вышло.
Девушка внезапно оторвалась от моих губ. На её лице на долю мгновения появились те самые магические шрамы, что я уже видел — на лбу и подбородке. И если уж Анастасия связана с Волотом, то теперь не было сомнений, что именно он и оставил ей эти отметины. Скорее всего, за что-то наказал и до сих пор мучает.
Соседка схватилась за правый бок и застонала.
— О-ох… что-то кольнуло… — Она поморщилась от боли и отстранилась. — Прости… но мне что-то плохо… прости, Алекс…
У неё даже лицо побледнело, будто ей действительно больно. А может, так и было — шрамы причиняли ей боль, а она лишь сделала вид, что причина в другом.
Я тоже изобразил совсем не то, что чувствовал: тревогу за девушку и участие.
— Ты как? Может, воды?
Она закивала, сильнее зажав бок ладонью и зажмурившись от боли.
— Да, прошу тебя… принеси воды…
Я оставил её и быстро отправился на кухню. Тем временем Абубакар, который всё это время тоже был здесь, начал закидывать меня картинами, как девушка дождалась, когда я уйду, и сразу поднялась с дивана.
Затем её рука взметнулась вверх над головой, а ногти позеленели, отразив готовность применить силу мрака Эреба.
Анастасия уже собралась призвать нежить, которую оставила в подвале, но… вдруг передумала.
Опустила руку.
Затем села на диван и опять изобразила боль. Когда я вернулся со стаканом воды, девушка ослабевшим голосом поблагодарила меня и сделала виноватое лицо.
— Прости, Алекс… я не хотела прерывать наше… ну… э-э… ну ты понял…
— Увезти тебя в больницу? — оборвал я её тревожным голосом.
Она сделала глоток воды и пробормотала:
— Нет. Мне уже лучше. Просто нужно полежать, и всё пройдёт. У меня бывают приступы… гастрита. Ещё раз прости…
Она взяла меня за руку, затем поднялась и обняла.
Её поцелуй, нежный и благодарный, поставил точку в нашей встрече. Потом девушка буквально выпроводила меня за дверь, торопливо попрощавшись и пообещав, что мы обязательно продолжим наше близкое знакомство.
Я спустился с крыльца, глубоко вдохнув прохладный ночной воздух и давя в себе остатки возбуждения, а затем ещё раз проверил цепочку с бусинами. Соседка пока не решилась действовать, зато теперь я точно знал, за чем она охотится, и мог это использовать. Если Анастасия Баженова связана с Волотом, то значит, может вывести меня прямо на него.
Абубакар тем временем снова начал слать мне картинки.
Выпроводив меня, девушка допила воду залпом, перевела дыхание и прилегла на диван. Потом перевернулась на спину. Её рука скользнула под подол платья. Анастасия провела пальцами себе между ног и резко зажала ладонь бёдрами, а потом выгнулась и зажмурилась, застонав от сильного оргазма:
— М-м-м-м-м… чёртов Бри-и-инер…
Закусив губу, чтобы больше не стонать, она содрогнулась несколько раз, шумно выдохнула и наконец расслабилась.
В итоге, самоудовлетворившись, соседка осталась на диване. Полежала так без движения, уставившись в потолок и о чём-то размышляя, потом закрыла глаза и почти сразу уснула, но Абу остался наблюдать.
Я же отправился домой, чтобы проверить Эсфирь.
Правда, стоило мне открыть входную дверь и сделать шаг, как я увидел, что в мою голову летит грозный некромантский топор…
Книга 2
Эпизод 14
Если бы не хорошая реакция, то мне бы размозжило голову!..
Я успел увернуться, и топор пронёсся мимо. С глухим ударом он воткнулся в дверь, которая мгновение назад закрылась за моей спиной.
В полумраке гостиной стояла Виринея. Злая, как дьяволица.
— Какого чёрта ты делал у этой стервы? — процедила она. — Я жду тебя уже сорок две минуты. Мне Эсфирь открыла. Сказала, что тебя дома нет… что ты ушёл к соседке. Была радостная, как никогда.
Я глянул на топор, торчащий из двери, и направился к Виринее.
— Ты забыла, где находишься? Нельзя приходить ко мне домой и размахивать оружием. Поубавь недовольство. Если я у кого-то был, значит, так надо.
Она разозлилась ещё больше.
— Знаешь, что, Бринер? Я просто уйду и забуду, что ты существуешь! Сколько тебе говорить, что нельзя связываться с этой рыжей змеёй, а ты всё равно к ней лезешь! Ты совсем дурак, да⁈
— Не настолько, как ты думаешь, — серьёзно ответил я, глядя Виринее в глаза.
Она не знала о моих планах насчёт соседки, а посвящать ни её, ни Эсфирь, ни кого-то другого я не собирался.
Виринея попыталась пройти к двери, чтобы забрать топор, но я встал у неё на пути.
— Давай договоримся, что ты больше не машешь оружием у меня дома просто так.
— Это было не просто так!
От злости она двинула меня кулаком в плечо. Её ногти покрылись зеленью, а вокруг тела образовался мрак Эреба.
И тут до неё что-то дошло.
Она внезапно успокоилась, перевела дыхание и совсем иначе посмотрела на меня.
— А ты хитрец, Бринер. Есть такая фраза «Держи друга близко, а врага — ещё ближе». Этим ты и занимаешься? Или… — она сощурилась, — или ты просто сходил потрахаться?
— Ты так за меня беспокоишься, или мне показалось? — тоже сощурился я.
— Тебе показалось, — буркнула Виринея. — Делай, что хочешь. Мне всё равно. Но не думаю, что ты бы смог достигнуть таких высот в прошлом, если бы был идиотом и бросался на ведьминские прелести, как сопливый мальчишка.
Её проницательность и зрелость суждений порой брали верх над простой ревностью. Сейчас был как раз тот случай.
Но мой взгляд всё равно упал на грудь Виринеи. Во мне всё ещё не улеглось возбуждение от встречи с соседкой, и мой откровенный интерес девушка сразу заметила.
— Куда ты смотришь, Бринер?
— На ведьминские прелести.
— Ты ужасен… — Она поморщилась, но было видно, что это всё показное. Ей льстило моё внимание.
Я посторонился, пропуская Виринею к двери.
— Кстати, у меня будет к тебе просьба. Уверен, для тебя выполнить её будет несложно.
Девушка сделала пару шагов к двери и остановилась. И снова её проницательность меня порадовала.
— Скорее всего, ты сейчас попросишь меня больше к тебе не приходить, верно? Вплоть до осени и Бала Мёртвых? Чтобы соседка подумала, что ты полностью переключился на неё, и расслабилась. Так?
Всё же наследница Хибинской Ведьмы была умницей.
— Так, — подтвердил я. — Зато тебе не придётся больше швырять в меня топоры. По крайней мере, до
