Читаем без скачивания Россия и япония (История военных конфликтов) - Алексей Шишов

Особенно стойко сражались под Тюренченом солдаты 11-го Восточно-Сибирского стрелкового полка. Прикрывая соседей, выходивших из боя, и давая отступавшим возможность привести себя в порядок, полк оказался в окружении. Находившиеся при нем полевая батарея и пулеметная рота (выпустившая в тот день по врагу 35 тысяч пуль) "легли костьми" в бою. Погиб командир полка и почти весь его 3-й батальон. По сути дела, два первых батальона 11-го Восточно-Сибирского стрелкового полка полдня с успехом сдерживали натиск почти двух японских пехотных дивизий.

Пробиваясь из окружения, сибирские стрелки в 4 часа дня пошли в штыковую атаку, которую японская пехота не приняла, и пробили себе дорогу в горное ущелье. Японцы превосходящими силами пыталась их преследовать, но неожиданно напоролись на засаду, боя в горах не приняли и отступили к Тюренчену.

В приграничном сражении на реке Ялу русские войска потеряли 55 офицеров, 2122 солдата убитыми, ранеными и пленными, 21 полевое орудие (большинство их, из-за невозможности вывезти с позиций, так как были убиты ездовые лошади, русские артиллеристы привели в полную негодность) и все 8 пулеметов. Потери японцев, по их данным, составили лишь 1036 человек.

Стратегические последствия поражения на реке Ялу в ходе первого сухопутного сражения начавшейся войны было весьма значительным и оказало существенное влияние на дальнейший ход боевых действий. Оно подорвало моральное состояние русских войск, веру нижних чинов в своих военачальников-генералов и создало ошибочное мнение о силе и возможностях противника. Но в какой-то мере поражение русских рассеяло шапкозакидательские настроения, заставило более серьезно относиться на войне к японцам.

Сражения на реке Ялу в стратегическом отношении определило дальнейший ход войны. С поражением русского Восточного отряда генерала М.И. Засулича обстановка на театре военных действий стала для Японии улучшаться. Ее 1-я императорская армия под командованием генерала Тамесады Куроки оказалась на маньчжурском берегу реки Ялу и тем самым получала операционный простор для своего дальнейшего продвижения к Квантуну.

Более того, 1-я армия, расчистив для себя удобный путь в Южную Маньчжурию, начала завладевать стратегической инициативой в войне. Теперь почти все южное побережье Ляодунского полуострова открывалось для беспрепятственного десантирования японских войск. Это было как раз то, на что так надеялся японский главнокомандующий маршал Ивао Ояма.

Победа на берегах реки Ялу подняла боевой и моральный дух японских войск. Командующий 1-й армией генерал Тамасада Куроки доносил в победной реляции: "Принцы крови и другие офицеры сильно воодушевлены, а воинский дух в частях значительно поднялся".

О понесенном поражении на реке Ялу командующий Маньчжурской армией генерал от инфантерии А.Н. Куропаткин доложил императору следующим образом: "...Бой у Ялу явился случайным, как для начальников, так и для войск". Куропаткин вновь требует от военачальников всех степеней "всеми мерами избегать решительного боя" до отхода "на главные силы нашей армии".

Трагическая гибель под Порт-Артуром командующего флотом Тихого океана вице-адмирала С.О. Макарова на эскадренном броненосце "Петропавловск" и поражение русского Восточного отряда в сражении на пограничной реке Ялу "открыли" перед Японией поля Южной Маньчжурии. Дальнейшие события войны разворачивались по сценарию, разработанному в кабинетах Генерального штаба страны Восходящего Солнца.

Началась массовая высадка японских войск на Ляодунский полуостров. 2-я японская армия, численностью около 35 тысяч человек при 216 орудиях под командованием генерал-лейтенанта барона Ясукаты Око, приступила к высадке в порту Бицзыво, всего лишь в 65 километрах к северо-востоку от Порт-Артурской крепости. Первыми высадились моряки-десантники, которые приступили к постройке пристаней. После этого одна за другой с транспортов на берег высадились три пехотные дивизии и отдельная артиллерийская бригада.

На какое-то время японцам пришлось задержать десантирование, поскольку на берегу оказался казачий разъезд 1-го Верхнеудинского полка забайкальцев - они не ожидали увидеть у Бицзыво русских. Однако тревога оказалась ложной, поскольку командование русской Маньчжурской армии ничего не предприняло для того, чтобы неприятель большими силами десантировался на побе

режье.

Продвигаясь на юг, армия барона Ясукаты Оку практически не встречала сопротивления противника и вскоре перерезала железную дорогу, которая связывала русскую крепость с КВЖД, с городом Мукденом. В Порт-Артуре такое известие было полной неожиданностью. После этого японские войска в своем продвижении были ненадолго остановлены русским оборонительным рубежом под Цзиньчжоу.

Вслед за 2-й армией с моря на Ляодунское побережье стала высаживаться 3-я императорская армия генерала Маресукэ Ноги, сформированная специально для осады Порт-Артурской крепости. С севера ее десантирование и развертывание прикрывали войска генерал-лейтенанта Ясукаты Око, которым по плану высшего командования предстояло обеспечивать осадную армию.

В то же самое время западнее устья реки Ялу, в порту Дагушань (Такушань), началась высадка японской 4-й армии под командованием генерала Митицуры Нодзу (или, иначе, Ноцу). Ее численность составляла около 26 тысяч человек. После получения таких известий царский главнокомандующий вооруженными силами на Дальнем Востоке адмирал Е.И. Алексеев оставил Порт-Артур и на одном из последних поездов прибыл в город Ляоян, где располагался штаб командующего Маньчжурской армии.

При переходе Желтым морем к Ляодунскому полуострову армады японских десантных судов со многими десятками тысяч солдат и сотнями полевых орудий на борту противодействия со стороны флота Тихого океана Российской империи не встретили. Императорский флотоводец Хейхатиро Того и японская военная разведка обеспечили такую гарантированную безопасность без единого выстрела - ценой всего лишь в один "минный букет" для русского флотоводца.

Целых три японских армии - 2-я, 3-я и 4-я - вошли в Южную Маньчжурию со стороны Желтого моря в ходе успешно проведенной большой десантной операции. И только одна японская армия - 1-я, которой командовал генерал Тамесада Куроки, высадившись в портах западного побережья Коре, вошла в Маньчжурию по суше.

В мае 1904 года русско-японская война в своих действиях пришла на поля Маньчжурии. Военное противоборство на Дальнем Востоке двух империй Российской и Японской получало новое развитие.

После того как четыре японские армии оказались на южной оконечности Маньчжурии, у командующего русской Маньчжурской армии генерала от инфантерии А.Н. Куропаткина были хорошие возможности или не допустить блокады Порт-Артура с суши, или оттянуть ее начало на большой срок. К концу апреля его армия была усилена войсками Приамурского военного округа и Забайкальской области. На войну в полном составе были мобилизованы Забайкальские, Амурские и Уссурийские казачьи войска, иркутские казаки, отдельный корпус Заамурской пограничной стражи. Ожидалось прибытие из Сибири 4-го Сибирского, а из европейской части России 10-го и 17-го армейских корпусов.

Русская Маньчжурская армия после высадки японцев на Квантуне не изменила своего состава: Южный и Востояный отряды, армейский общий резерв. Южный отряд (1-й Сибирский армейский корпус) занимал побережье Ляодунского залива. Его войска находились в городах Инкоу, Гайчжоу, Хайчене и на перевалах Далин и Пхалин. Восточный отряд (3-й Сибирский армейский отряд) после неудачного сражения под Тюренченом занимал Феншуйлинский и Модулинский перевалы, прикрывая район сосредоточения главных сил от наиболее сильной 1-й армии японцев. Общий резерв находился при штабе Маньчжурской армии.

Японскому главнокомандующему маршалу Ивао Ояме для начала блокады Порт-Артурской крепости требовалось не просто перерезать железнодорожное сообщение ее с Мукденом, а заставить русские войска отступить подальше от Квантунского полуострова. Только это могло гарантировать безопасность осадной 3-й армии генерала Маресукэ Ноги от возможного контрудара Маньчжурской армии противника. В случае его успеха 3-я армия могла оказаться "между молотом и наковальней", причем последней стал бы сильный порт-артурский гарнизон.

Вице-адмирал Хейхатиро Того, который надежно закопурил русскую броненосную эскадру во внутренней гавани Порт-Артура, в то же время серьезно опасался действий на Желтом море легких сил противника - отрядов быстроходных миноносцев. Команды русских миноносцев не раз демонстрировали свою способность действовать днем, а особенно ночью, на самых дальних подступах к морской крепости.

Одним из них, "Сердитым", успешно командовал лейтенант Александр Васильевич Колчак, будущий адмирал, известный полярный исследователь, командующий Черноморским флотом в Первой мировой войне и "Верховный правитель Российского государства" во время Гражданской войны. В годы русско-японской войны Колчак плавал на крейсере "Аскольд", минном заградителе "Амур", командовал береговой батареей порт-артурской крепости и за храбрость был награжден почетным Золотым оружием. При занятии Порт-Артура японцы оставили флотскому офицеру его почетную Георгиевскую саблю с надписью "За храбрость". Это было несомненным признанием противной стороной личной доблести русского моряка на войне.