Официант принес заказанные коктейли.
— Прозит![1] — Джордж поднял свой бокал. — Я ужасно рад этому вечеру!
Она посмотрела на него. Губы ее улыбались, но глаза оставались холодными. Они выпили. Когда Джордж поставил свой бокал, он заметил, что Кора снова скользнула взглядом по блондину в углу. «И почему она все поглядывает на этого противного парня? — спросил он себя. — Она же не может таким заинтересоваться! Сразу видно, что это испорченный маменькин сынок и ничего больше». Может быть, ей скучно? Он должен попытаться привлечь ее внимание к себе.
— Я боялся за тебя, — сказал он, нагнувшись над столом. — Тебе здорово попало за то, что ты провела ночь у меня?
— Попало? — она подняла брови. — Ты так говоришь, словно я ребенок. Я могу делать все, что захочу.
Удивленный, Джордж глотнул мартини. По словам Бранта, у него сложилось совершенно иное впечатление. Он внимательно посмотрел на нее.
— Как говорил Сидней…
— Ну его ты можешь вообще не слушать. Он вечно хвастает, что держит меня в руках. На самом же деле каждый занимается своими делами.
Джордж был убежден, что она лгала, но уличать ее в этом не было никакого смысла.
— И все равно я беспокоился. К тому же я ведь не знал, что телефонные звонки могут доставить тебе неприятности.
— Будет лучше, если ты впредь не будешь звонить, — сказала она. — Старик Харрис этого не любит.
Появился официант с устрицами. Когда он ушел, Джордж тихо спросил:
— Я так хотел с тобой поговорить. Ты же сказала, что я могу позвонить…
— А, перестань, — резко сказала Кора и отправила устрицу в рот.
Да без всякого сомнения, она в плохом настроении.
Он внимательно посмотрел на нее. Она выглядела усталой и раздраженной. Глаза беспокойно блестели.
— Что ты так уставился на меня? — спросила она.
— Ты чудесная, Кора, — сказал он. На него в этот момент нахлынула волна любви к ней. — Только с тобой что-то происходит. Может быть, я смогу тебе чем-то помочь?
— Что происходит?
— Ты очень нервничаешь.
— Вот как? — она неожиданно рассмеялась. — Просто у меня плохое настроение, вот и все.
Он видел, что ей стоило большого труда сказать все это спокойно, и поэтому его беспокойство не проходило. Он видел, ее что-то угнетает. И она страшно боялась, что он это заметит.
— Я сегодня поздно проснулась, — продолжала Кора, — и поэтому у меня весь день все валится из рук.
Когда официант появился с вином, она выпила свой коктейль.
— И это действительно все? — спросил Джордж.
— Конечно, — ответила она снова нетерпеливо. — Просто был очень сумасшедший день, и я устала.
— Ну хорошо, — сказал Джордж, который теперь был совершенно уверен, что она что-то от него утаивает. — Вино улучшит твое настроение.
А потом он заговорил на ту тему, в которой мог блеснуть, — о преступности в Америке. Он с большей охотой заговорил бы с ней о любви, сознался бы, что все эти истории о насилиях были лишь плодом его воображения и фантазии и что на самом деле он — простой человек, как и все, и что он любит ее всем сердцем. Но он знал, что все эти сантименты в настоящий момент, когда она была так безучастна, холодна и напряжена, могут вызвать только катастрофу. Пока он рассказывал, она курила одну сигарету за другой. К еде она почти не притронулась, зато много пила и слушала его истории с безучастным видом, опершись на руки подбородком.
Джордж так увлекся своим рассказом, что, лишь когда в ресторане потушили огни, он с удивлением констатировал, что уже половина двенадцатого и что он немножко пьян. Ресторан постепенно опустел, и в зале находилась только пожилая женщина за кассой, бармен, официант и молодой блондин за угловым столиком.
— Я думаю, что нам пора идти, — сказал Джордж с сожалением. — И я снова слишком много говорил. Надеюсь, что ты не скучала?
Кора покачала головой. Ее лицо раскраснелось от вина, и когда она говорила, от нее пахло спиртным.
— Я рада, что ты так много мне рассказал, — ответила она.
Потом она снова взглянула на блондина, который сидел в углу, и до сознания Джорджа дошло, что она постоянно бросала взгляды на парня, пока он рассказывал ей свои истории.
— Ты знаешь этого человека? — спросил он.
Она посмотрела куда-то вдаль.
— Интересно, сейчас дождь не идет?
Джордж наморщил лоб.
— Надеюсь, что нет, — и потом посмотрел в окно. По стеклу бежали капли. — Все-таки идет, — сказал он. — Вот не везет нам! Всегда, когда мы вместе, идет дождь!
— Черт бы его подрал! Надеюсь, что мы найдем такси.
Джордж сделал знак официанту. Расплатившись, он поднялся.
— Ну пошли!
Кора вздохнула и поднялась. Джордж был удивлен, увидев, что она шаталась. Мартини и вино, видимо, ударили ей в голову. Честно говоря, он и сам был не совсем трезвым.
— Осторожно, — сказал он, беря ее под руку. — Главное — не торопиться.
— Придержи язык! — прошипела она свирепо.
Глаза ее засверкали, и Джордж был удивлен этой ее вспышкой и молча уставился на нее. А она неуверенно пошла по проходу между столиков. Он слышал, как она тихо ругалась про себя. Его удивило такое ее внезапное превращение. За столом она казалась абсолютно трезвой, но теперь она производила впечатление совершенно пьяной.
Что она намеревалась делать? Джордж стоял и наблюдал за ней. А она подошла к столику и уставилась на блондина, скрестив на груди руки. Тот с любопытством посмотрел на нее.
— Ну, — сказала она громко, — теперь, надеюсь, вы знаете, как я выгляжу?
Блондин осмотрел ее сверху донизу и отвернулся с насмешливой улыбочкой.
— Вы слышали, что я сказала? Вы — противное пресмыкающееся! — пронзительно закричала Кора. — Весь вечер только и делали, что раздевали меня своими взглядами!
Джордж готов был сквозь землю провалиться. Неужели она совсем спятила?
Блондин стряхнул пепел с сигареты на пол. Он все еще улыбался, но глаза у него были холодные.
— Иди-ка ты домой, малышка, — сказал он. — Иначе ведь я могу стать неприятным.
— Вонючее дерьмо! — завопила она и выпустила в него целую обойму ругательств.
Блондин перестал улыбаться.
— Вы совершенно пьяны, — сказал он. — Уходите немедленно, пока я не приказал вас выбросить отсюда.
Кора схватила стакан с вином, который стоял на столике, и выплеснула его в лицо блондину.
Где-то в доме зазвонил звонок. Джордж слышал его, видел он и обслуживающий персонал, который стоял в неподвижности. С тяжелой потенциальной угрозой блондин уставился на Кору. Вино текло по его лицу на пиджак и рубашку. Потом открылась дверь, и в зал вошли два человека. Они были похожи на греков — резкие черты лица и иссиня-черные волосы.
— Ты мне за это заплатишь, пьяная девка, — сказал блондин.
Джордж поспешил на помощь Коре. Его трясло от страха, но он все-таки не мог позволить, чтобы с ней что-то случилось.
— Кора! — воскликнул он и схватил ее за руку. — О, Боже мой, Кора!
Он почувствовал, что ее тоже трясет, и понял, что она так же испугалась, как и он.
— Уведи меня отсюда, Джордж! — воскликнула она и вцепилась в его руку. — Не позволяй им что-нибудь сделать со мной!
Ее отчаяние придало Джорджу сил. Он загородил ее собой и посмотрел обоим грекам в глаза.
— Не волнуйтесь понапрасну, — сказал он. — И прошу вас простить ее. Она просто не сознавала, что делала.
Блондин поднялся. Теперь его лицо было белым от ярости.
— Займись этим парнем, Дик, — сказал он, — а я займусь девчонкой.
Джордж был в отчаянии и кипел от ярости. Кору они не получат! Сперва они должны будут убить его! Если бы у него с собой был пистолет!.. Он подтолкнул Кору к стене и встал перед ней, сжав кулаки. Потом посмотрел на двух коренастых мужчин, которые, казалось, лишь ждали распоряжения своего хозяина. Блондин все еще стоял за своим столиком, вытирая лицо салфеткой и отряхивая пиджак.
— Не вздумайте только делать глупости, — сказал Джордж. — Я никого не хочу ранить.
Блондин рассмеялся.
— Врежьте ему, этому жирному дураку! — резко приказал он. — Покажите ему, что вы можете!
Один из греков начал приближаться к Джорджу. Тот размахнулся со всех сил, но удар пришелся в пустоту, потому что грек успел отскочить в сторону. Кора вскрикнула и вцепилась в Джорджа, тем самым мешая ему действовать. А в следующий момент в сумрачном свете зала мелькнула сталь длинных ножей. Вид металла словно парализовал Джорджа. Его охватил непреодолимый ужас. Снова сверкнул металл, и он почувствовал жгучую боль. «Они меня убьют», — успел подумать он и бросился вперед, словно раненое и испуганное до смерти животное. Потом он услышал крик Коры. Он уже лежал на полу и тяжело дышал. Кто-то бросился на него и прижал его к пыльному ковру.
