вам наше оружие? – спросил Нефёдов.
– Калибр великоват, а так лёгкое, точное, прикладистое, – ответил Сергей, – пока нравится, не дай Бог пригодится.
– Хорошо сказано, – подтвердил граф, – а у нас опять новости, там жреца уже подробно допрашивают, он вспомнил, правда не без помощи мастера, что имеется дюжина агентов влияния, устроившихся на должности невеликие, но позволяющие иметь доступ ко многим имперским документам. Они-то и создавали заговор, уже два года разрушая изнутри имперские устои, при этом были связаны с иностранными разведками, имена агентов неизвестны, но отделы, где они работают поголовно задержаны и находятся тут на гауптвахте. И как их обнаружить ума не приложим, каждого допросили, но пока ничего, плюс их почти сотня, многие каются сами, подельников сдают, записывать не успеваешь, но в основном административная или уголовная мелочь.
– А есть у вас песня или танец, знакомый с детства, – предложил Сергей, – общество довольно военизированное, должны быть детские организации типа скаутов, кричалки.
– Да что уж военизированное, говорите лучше фразами иностранных газет: «насквозь милитаризованное общество диких варваров, бряцающих оружием», – хохотнул граф, – мысль дельная, принимаются заказы на исполнение.
– Пусть Старый гимн будет, он у всех со школы в печёнках сидит, – предложил Эрик.
– Да, видал я как в султанате Эль-Яман, пытались изобразить Старый гимн, хотя месяц разучивали и тренировались, наш посол не выдержал и заржал во весь голос, чуть переговоры не сорвались, – хмыкнул Нефёдов, – сейчас засланцы будут не только обескуражены, но и избиты.
– На Старый гимн становись! – заорал Эрик, едва войдя в зал с задержанными и глядя на замешкавшихся людей, вытащил абордажный револьвер и выстрелив холостым, добавил, – кто будет фальшивить или ошибётся в повороте – пристрелю!
Довольно быстро все построились, включая пожилых задержанных, всех замешкавшихся и путающихся в построении брали на карандаш, дюжина выдала себя ещё вначале, потому как запоздали с началом маршировки на месте, не заметив сигнала. Начало гимна они тоже пропустили, затем открывали рот невпопад и окончательно были раскрыты началом перестроений: только имперец с детства знал все сигналы и мог быстро ориентироваться, поскольку знаки подаваемые ведущим, часто были незаметны чужому глазу. Агенты же, даже не слышавшие о такой забаве, любимой на занятиях по физической культуре в школах и университетах, были буквально вышиблены из строя и растоптаны колонной, привычно сомкнувшей ряды. Промаршировав на месте и допев гимн, все недобро уставились на довольно помятую дюжину, сидящих на полу.
– Это явно не имперцы, – ткнул пальцем в агентов пожилой господин, – вот эти двое работают у меня в отделе и по документам уроженцы Макарьева.
– Вы помогли раскрыть иностранных шпионов и это вам зачтётся, большое спасибо, если есть претензии к нашей работе, подавайте жалобу в установленной форме, – сказал граф, – всех отпустить, а этих доставить в Воиборскую крепость, пусть выкладывают что знают.
Задержанные быстро разошлись, арестованных увезли, в помещении стало довольно пустынно.
– Вот для чего свежая голова всегда нужна, – улыбнулся Нефёдов, – следователи их неделю бы допрашивали, столько людей занято. А кстати, Эрик Карлович, вы отчего аттестацию не сдаёте?
