— Ладно, — явно решается на что-то Костя. — Да, ты прав. И если ты обещаешь, что поможешь с тендером по госпиталю, я расскажу всё, что знаю. И даже скрины переписки с Игорем отдам.
— Договорились, — голос Дани абсолютно серьёзен. — Скрины я у тебя возьму позже. А теперь давай быстро, вводи меня в курс дела. Большую часть я и так знаю. Меня интересует, как и каким образом хотели подставить Агнию.
Константин почему-то насмешливо хмыкает.
— А ты, я смотрю, своего добился всё-таки. Заполучил себе первую недотрогу.
Я каменею. Что?..
— Кость, — от ласкового голоса Дани у меня волоски на руках встают дыбом, — наша договорённость не помешает мне съездить тебе по челюсти, если ты хоть одно плохое слово о ней скажешь.
— Да ладно, чего ты, — голос у мужчины наигранно весёлый. — Я в курсе. Ничего такого не имею в виду. Удивительно, конечно, что она так поздно узнала, что ты всё это время был её рыцарем без страха и упрёка…
— Она не знает, — вдруг говорит Даня.
А я превращаюсь в слух. Чего я не знаю?! При чём здесь?..
— Да ладно? — с восхищением тянет Костя. — То есть она не знает ни про то, что в спор ты специально ввязался ради неё, ни про то, что Игорь тебя тогда подставил, выставив полным придурком и главным зачинщиком всего этого дерьма?.. И ты всё равно её заполучил?! Ну ты, конечно, мощь, Игнатьев… Она же тебя ненавидела!
Перед глазами у меня начинают мелькать цветные мошки, зрение словно тускнеет… То есть всё, что я знала о том дурацком споре… всё было совершенно наоборот?!
Сжимаю кулаки, впиваясь ногтями в ладони, похоже, до крови, болью заставляя себя очнуться. Я… подумаю об этом потом! Позже…
Встряхиваю несколько раз головой, снова прислушиваюсь.
— …не за этим. Давай к делу, — говорит Даня.
— Ну, короче… — Костя, видимо, соображает, с чего начать. — На самом деле Игорь её тогда ещё приметил. Он, сам ведь знаешь, звёзд с неба не хватал никогда. Спор тот ему на руку был. Агния долго после этого на мужчин не смотрела. Да и училась она, как проклятая. И работала. Я с ним в то время не общался, он мне уж потом рассказывал, когда я в фирму ушёл и стал старые контакты поднимать. А Свиридовым как раз нужны были поставки через своих, вот мы и сговорились.
— То есть он с самого начала планировал её использовать? — спрашивает Даня, и от его тона я поёживаюсь.
— Не знаю, что там он планировал, по-моему, там папаша его больше планы строил, — отмахивается Костя. — А я в курсе был, потому что Игорь мне плакался, как его отец достал. Короче, Игорь, идиот, член в штанах не удержал. Они с папашей и не думали, что Агния так взбрыкнёт. А потом ты нарисовался, и стало понятно, что у них дела всё хреновее и хреновее. Свиридов-старший к тому времени уже договорился для своего сыночка о зарубежной стажировке и контракте, вместе с женой, понятное дело, а тут такая фигня. Птичка из клетки слиняла к тебе под крыло. Тут-то они и задёргались. И из-за этого начали творить всякую хрень. Мать Агнии как-то перетянули к себе, врача одного из твоих подговорили, чтобы она им информацию сливала.
— Врача случайно не Инна зовут? — уточняет Даня.
— Вроде да, — неуверенно отвечает Костя. — Да только у Игоря даже ума толком не хватило информацию ту использовать. Она вроде им копии историй болезней передавала прям незадолго до конференции. А Игорь мне, прикинь, сказал, что он это всё по диагонали просмотрел, ничего там толком нет, всё то же самое, что и у него. Я, кстати, не знал, что он Агнии исследование упёр, — говорит мужчина торопливо. — Он говорил, что сам всё систематизирует, она для него только данные собирает.
— Ясно, — тянет Игнатьев. — А про мать говорил что-то?
— Писал мне, что старая дура на всё повелась, — пренебрежительно хмыкает Костя. — Игорь последнее время квасить стал как не в себя. По пьяни всякую фигню писал, а я и не вчитывался особо.
— Но переписку сохранял, — Даня смеётся, но смех у него невесёлый. — Ох, Константин, как был ты жуком, так и остался…
— Ну а чего, с такими друзьями, знаешь ли, ухо востро держать надо, — язвительно отвечает Костя.
— Девушка? — зовёт меня кто-то сбоку. — Девушка, у вас всё в порядке?
Поворачиваюсь и утыкаюсь непонимающим взглядом в официанта.
— Ваш заказ навынос, как вы просили, — мне протягивают пакет.
И в это время я краем глаза вижу, как двое мужчин за перегородкой поднимаются.
Глава 26
Спрятаться мне негде. Да и бесполезно. Даня моментально меня замечает. Константин ещё что-то делает, роется в карманах, а хирург, уже не обращая на него внимания, в несколько шагов оказывается рядом. Заглядывает в глаза.
— А я вот… за ужином заехала, — говорю тихо, отводя взгляд.
— Я так и понял, радость моя, — слышу над собой спокойный голос. — Давайте сюда.
Это он, видимо, официанту. Забирает пакет, не даёт мне достать карту, чтобы расплатиться, прикладывая к терминалу свою.
— О, а вы что, встретиться тут договорились? — раздаётся рядом голос Константина. — Привет, Агния. Может, помнишь меня? Мы на одной клинической базе занимались, я с Даном в одной группе был.
— Добрый вечер, — киваю, но общаться с ним мне совершенно не хочется.
— Кость, перешли мне скрины, о которых говорил, — Даня оборачивается к мужчине, придерживая меня за талию. — Прямо сейчас!
— А-а, ну, я… То есть, да, конечно!
Константин тут же лезет в мобильный, а хирург прижимает меня сильнее.
— Ягнёночек, поехали домой.
— Поехали, — шепчу, с трудом сдерживаясь.
Чёрт знает почему в глазах у меня стоят слёзы. Хотя почему чёрт знает?.. Всё ведь просто. Я столько лет обвиняла этого мужчину во всех смертных грехах… А он… всё это время… не просто был не виноват, а ещё и защищал меня от неприятностей, ни словом, ни намёком не показывая, что я к нему несправедлива.
Уже в машине шмыгаю носом и быстро вытираю рукавом влагу под глазами. Даня не спрашивает у меня, в чём дело, только посматривает искоса. Припарковавшись возле дома, разворачивается ко мне.
— Сколько успела услышать?
— Всё, — всхлипываю невольно, снова сжимаю руки в кулаки и невольно охаю от боли.
— Что это?! — мужчина хватает меня за руку, раскрывает ладонь.
— Я… перенервничала, — дёргаю кисть на себя, но её не отпускают.
— Да уж… пойдём, обработаю, — хирург укоризненно качает головой.
Ладони у меня все в подсохшей крови — так давила ногтями, что кожу продавила. На кухне Даня усаживает меня на стул, достаёт перекись. Вздрагиваю, когда прохладная жидкость касается кожи.
— Щиплет? — мужчина тихонько дует мне на ранки, поднимает глаза. — Любимая, пожалуйста, не расстраивайся так! Знаю, это всё очень неприятно и противно… Но зато у нас теперь есть всё, что нужно, чтобы прижать Игоря и не дать ему навредить твоей матери. Он за всё ответит. Я завтра свяжусь с Ксенией Владимировной, она подскажет, как преподнести информацию Свиридову и его адвокату, чтобы они пошли на мировое…
— Причём здесь Игорь? — спрашиваю хрипло.
— Ты же расстроилась из-за… — Даня смотрит на меня непонимающе.
— Ты… Ты… — гляжу на него во все глаза, — серьёзно думаешь, что меня сейчас волнует этот слизняк?! А не то, что я все эти годы винила тебя в… — задохнувшись, замолкаю.
— Солнце моё, — вздыхает Даня, — ну какая теперь разница? Я тебя любил и люблю, это не изменится. Ты что, думаешь, всё это время я ждал от тебя извинений? Они мне не нужны. Ты не виновата, тебя ввели в заблуждение, а я сознательно это заблуждение не развеивал. Может, конечно, это была моя ошибка… Но кто не ошибается?
— Знаешь что? — говорю медленно, не отводя от него взгляда. — Я… пожалуй, выйду за тебя замуж.
На его лице расцветает такая счастливая и одновременно абсолютно мальчишеская улыбка, что я не могу удержаться. Всхлипнув снова, тянусь к нему и обнимаю этого невозможного мужчину, закидывая ему руки за шею.
— Звучит как угроза, — слышу смешок, Даня фыркает мне в волосы.
