class="p1">А женщина быстро закивав головой чуть не бегом бросилась прочь. И только встав рядом с охраной, расслабилась.
— Лёвин, кто этот ублюдок? — не отрывал взгляд Кавендиш, от дрожащего Каца.
— Слуга рода, — тихо произнёс Дмитрий.
— Слуга рода? — усмехнулся мой спаситель. — Вы слышали господа? Слуги… Поднимают руки на аристократов на глазах других, ослушался приказа своего господина…. — тихо рассмеялся он. — Лёвин, скажи мне. Чтобы ты сделал с человеком, который тебя ударит.
А Дмитрий молчал. Он так и не поднимал взгляд от пола.
— Дмитрий! Я не слышу! — громче произнёс Кавендиш.
— Убил, — тихо ответил Лёвин.
— Громче!
— Я бы убил этого наглеца, — процедил Дмитрий, со злостью смотря на лорда.
— А вы господа, — повернулся Кавендиш к нам лицом. — Что бы вы сделали с ним?
Тишина была ему ответом.
— Лорд Кавендиш, но этот парень, ударил ведь не вас, — произнёс кто-то в толпе.
— Ирден, — разочарованно проговорил Кавендиш. — Я тебе не раз говорил, чтобы ты перед открытием рта, думал головой.
— Но… — послышался опять этот голос.
— Максим, подойди ко мне, — махнул тростью главное действующие лицо.
А я, глянув по сторонам, вздохнул и сделал несколько шагов. Ощущая на себе десятки взглядов. Не так я хотел выйти в свет. Ой, не так.
А Кавендиш, дождавшись пока я дойду, обнял меня за плечо и развернув лицом к гостям, произнёс.
— Перед вами Граф Максим Игоревич Юсупов. Наследник, нет, простите, это уже глава рода Юсуповых.
А я лишь поклонился. Под судорожный вздох Гриши сзади.
— Лёвин, голову своего слуги, пришлёшь по почте парню, с извинениями. Понял меня? — проговорил Кавендиш, опуская свою трость на сто, от звука удара которой, всё вздрогнули.
— Прошу, пощадите… — заскулил Кац с пола.
— Лёвин, ты услышал меня? — не обратил внимание на Каца, Кавендиш.
— Да, — кивнул Дмитрий, уткнувшись в пол.
— Будьте вы прокляты, ублюдки… Уроды… Чтоб вы всё сдохли, — начал сыпать словами Гриша.
А все просто перевели взгляд на Лёвина. Который с каждым новым словам Григория, краснел всё больше.
— Пойдёмте господа. Скоро начнётся выступление несравненной Дианы. Незачем мараться обществом никчёмных людей как Лёвин. Позволяющий своим слугам оскорблять великие рода, — усмехнулся Кавендиш, делая несколько шагов вперёд и двигая Дмитрия своей тростью. А я, шагая за ним, встретился взглядом с Сыном Чаном в обществе своего сына, протянув им руку для рукопожатия, я заслужил одобрительный смешок Кавендиша и удивлённые взгляды нескольких людей, оказавшихся поблизости. Впрочем, Чаны, были удивлены не меньше, но руку мою пожали. Мы уходили последними и я, развернувшись бросил взгляд на Дмитрия, который так и стоял возле лежавшего на полу Григория.
Спустившись к своему столику, я с удовольствием отметил, что сегодня на нём даже лежало меню. Заказав себе пасту с курицей и грибами, тартар из лосося со сливочным сыром, облепиховый сок и кувшин ананасового чая. Я,слушая вполуха, местного стендап комик, размышлял над ситуацией. Лорд Кавендиш обладал каким-то невероятным статусом и авторитетом среди аристократии Нью-Йорка. И если мне казалось, что Лёвин, внушал уважение, то сейчас его просто втоптали в грязь. И вспоминая, как я унизил его дочь, мне стало не по себе. Хотя плевать. Эта идиотка заслужила и мне не было за это стыдно.
Кивнув, официантке, которая выставила передо мной заказ, я погрузился в еду и выступления.
Диана, вышла, как и говорила в десять. Она вышла на сцену в голубом лёгком платьев, обшитый бисером, с бахромой на юбке, А её белоснежные волосы, украло чёрное перо, выставленное в синий же обруч, на её голове, а с шеи свисали длинные бусы из жемчуга.
А зал погрузился в тишину. Свет, который и так был не особо яркий, потушили полностью, сконцентрировав его на сцене. А девушка начала петь
All the things she said
All the things she said
Running through my head
Running through my head
Running through my head
All the things she said
All the things she said
Running through my head
Running through my head
Я сошла с ума, я сошла с ума. Мне нужна она… — подпевал я про себя по-русски.
Но быстро сбившись с темпа, стал любоваться девушкой. И хотя её движения были скупы, но её голос, тембр, был настолько близок к оригиналу, что я был потрясён.
А вот следующая песня меня больше рассмешила. И смех не дал оценит выступление по достоинству.
Сидевший за роялем, парень, нацепив на себя чёрные очки, заиграл знакомую мелодию. И низким баритоном, с хрипотцой, пародируя, судя по всему, Луи Армстронга, начал петь и подыгрывать себе на рояле. И песня, к моему удивлению была на русском языке.
Оуу натуральный
Я такой один блондин
Блондин блондин блондин
Натуральный, я такой один блондин
what did I say?
А Диана, как и остальные трое парней из её группы, наклонившись к микрофону и хором начали петь, хлопая в ладони.
Натуральный
Он такой один блондин
Блондин блондин блондин
Натуральный. На всю страну один
А учитывая, что парень был кудрявый и чёрный. Смотрелось это очень комично.
Исполнив ещё три песни, девушка ушла, уступив место другой. Которая исполнила две песни и уступила место Диане, которая переоделась в чёрное платье с такой же бахромой, но в волосах была роза, вместо пера.
И смотря за девушкой, я видел как она бросает взгляды на третий этаж, будто в поисках кого-то. Но увы, дорогая, я был в десяти метрах от тебя.
После очередной песни, девушка покинула сцену, а вместо неё вышел ведущий и объявил перерыв в выступлениях. По залу зажёгся нормальный свет, а на сцене, за рояль сёл парень и начал играть какую-то лёгкую музыку.
Поднявшись со своего места, я решил выйти в фойе и первое, что я там увидел, это сидящего возле окна грустного Лёвина в одиночестве. Хотя нет, к нему присоединился Кастор Трой, спустившийся со второго этажа. И эту парочку сторонились все, кто решил прогуляться в фойе.
— Ты пришёл! — на моей шее повисла Диана. Которая появилась неизвестно откуда.
— Я же обещал, — обнял я её за талию усмехаясь.
— И как тебе мои выступления? — отпустив меня, она схватила за руку и потащила в сторону. — Нет, я понимаю, что там плохо видно, но главное, что слышно! Да? — тормошила она меня.
— Ты была прекрасна, — улыбаясь произнёс я. — Очень круто, передаёшь эмоции песни.
— Ты правда так считаешь? — счастливо проговорила девушка. И получив мой кивок, бросилась меня обнимать.
— Макс, я хочу принести тебе свои извинения, за поведение Григория. Вира будет передана тебе завтра, — раздался голос Лёвина, рядом с нами.
