— А я не хочу, чтобы меня нашли.
Герцог истолковал мои слова по-своему. Лицо его вдруг заострилось, взгляд сделался хищным и жестоким.
— Эля, я лично поймаю всех, кто склонил тебя к этой авантюре, — заявил он. — Каждого казню лично. Тебе будет нечего бояться.
От его благородства защипало в носу. Эйден сердцем чувствует, что ни в каких темных делах я не замешана. Даже хорошо, что он не знает, как все обстоит на самом деле. Даже стань он императором, герцог никогда не сможет оспорить право моего отца распоряжаться судьбой дочери. Даже поможет ему в этом, скорее всего, а меня и видеть не захочет, когда все вскроется. Я внимательно посмотрела на Арренского. Что ж, пусть будет так. Открываться этому благородному офицеру я не собираюсь. Такие, как он, чтят законы, а по закону моей судьбой должен распоряжаться отец. Этот тот случай, когда неведение — благо.
Герцог привел меня на городской рынок. Народу здесь — море. Когда мы продирались сквозь толпу, герцог вдруг взял меня за руку. Так неожиданно, но уверенно и решительно. Моя ладонь утонула в его больших пальцах. На мой вопросительный взгляд он без тени смущения ответил:
— Ты можешь потеряться в толпе.
Я уже хотела заявить ему, что теряются только дети, но быстро прикусила язык. Базар огромен, всюду толпа, шум и гам. Без герцога я не найду дорогу назад — это правда. Но никак не получается избавиться от чувства неловкости. Может, виной тому то, что он сжимает ту самую руку, на которой красуется брачный рисунок? Арренский держит меня, как маленькую девочку или как свою подругу. В общем, странно мы смотримся в таком положении. Учитывая, что иллюзия придала ему возраста, прохожие наверняка примут нас за отца и дочь.
— Знаете, впервые вижу высокородного мужчину, который сам ходит на рынок за продуктами, — неловко призналась я. — Обычно это дело поручают слугам.
— Эля, я бастард, — зачем-то напомнил Эйден. — Ты ошибаешься, относя меня к аристократам.
— Вы сын императора, — фыркнула я. — Не прибедняйтесь.
— Он стыдился меня всю жизнь, — насупился Эйден. — Обычно Драконорожденные не оставляют незаконнорожденных наследников, а если те и случаются в их жизни, то не обладают особо силой. Почему-то на мне природа решила сделать исключение, — со странной улыбкой произнес он.
— Вы достойны этой силы, — откровенно признала я. — Глядя на вашего брата, я понимаю богов. Лучше вы, чем он. Извините, — метнула в него виноватый взгляд. Все-таки принц — его брат, хоть они и не ладят.
— Спасибо, Эля, — с теплотой отозвался Эйден. — Не ты одна так считаешь. Но я не желаю трона, поверь.
— Почему? Многие рвутся к власти, — искренне удивилась я.
— Власть обременяет, — вздохнул герцог. — Она дает силу, но взамен забирает свободу. Я так не могу и не хочу.
— Свободу? — не поняла я. О чем это он?
— Да, ту самую свободу, которую ты рискуешь потерять, — беззлобно напомнил он мне. — Неприятное чувство, да?
— Но мне грозит тюрьма, а то и казнь, а что вы? Хотите сказать, что вас тоже посадят в клетку? — смешок вырвался непроизвольно. Император драконов в клетке! Ха!
— В каком-то смысле, — вполне серьезно заявил герцог. — Я в первую очередь воин, Эля. Думаю, ты и так это поняла. Я выслеживаю, ловлю и уничтожаю тех, кто несет на эту землю зло. Император не может активно участвовать в таком процессе. Изволь сидеть во дворце, подписывать важные бумажки и решать земельные вопросы, — только безупречное воспитание не позволило герцогу сплюнуть в этот момент.
— Император волен сам решать, как ему жить, — произнесла я после небольшой паузы. — Вопросы земель, бумажки и прочее можно делегировать доверенным лицам. Истории известны императоры-полководцы, которые проводили в походах десятки лет.
— Да, а тем временем Империей правили те самые доверенные лица и грабили казну, — мрачно усмехнулся герцог. — По возвращению из похода половину доверенных приходилось казнить. Вторую половину с благодарностями отправлять на покой. Благодарности за то, что не все разворовали. За государством нужен глаз да глаз. Император не должен отвлекаться.
— Вы так много делаете для Империи. Неужели вверите ее в руки своего брата? — с сомнением спросила я. — Из того, что я слышала, складывается весьма неприглядное впечатление.
— Лейдена готовили к роли правителя всю его жизнь, — на лице Эйдена мелькнула тень. — Он начал паясничать лишь в последние годы, когда отец вознамерился передать трон мне. Но скоро успокоится. Эля, не хочешь покататься на карусели? — неожиданно предложил Эйден.
— Я? — рассмеялась в ответ. — На каруселях катаются только дети! — разумно возразила я.
— Возможно, у вас, — ничуть не смутился герцог. — А у драконов развлечения даже для взрослых, — улыбнулся он мне.
— Герцог Арренский, — вздохнула я, вдруг поняв одну очень важную вещь, — что происходит? Я не думаю, что у такого занятого человека, как вы, есть время кататься со своей рабыней. Чего вы хотите, скажите прямо? — потребовала я и остановилась.
Улыбка на его лице погасла, взгляд вновь сделался цепким и серьезным.
— Я хочу, чтобы те, кому ты нужна, как-то проявили себя, — признал он. — Не бойся, тебе ничего не грозит. Я рядом, мои люди пристально за тобой наблюдают.
— А если бы я не спросила? — сглотнула я, не сводя взгляда с герцога.
— То ты наслаждалась бы каруселью без лишних тревожных мыслей, — Эйден улыбнулся одним уголком рта. — Идем, — настоял он и взял меня за руку, чтобы провести через ряды торговцев и вывести к небольшому парку. Мы перешли дорогу, и из пышных зеленых зарослей я увидела еще одно чудо — большие, мощные и невероятно красивые карусели.
Глава 31
По круглой арене кружатся деревянные лошади, медведи и драконы. Играет веселая и приятная музыка. Вдалеке я увидела огромные качели, на которых уместилась пара десятков человек. Они раскачиваются по большой амплитуде и взлетают, кажется, почти до небес.
— Даже не смотри, туда я тебя не отпущу, — услышала я слова герцога над ухом. — Была пара случаев, когда оттуда вываливались люди.
Меня передернуло.
— Вы хотите испортить мне настроение, герцог? — вздохнула я, посмотрев на него.
— Нет, я хочу, чтобы ты прокатилась вот на том драконе, — он точно указал на большого крылатого змея. Он тоже часть большой карусели, которая вот-вот отправится в очередное путешествие. Что примечательно, детей здесь столько же, сколько
