Патрульный, наверно, подумал, что Винн выкрала священного маджай-хи из их леса. Но если они остановятся, чтобы подумать, то у нее, возможно, будет минута, чтобы всё объяснить. Она собиралась въехать, а не уехать, с их земель.
— Тень, остановись! — прокричала Винн, сопротивляясь мысли схватить собаку, и обратилась к лидеру. — Я не похитительница — на-ре-упар! Я не крала маджай-хи. Она сама пришла ко мне… а а'чеавариам…
— Я понимаю тебя, женщина, — ответил лидер на отличном нуманском.
Тень прервала их громоподобным рыком, отступив и подобравшись у ног Винн. Лидер несколько секунд удивлённо смотрел на нее, а затем подал голос:
— На-барт — а'грейм айче туаг!
Винн оглянулась, когда он приказал своим людям вернуться на места.
Чейн стоял прямо позади нее, спиной к ее спине. В левой руке у него было более короткое лезвие, опущённое вниз, а гномский меч наизготовку в правой. Его противник стоял вне досягаемости меча, смотря на начальника.
Позади около фургона застыл в кустах с поднятым кулаком Красная Руда. Винн могла только предположить, что под ногами у него был третий патрульный.
Это было недоразумение, но она должна была это предвидеть. Она видела, как Ан'Кроан в первый раз отреагировали на Мальца, путешествующего с людьми. Здесь, насколько она знала, маджай-хи не жили среди Лхоинна, как среди Ан'Кроан, уже не говоря о том, чтобы водиться за пределами их земель.
Винн шагнула назад и коснулась локтя Чейна:
— Всё в порядке. Я смогу…
Ее голос оборвался, когда она почувствовала дрожь в его руке. И он не прекратил дрожать от ее прикосновения.
— Чейн?
Она оглянулась, а затем коротко осмотрелась.
На западе позади нее солнце только садилось за верхушки деревьев над фургоном. Внешней защиты Чейна было недостаточно для того, чтобы он смог долго выстоять против солнечного света.
Винн повернулась и схватила его руку.
— Залезай в фургон, быстро, — прошептала она по-белашкийски, так, чтобы никто больше не понял. — Я смогу справиться с этим, и…
— Нет! — выпалил он, хотя это вышло надтреснуто от дрожи.
— Не будь идиотом, — она потянула его за руку в сторону фургона, хотя и не могла сдвинуть его с места. — Тень и Красная Руда здесь. Просто сделай так, прежде чем тебе станет хуже, и кто-нибудь что-нибудь заподозрит.
Он стоял, пока она не потянула его за руку снова.
Чейн повернул голову, но всё, что видела Винн, это невыразительную кожаную маску и темные круглые линзы. Он наконец отвернулся, медленно и по широкому кругу обходя своего противника.
Винн повернулась к лидеру, не зная, как объяснить странную внешность Чейна, и, в конце концов, даже не стала пробовать.
— Посмотрите на меня, — сказала она, проводя рукой по своей короткой мантии. — Я — Хранительница Знаний из Колм-Ситта, приехала, чтобы доставить официальное сообщение от моего Совета Преминов в вашу миссию Гильдии. Так что, пожалуйста, либо сопроводите меня в город… либо уйдите с моего пути.
Тень вышла вперед, рыча на лидера патрульных. Он даже не вздрогнул, но пока смотрел на нее, задумчиво наморщил лоб. Маджай-хи, прибывшая издалека, была готова напасть на него из-за человека.
Но это было последним способом, которым Винн когда-либо хотела войти в земли Лхоинна, особенно впервые.
* * *
Чейн лежал под холстом в фургоне, внимательно прислушиваясь. Он слышал стук копыт лошадей слева и справа и знал, что патруль все еще рядом с их тронувшимся фургоном. Но он мог также расслышать своих спутников.
Красная Руда прошептал:
— Зачем они искали у наших лошадей раны прежде, чем позволить нам выехать на равнину?
— Я не знаю, — ответила Винн.
Не знал и Чейн. Он все еще ломал голову над указанием Винн, что кровь не должна пролиться в этом месте.
— Подожди! — взволнованно прошептала Винн. — Останови фургон.
Фургон покачнулся, останавливаясь.
— Что случилось? — спросил Красная Руда.
— Посмотри на это, — выдохнула она.
Чейн нахмурился. Сейчас было не время восхищаться окружающим пейзажем.
— Просто цветы, — насмешливо заметил гном. — Странные, но ничего…
— Это не просто полевые цветы, — ответила Винн. — Это — анасгиах, священный…
— О чём вы говорите? — прервал третий голос.
Странный акцент и резкий тон выдали лидера патрульных, который наконец представился как Альфахк.
— О цветах, — ответила Винн. — Почему анасгиах растёт здесь?
Последовала долгая пауза.
— Ты имеешь в виду анамгиах? — спросил он. — Это исцеляющая и очищающая трава, которая растёт только в диких условиях, как на этой спокойной равнине.
Чейн уже пытался одеть маску и очки. Премин Хевис исправила его точно так же, когда он показал ей свои переведенные примечания из «Семи Листьев Жизни». Если он расслышал правильно, один из этих семи компонентов был здесь, везде вокруг него.
— Да, хм… это то, что я имела в виду, — ответила Винн.
Чейн слышал, как Красная Руда цокнул языком, а затем щелкнул вожжами. Когда фургон покачнулся, Чейн выглянул из-под края холста.
Солнце не полностью село, и он скрипнул зубами, когда его свет упал на очки. Он ждал, пока зрение приспособится, надеясь, что не пропустит то, что заметила Винн. Фургон катился вперед, и вдруг что-то белое мелькнуло в высокой траве за краем дороги.
Взгляд Чейна, запертый в границах очков, немедленно скользнул в ту сторону.
Кучка крошечных цветов жемчужно-белого цвета почти мерцала в меркнущем свете. Их подобные листьям соцветия росли в группах, переливающихся словно белый шёлк. Стебли были настолько темно-зелеными, что казались почти черными.
Всё, чего хотел Чейн — это вытянуть руку и схватить их. Потом они уедут. Но пока фургон ехал вперёд, он искал это растение взглядом, хотя его обзор был слишком ограничен. Он заметил еще только два проблеска белого слишком далеко в траве, чтобы видеть ясно.
— Дай мне поводья, — сказала Винн.
— Зачем? — спросил Красная Руда.
— Мы скоро въедем в лес, и править должна я.
Это не было нормальным ответом на вопрос Красной Руды, но многое сказало Чейну. Винн рассказывала ему о событиях, произошедших с ней в Эльфийских землях Ан'Кроан, и то, что Малец разузнал о древних ордах Врага.
Никакой не-мертвый не может войти в эльфийский лес. Или, по рассуждениям Винн, никакой лес, защищенный древним деревом под названием Святилище или его потомком на родине Чейна.
Сам лес почувствует любую нежить и перепутает его с безумием и страхом. Тогда прибудут маджай-хи, чтобы изгнать или убить это. Когда Чейн путешествовал с Вельстилом, тот расчётливый сумасшедший тоже упоминал это.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
