— Эй, Стиви! Удалось тебе раскусить этого быстроглазого красавца?
Стиви даже головы не повернула. Она без стука вошла в кабинет Гарри, захлопнула дверь и остановилась на пороге, сложенными за спиной руками вцепившись в дверную ручку. Конклин с удивлением взирал на нее из-за стола.
— Больше о Джо Девлине я не напишу ни слова, — непререкаемо заявила Стиви. — Если ты попытаешься заставить меня, я просто уйду. Ты слышал, Гарри? Я поставила точку. Чернила кончились. Всё.
Что-то мешало ей дышать. Пришлось задержаться на мгновение в кабинете, прийти в себя. Наконец Стиви перевела дух, повернулась и вышла, аккуратно притворив за собой дверь.
Изумленный Гарри откинулся на спинку кресла. Что все это могло значить?
ГЛАВА 16
Из Ричмонда группа отправилась в Питтсбург, последнюю перед Рождеством точку их маршрута, где пути участников разошлись сразу же после выступления. Брэд вылетал в Нэшвилл, Дэйв собрался в Арканзас, Аллен Ли торопился попасть в Мемфис. Встретиться договорились в Цинциннати в январе.
В Пайни-Крик, находившемся в часе езды от Атланты крошечном местечке, не указанном ни на одной карте, Эллен и Чарли Девлин с нетерпением дожидались приезда на рождественские праздники двух своих сыновей.
Уже на следующий день после возвращения Джо и Ричи Эллен заметила, что ее старший сын стал куда молчаливей и сдержанней. Из пятерых детей за него она переживала больше всего. Чарли называл ее тревоги глупостями — ведь Джо добился такого успеха! На что Эллен резонно замечала, что именно это и внушает ей беспокойство.
Джо всегда был самым задумчивым в семье. Подростком он выбирал себе в друзья тех, кого остальные избегали. Признанный школьный лидер, он чувствовал свою ответственность за судьбу сверстников, по какой-либо причине отверженных большинством. Джо привык до конца доводить начатое, каким бы странным ни представало его поведение в глазах товарищей.
Эллен тонко подмечала происходившие с сыном перемены. После трагической гибели Кэти в автокатастрофе матери показалось, что все счастье в жизни Джо оказалось украденным. Вот и в этот приезд он отстраненно расхаживал по дому с видом человека, пытающегося разрешить какую-то наболевшую проблему.
— Утром звонила Дженни, — сообщила Эллен мужу, поднимая кофейник.
Прятавшийся за газетой Чарли только буркнул что-то в ответ.
— Чарли, дорогой, я бы хотела, чтобы ты меня выслушал. — Наполнив его чашку, Эллен поставила кофейник на место. — Джо очень беспокоит ее. Мы начали болтать, и она сообщила, что в последней поездке Джо сопровождала какая-то девица. Дженни считает, что это может повредить его популярности, сильно повредить.
— Джо — взрослый мужчина. — Чарли отложил газету в сторону и поднес к губам чашку с кофе. — К тому же, как всем известно, он — свободный мужчина. И если рядом с ним находится женщина, то касается это лишь его одного. До сих пор он прекрасно справлялся со своими делами без нашей помощи.
— Дженни сказала…
Муж со стуком опустил чашку на блюдечко.
— Эллен, лапочка, Дженни Уильямс охотится за Джо с того самого дня, как он принял ее на работу. Естественно, что ей не очень нравится видеть около Джо другую. — Он вновь уткнулся в газету.
— Хотела бы я точно знать, что Дженни сказала правду, — после минутной паузы проговорила Эллен.
Чарли аккуратно сложил газету. Ничего не поделаешь, придется выслушать до конца жену и лишь затем вернуться к новостям спорта. Довольная тем, что смогла безраздельно завладеть вниманием мужа, Эллен придвинула стул поближе.
— По словам Дженни, эта девица работает в газете. Она пишет на диктофон или строчит в блокнот каждое слово, которое слышит от Джо или кого-то из ребят. Берет на заметку все, чем они только могут заниматься в дороге. Вот где лежит опасность для репутации мальчика.
— Какая опасность? — Чарли почувствовал неподдельный интерес. Дженни его никогда особо не трогала, но сейчас, похоже, у нее появилась соперница — схватка может оказаться увлекательной. Слепому было ясно, что Дженни плетет свои сети вокруг Джо и его денег. Не видел этого только сам Джо.
— Ты же знаешь, как он нравится женщинам. Мне страшно подумать, что рядом с ним крутится какая-то выскочка, которых вокруг — что грязи… — Эллен грустно покачала головой.
— С чего это вдруг?
— Что? — Она подняла на мужа недоумевающий взгляд.
— С чего ты заговорила про грязь?
— А ты сам подумай. Что она себе позволяет, разъезжая по провинции в компании мужчин? Позор какой! Нет, я должна поговорить с Джо.
Чарли чуть отвернулся, чтобы не обидеть жену улыбкой. Как только речь заходила о детях, Эллен превращалась в наседку. Она пришла в панический ужас, впервые узнав о толпах фанаток, следовавших по пятам Джо из города в город. Маркитантки полковые, прозвала она их. Ричи и Джо пришлось дать матери торжественное обещание, что они никогда не позволят себе связаться с этими вертихвостками. Эллен хоть сейчас была готова поклясться на Библии, что ее сыновья свое слово держат. Чарли придерживался более реалистического взгляда. В конце концов, и Джо, и Ричи — живые люди, а в жизни всякое случается.
В общем, каждый из супругов решил поподробнее расспросить Джо об этой девушке.
Когда вечером накануне Рождества Джо вошел в кухню с ворохом пакетов, Эллен хлопотала у плиты, занятая подготовкой к праздничному ужину. Аромат окорока, запеченного в коричневой сахарной глазури и украшенного дольками ананаса, напомнил ему, что сегодняшний обед он пропустил. Сложив подарки кучей на круглом столе из старого дуба, Джо заглянул в духовку.
— Убирайся с кухни немедленно, — с ворчливой лаской погнала его прочь Эллен.
— А когда будет готово, мам?
— Не раньше, чем все сядут за стол. Перекусить можешь чем-нибудь еще.
Джо достал из холодильника кусок яблочного пирога, сел.
— Когда поешь, вспомни, что до ужина нужно успеть еще сделать очень много.
— Я знаю, мама. Видишь кучу на столе? Терпеть не могу заворачивать подарки, а ты и так слишком занята. Может, Конни согласится помочь?
Двадцатилетняя Конни, самая младшая в семье, еще не вернулась из колледжа.
— Попробуй уговорить ее, сынок. А не выйдет — сунь взятку. Ты же знаешь ее слабые места. — Эллен вытерла полотенцем руки, откинула упавшую на лоб каштановую прядь. — Кстати, Джо, ты ведь так и не сказал ни слова про гастроли. Все прошло гладко?
