В разбушевавшейся стихии волны поднимались метров на двадцать, корабль кренился под тридцать пять градусов. Но пришвартованные по-штормовому вертолеты хорошо перенесли эту тряску, оборудование из строя не вышло.
Час, второй… На боевых постах крейсера — напряженное ожидание. Бесстрастно мерцали экраны, вспыхивали сигнальные лампочки.
Но вот в наушниках послышался долгожданный сигнал. Его тон становился все звонче, приобретал металлический оттенок. На экране индикатора, среди множества светящихся точек, появился еще один характерный всплеск. По многочисленным признакам гидроакустики убедились: отраженный сигнал — не ложный. На главный командный пункт выдали координаты цели.
Лодка, почувствовав, что ее обнаружили, начала маневрировать, пытаясь любыми средствами оторваться от преследования.
Со взлетной палубы крейсера поднялись вертолеты эскадрильи Юрия Никифорова и Владимира Богданова. Перед их экипажами поставили задачу: продолжить «контакт» с целью.
Машина Виктора Савчука взлетела последней.
— Слышу лодку, идет со скоростью пятьдесят узлов, курсом… — сообщил Савчук на корабль и командиру эскадрильи.
Крейсер развернулся в указанном вертолетом направлении, подошли и другие корабли. Подводный «противник» оказался намертво зажат в «клещи».
На следующий день шторм прекратился.
Куда ни кинь взгляд — всюду одна синева. И не сразу поймешь, где море, а где небо. Сколько ни смотри, не за что зацепиться взору. Мираж и тот не рождается здесь, в сотнях, а то и тысячах миль от берега.
Но что это? Крохотные точки, одна, вторая, третья — неожиданно появились в бесконечной синей перспективе. Они быстро увеличивались в размерах, превращаясь в небольшие юркие вертолеты.
Вертолеты уменьшили скорость, высоту полета и зависли над морем. Из люков скользнули вниз поддерживаемые тонкими гибкими шнурами гидроакустические станции.
Менялись точки зависания вертолетов и режим поиска, но не выдавали пока своей тайны подводные глубины. Молчала чувствительная аппаратура, установленная на борту винтокрылых машин, не раздавались в наушниках летчиков и штурманов знакомые сигналы, характерные для современных подводных лодок, тенями скользящих в сумрачных морских глубинах.
И все-таки были спокойны члены экипажей винтокрылых аппаратов. Они знали: сначала ожидание, затем поединок, исход которого, как правило, предопределяло мастерство корабельных вертолетчиков.
При выходе из Средиземного моря в Атлантический океан противолодочники одержали очередную победу. Приняв от гидроакустической станции едва уловимый сигнал, летчики в условиях острого дефицита времени, характерного для современного боя, классифицировали контакт с целью, определили ее координаты, а затем сообщили данные о местонахождении неизвестной подводной лодки на главный командный пункт крейсера. Вертолетчики начали слежение за ней и «вежливо попросили» удалиться от наших кораблей.
Вспоминает генерал-полковник авиации Мироненко:
«Лет двадцать назад корабельная авиация только еще набирала силу и опыт. Многое вертолетчикам в те годы казалось новым, малоизвестным. И прежде всего само пребывание на корабле. Да и как иначе? На земле все просто и привычно. Выполнил задание, подготовил технику, и можно домой, к семье. А здесь ничего похожего. Вокруг только море. Палуба, можно сказать, пятачок. Нет, нелегко приходилось в те годы корабельным вертолетчикам. И сегодня многие из них хорошо помнят, сколько им довелось преодолеть трудностей, прежде чем они стали настоящими мастерами своего дела, для которых дальние походы были подлинной школой профессиональной выучки и психологической стойкости».
Именно там, на дальних рубежах, мужали морские летчики. Овеянные океанскими ветрами вертолетчики, летающие на замечательных камовских машинах, не представляют теперь своей службы без моря. И потому сразу загораются их сердца, когда они слышат: «К дальнему походу готовьсь!»
1973 год. Закончилась арабо-израильская война. Но ее последствия давали о себе знать. Суэцкий канал, начиненный минами, стал непроходим для судов. Наикратчайший водный путь из Европы в Азию больше года бездействовал.
Чтобы попасть в Индийский океан, суда шли в обход Африки. А это, как известно, во много раз дольше. Зря тратились материальные ресурсы, многие государства несли большие убытки. Египет обратился к Советскому правительству с просьбой разминировать необходимый всем народам канал.
Руководству КБ сообщили: «9 мая советские корабли отправляются для разминирования Суэцкого канала. Нужны вертолеты, способные помочь им в тралении мин».
Вертолетов-тральщиков у нас в стране не было, поэтому срочно пришлось переоборудовать Ка.
Первого мая, сразу после демонстрации, рабочие и инженеры КБ отправились на завод изготавливать буксировочные устройства для трала и другое специальное оборудование. Работали днем и ночью. 3 мая восемь вертолетов вывезли на летно-испытательную станцию. Испытания с новой аппаратурой прошли успешно.
9 мая командир крейсера «Ленинград» докладывал министру обороны и главнокомандующему ВМФ о готовности корабля к походу. Министр и главком, осмотрев корабль, подошли к вертолетам. «Вот они, первые воздушные тральщики», — одобрительно заметил адмирал Горшков.
Раздался прощальный гудок. Крейсер покинул порт приписки. Курс — на Средиземное море, Атлантический океан, вокруг Африки к Суэцкому каналу. Там судно уже ждали корабли-тральщики Тихоокеанского флота.
Работа предстояла трудная и опасная. Вертолетчики и моряки отрабатывали четкое взаимодействие. В тех местах, где тральщики пройти не могли — мешали коралловые рифы, не позволяла глубина, — в работу вступали вертолеты.
Потом обязанности распределяли так: корабли вылавливали надводные мины, а донными минами занимались вертолеты. Вот к минному полю подошел корабль-тральщик. А с крейсера «Ленинград» в это время взлетел вертолет. Они выровняли скорости. На высоте пятнадцать-двадцать метров штурман сбросил с вертолета трос длиной метров двадцать пять. Матросы подхватили его и соединили с тросом, на котором имелся шнуровой заряд со взрывателем.
Корабль ушел в сторону, а вертолет потянул за собой трал к минам. То там, то здесь раздавались взрывы и огромные фонтаны поднимались над каналом. Так уничтожали упрятанные под воду «сюрпризы».
Вспоминает авиаспециалист Анатолий Кононенко:
«Нашей работе по разминированию Суэцкого канала пытались помешать. Израильтяне пугали нас, имитируя воздушные атаки, американские вертолеты облетывали на небезопасной высоте. Но они не могли помешать нам выполнить просьбу египетского народа и задание Советского правительства. Километр за километром мы освобождали акваторию канала от смертоносных устройств».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
