упражнений.
— Черт. Ну, рискуй. А мне надо покурить… — недовольно буркнул американец, целенаправленно двигаясь к выходу.
Сжимая в руках пачку сигарет, парень скучающим взглядом рассматривал кишащих на улице, словно в муравейнике, людей в своих серых одеяниях. Каждый из них спешил по своим делам, каждому было все равно на окружающих, каждый стремился достичь своей цели, наплевав на других. США, все еще пребывая в своих далеко не радостных мыслях, даже не заметил, как русская быстро подошла к нему и, забрав из его рук пачку с сигаретами, достала одну.
— Россия? Ты чего делаешь?! — удивленно посмотрел на нее Штаты, когда россиянка подожгла сигарету.
— А что не видно? — буркнула ему девушка, выпуская дым изо рта.
— Блядство… Быстро выбросила! Пожалела бы свое здоровье!
— Господи. США не будь как Германия! Я курю очень редко. Думаю, вряд ли ты вообще когда-нибудь меня увидишь за этим делом….
— Не увижу. Потому что лично тебя задушу, если замечу сигарету в твоих руках.
Россия лишь устало закатила глаза. Что немец, что американец — оба пытаются ее отчитать.
— Если что это вторая сигарета за всю мою не очень долгую жизнь.
— Да хоть первая! Выкинь!
— Поздновато ты мне это сказал. — Усмехнувшись, ответила ему русская, выбрасывая окурок в урну. — Кстати, насчет нашей проблемы. У них действительно больше нет свободных номеров, поэтому либо мы ютимся в одной комнате, либо отменяем все наши дела и встречи, едем в аэропорт и покупаем билеты обратно в Вашингтон.
Такой расклад не очень обрадовал парня, ведь он столько всего запланировал.
— Сука… Все понятно. Попрошу у них кушетку.
— Эх. Тогда пошли скорее. А то еще и этот номер заберут.
Добро пожаловать в Лос-Анджелес. Город ночных клубов, азарта, разврата, наркомании и дешевых шлюх. Здесь тебя могут похитить, застрелить или ограбить просто потому, что людям это захотелось. Гуляя по улицам столь прекрасного города вы можете насладиться замечательным видом высоких небоскребов, безостановочным потоком машин и людей, спешащих в неизвестном направлении. А сколько же тут бездомных и грабителей — трудно даже сосчитать! В любой момент можно воспользоваться услугами милых девушек, которые стоят возле трассы в своих мини юбках, зазывая клиентов. Спроси у любого жителя мужского пола, где их найти, так они не только скажут, но и подробно опишут каждую “ночную бабочку”, не забыв при этом назвать ее стоимость…
— США! Хватит нести этот бред! Лос-Анджелес нормальный город.
Солнце уже давно село за горизонт, пока Россия и США заселялись в номер, и сейчас, поужинав в маленькой кафешке недалеко от отеля и убежав от папарацци, они неторопливым шагом гуляли по заснеженным улицам столь яркого города.
— Да ладно тебе! It’s just a joke.* — Смеясь, сказал Штаты, пряча руки от мороза в карманах своего пуховика.
— Глупая шутка я тебе скажу…
— Тебе не кажется, что сегодня как-то слишком холодно? — решил сменить тему парень, обмотавшись шарфом до самого носа.
— Нет. Мне, например, очень даже тепло. — Гордо произнесла русская, разглядывая на ходу вывески и витрины магазинов и клубов.
— Ах, да. Я забыл, что в вашей тайге даже в двадцать градусов мороза могут в одних шортах на улицу выйти.
— Так. Запомни, на моей родине нет людей, которые в лютый мороз полезут голышом. Это все стереотипы, как и то, что все русские коммунисты, хлещут водку каждый день с горла, играют на балалайке, ездят на медведях и носят не снимая шапку-ушанку.
— Погоди, но ведь ты-то носишь.
— Я отдельная тема. Другой случай. Исключение из правил. Понятно?
— Допустим. Но ведь СССР коммунист…
— Да. Но сейчас отец никого не принуждает вступать в его ряды.
— Ясно. Но…
— Черт. Ну, ты и обмотался. Будто сейчас на первом столбе повесишься на этом шарфе! Дай, я поправлю.
Не дождавшись согласия американца, россиянка, поднявшись на цыпочки, потянулась своими руками к его длинному темно-синему вязаному шарфу. Пока она разматывала его с шеи США, тот в это время, немного покраснев от смущения, удивленно разглядывал лицо девушки. Ее прекрасные несколько серьезные глаза василькового цвета, что так сосредоточенно следили за каждым движением рук России, ее длинные пушистые ресницы, ее раскрасневшиеся от мороза щеки. Самая настоящая русская красавица.
— Расскажешь, что у тебя за встреча с Мексикой? — с интересом спросила русская у Штатов, когда наконец-то отпустила его шарф.
— Да ничего особенного. Очередной договор на поставку нефти.
— И все? У тебя, что ли, компьютера нет?! Мог же договориться!
Кажется, американец уже где-то слышал эти слова. И ведь действительно, россиянка сейчас с ним лишь из-за того, что чуть не началась война как раз по поводу этой чертовой дележки нефти. А Канада просил его поговорить с Союзом.
— Понимаешь, мы не только ради бумажек с Мексикой решили сюда приехать. Завтра будет матч по бейсболу, а он как раз достал три билета. Я думал, что Кан поедет с нами….
Девушка ожидала услышать все что угодно, однако, когда ей сказали прямо в лицо, что она какой-то запасной вариант, злость нахлынула на нее огромной волной.
— Так вот почему ты меня взял с собой! Я просто удачно попала тебе под руку!
— What?! I didn’t mean that!*
— Вот не надо только оправдываться! Если б знала твой план, ни за что бы не поехала.
— Черт… Россия, ты сейчас в Лос-Анджелесе. Можешь хоть на весь день уехать на экскурсии, изучать культуру Америки. Что тебе не нравится?! Да и если даже Кан поехал, я бы все равно тебя позвал в эту поездку…
Когда до парня дошел смысл его слов, он почувствовал, как краска смущения вновь стремительно заливает его лицо.
— Что, прости?
— Я имел ввиду, ты бы мне помогла с документами и своими ценными советами… — начал оправдываться США, отводя свой взгляд в сторону.
Он бы так и продолжил болтать, но что-то холодно и мокрое сбило шапку с его головы, прерывая столь трогательную речь. Слегка подбрасывая снежок в руке, Россия с яростным взглядом приготовилась нанести еще один удар своим снежным снарядом.
— Россия, не надо. Не надо делать этого! Опусти это грязное нечто на землю. — С опаской поглядывая на снежок, медленно произнес Штаты, тем самым спровоцировав ее.
В этот раз она попала ему прямо в плечо.
— Ну, все! Это война! — громко сказал американец, делая из снега себе снаряд.
— Ты ее определенно проиграешь! В детстве меня никто не мог победить! — крикнула ему русская, замахиваясь для броска.
— Все бывает когда-то в первый раз!
— Не в этом случае!
Словно малые дети, пища и смеясь, одновременно уворачиваясь от летящих
