тело, и произошло сопротивление. А Лиза то растет… Неужели суровая правда последних дней так сильно на нее повлияла.
— Хорошо-хорошо! — быстро затараторила она. — Но мне это было необходимо.
Едва дышащего Вербицкого она отбросила в сторону, а затем… Произошло что-то необычное даже для меня. Лиза подошла ко мне, обняла, а затем уткнулась в мою грудь. Я же реально остолбенел от такого. Пришлось обнять ее и успокоить. А когда я взглянул в её душу, то еще раз оторопел.
— Знаешь что, давай-ка пойдем и попьем с тобой чайку. Я блинами тебя накормлю, а позже поговорим о делах. Он как раз приведет себя в порядок.
Во-первых, я специально не отправлял Вербицкого в купальни, а оставил его в таком виде, каким он ко мне явился. Хотел, чтобы она лично увидела его таким бомжеватым, а не выбритым и чистым.
Я успел с ним пообщаться, и примерно понимал, сколько всего ему пришлось пережить. Хотя, опять же, не прикрываю и не оправдываю его. Просто Вербицкий, и правда, сбежал от своих новых хозяев. Он, кстати, просил меня вылечить его от заразы под названием Морфей. Говорит, что хочет умереть свободным, и не собирался становится рабом. У Драконов сейчас много есть отрядов, которые впустили в себя Морфея. И, кажется, даже сами Драконы об этом не знают. У них свободное финансирование, и такое же покровительство.
Тот регион, где находился Вербицкий, был небольшим. Примерно, на двадцать деревень, и главный был под контролем Морфея, который все и прикрывал. В самом же Вербицком было немного его влияния, ведь он постоянно сопротивлялся, пока не сбежал.
— Так мы идем или нет? — с ожиданием она посмотрела на меня.
— Пошли! — подал ей руку, и повернулся к Волку. — Присмотрите за ним! Да, и заодно приведите его в порядок.
А еще мысленную команду получил Один. Вот у него точно получится справиться с Вербицким. Бурбулиса решил не задействовать.
В общем, с Лизой происходило что-то странное. Она сейчас, без преувеличений, была ядерной бомбой на ножках, и должен сказать, что очень нестабильной бомбой, которая может рвануть в любой момент.
Дома нас уже встретили мои жены и Хельга, которая как-то странно смотрела на Лизу, с некоторой толикой обиды, что ли. Но не суть важно, а важно то, что Аннушка все поняла без лишних слов. А Катя предложила позвать брата, чтобы провел диагностику. Он сегодня как раз гостил у нас, вместе со своей женой. Лиза сразу отказалась, сказав, что всего лишь устала. Затем она была подхвачена Анной, которая тут же повела ее в свою оранжерею, на ходу раздавая приказы слугам. Там был длинный список из того, что им нужно было принести.
Первое время я к ним даже не лез. Только через Шнырьку узнавал, сколько ящиков шампанского туда было доставлено. Конечно, мой погреб не похудеет сильно, но по выпитому количеству я понимал, что у них там сейчас явно душевные женские разговоры.
А когда решил присоединиться к ним, то Шнырька тут же появился передо мной, и лишь неодобрительно покачал головой, показывая, что лучше не нужно.
Я не был дураком, и понял все без лишних слов и травм. Если говорят — не лезь, убьет — то даже не стоит испытывать судьбу.
Ночью я спал с Катей, которая сообщила, что с Лизой все в порядке, и они до сих пор с Анной и Хельгой «общаются». А еще к ним присоединилась Морозова. Катя же сейчас не пьет, и быстро устает.
А утром полностью свежая Анна, словно и не было вчера ничего, передала в мои руки Лизу, и сказала с ней немного прогуляться. Мол, ей необходима разрядка. Я только поражался, как это все так быстро у женщин происходит. Еще совсем недавно она готова была мчаться через полстраны, чтобы убить Вербицкого, а теперь про него все благополучно забыли.
— Саш, не стоит… Я уже бывала в Иркутске, и знаю, какой он.
— Конечно, — не стал спорить с ней, и лишь кивал головой. — Посмотришь еще раз.
Как я понимаю, Лизе нужен отдых, и любое дело, которое не связано с работой и проблемами. А потому я повез ее показывать, что я и мои жены успели здесь натворить. Конечно, в первую очередь, ей бросились в глаза монгольские стражи.
— Реально, патрулируют… — была удивлена она. — Читать в отчетах это одно, а вот увидеть своими глазами, совсем другое.
И это понятно… В глазах каждого Имперца — монгол — это враг. А здесь они ведут себя ничем не хуже других, а порой и даже лучше.
— Каждый из них проделал большую работу, чтобы занять достойное место, — стал рассказывать ей. — Помимо обучения боевым искусствам и работе с огнестрелом, они еще проходят быстрое образовательное обучение. В него, кстати, входит этикет и имперский язык.
— Удивительно…
— Думаешь? — хмыкнул я. — Сейчас покажу тебе еще кое-что.
Дал сигнал своему водителю подъехать поближе, и опустил стекло.
— Приветствуем вас, господин! — ударили они кулаками себя в грудь. — Приветствуем Императрицу Елизавету Годунову!
У Лизы отпала челюсть.
— Бдите? — только и спросил я у них.
— Бдим! — кивнули они, придерживая лошадей.
— Молодцы! — похвалил патрульных.
Мы двинулись дальше, и сделали пару кругов по площади, чтобы к Лизе вернулся голос.
— Постанова, да? — наконец спросила она.
Я засмеялся.
— Нет, — покачал головой, — просто они на подготовительных курсах изучают всю имперскую верхушку и их биографии.
— Да ну?
— Честно, они довольно умные, просто жили в условиях, когда ими правили идиоты. Я тоже думал, что они бесконтрольные без главного Хана, а тут оказалось, что главным может быть и статус и… — слегка замялся, — Кодекс.
У моих стражей был свой Кодекс Стража, который я скопировал из другого подразделения из своего мира, который был на службе у Охотников. Вписалось замечательно!
С шокированной Лизой мы катались до самого вечера, а потом еще погуляли немного. Я показал ей дома, которые уже успели построить. Это были такие здания, как библиотеки, больницы и приюты для нуждающихся.
Она явно оценила мои старания. До такой степени, что пообещала выделить мне от Империи небольшую материальную помощь, которая придет на счет города, к которой я имею доступ.
Там, кстати, тоже был интересный момент, о котором я ей не рассказал. Половины всего бюджета, что должен
