Читаем без скачивания Земля, и всё остальное — по списку - Вадим Астанин

— Связь?

— Односторонняя, концентратор разместим на блокпосту «Южный»

— База?

— Будет лучше, если никто не будет знать, даже вы.

— Согласен.

— Всё мы исчезаем.

— Удачи!

— Взаимно.

[игровой полигон]: блокпост «Площадь-Южный»

Капитан Льюис любила ночные дежурства. Ей нравилось управлять всей мощью средств уничтожения, которыми блокпост был буквально забит под завязку. Особое внимание она уделяла импульсным излучателям Гринспина-Карпинского, единым залпом сметающим всё на площади в несколько квадратных километров. Правда, использовать их разрешалось только в исключительных случаях, или по прямому указанию регионального командующего. Самым приятным в этой формулировке было словосочетание «в исключительных случаях». Исключительность случая определялась старшим офицером, командовавшим блокпостом. А таким офицером на блокпосту «Площадь-Южный» была она, капитан Марджори Элизабет Вероника Льюис. Впрочем, была ещё одна зацепка. По уставу (старому), в ночное время, с 21.00 до 06.00 утра включительно, на блокпостах, расположенных в непосредственной близости от нейтральной полосы, разделяющей позиции противоборствующих сторон, оперативный дежурный мог применить излучатели Гринспина-Карпинского «при возникновении прямой и явной угрозы прорыва противником оборонительных рубежей сил сопротивления». В новом уставе это положение имело статус «морального права», то есть под личную ответственность старшего офицера с перспективой привлечения к суду военного трибунала. Но даже эта перспектива не пугала капитана Льюис. Капитан Льюис не застала тех времён, когда излучатели были основной ударной силой и не видела их в деле, о чем очень жалела. Поэтому она очень любила ночные дежурства.

Испытывая страсть к орудиям разрушения, Вероника Льюис не выносила рейдеров. Люди, давшие согласие на изменение собственной природы, превратившие себя в чудовищный гибрид человека и машины, причём в гибрид, сохранивший внешность человека, безапелляционно оценивались ею как выродки. В детстве она читала книги про киборгов и видела на рисунках ужасные порождения болезненно-изощрённого гения, соединяющие в своей конструкции плоть, пластик и металл. Когда же, повзрослев, она впервые встретила рейдера, он ничем не отличался от обычных людей, но мог делать то, что обычный человек не смог бы сделать никогда. С тех пор она с болезненным упорством пыталась отыскать какую-нибудь примету, позволяющую с точностью отделить почти человека рейдера от просто человека и не находила. Боясь признаться себе, она завидовала рейдерам и хотела бы получить их нечеловеческую силу и абсолютную приспособляемость к внешней среде, в которой они оказывались. Мечта эта была несбыточной и постепенно Льюис превратилась в твердолобую расистку, ненавидящую тех, кто отличался от принятых человеческих стандартов. В этом чувстве капитан Льюис была не оригинальна. Используя рейдеров, в войсках их не любили, всячески подчёркивая вынужденность существования нано-био-коммандос. Среди рейдеров на этот счёт были разные мнения. Кто-то отвечал взаимной неприязнью, кто-то был равнодушен, кто-то пытался изменить отношение к себе.

Не будучи большой поклонницей не правильных киборгов, капитан Льюис не испытывала восторга оттого, что вверенный ей блокпост стал перевалочным пунктом для оперирующих в «зелёной черте» рейд-групп. Её чувство полностью разделяли подчинённые, на которых свалились дополнительные обязанности по обслуживанию и тыловому обеспечению рейдеров. Поэтому, когда группа Навигатора возникла в жилом бункере блокпоста, её ждал холодный приём. Капитан была сухо-официальна, солдаты старательно занимались своими делами, так старательно, что не замечали прибывших. Рейдеры не впервые сталкивались с таким поведением «натуралов» (полупрезрительная кличка, взятая рейдерами из лексикона сексуальных меньшинств) и оно совершенно их не задевало. Как говориться, чем бы дитя не тешилось, лишь бы не мешало.

Навигатору ничего не нужно было от этих людей, кроме помощи в установке в серверной стойке ПКК (полевого коммутатора-концентратора) и он кратко объяснил это капитану. Капитан дёрнула плечами и спросила у радиста, есть ли свободный бокс. Радист не очень охотно полез в радиорубку, выбравшись же, сообщил, что пустой бокс есть. Прыгунчик, отвечающий за связь, отправился вслед за радистом. Вернувшись через несколько минут, он хитро подмигнул Навигатору. Радист, появившийся вслед за Прыгунчиком, имел вид ошарашенный и слегка помятый. Видимо, Прыгунчик, оставшись наедине с радистом, провёл с ним блиц-сеанс психотерапии. Глядя на пациента, можно было с уверенностью утверждать, что он встал на путь исправления и сотрудничества с администрацией.

Больше никаких причин оставаться на блокпосту у рейдеров не было и они, не прощаясь, покинули бункер, бесшумно растворившись в ночи.

— Крысы, — с нескрываемым презрением произнесла капитан Льюис. Мысль о том, как рейдерам удалось скрытно проникнуть сквозь раскинутую сеть раннего оповещения и войти в бункер, закрытый изнутри на специальные механические замки, не давала ей покоя. Вот-вот должна была разразить буря.

— Какой у них тотемный знак? — спросила Льюис у радиста.

— Крыса, — после непродолжительной паузы ответил радист.

Буря грянула.

[игровой полигон]: точка базирования группы

Железным правилом рейдеров-людей при проведении поисковой операции было следующее: точка базирования рейдеров всегда располагалась на территории, контролируемой людьми. Оно было аксиомой выживания. Его никто не оспаривал и никто не стремился проверить на прочность и жизнеспособность. Производное от основного правило гласило: точка базирования не должна находиться в непосредственной близости от объекта интереса рейдеров. Третье правило, которым руководствовались рейдеры, устанавливало: отступить не стыдно.

Затратив час на поиски, рейдеры определили точку базирования в подвале разрушенного дома-иглы, отстоящего от блокпоста «Площадь-Южный» на расстоянии полутора километров. Их целью был деловой квартал Нью-Арка. Помимо удачного расположения дома, в подвале был выход в городскую канализацию, позволявший во первых, скрытно проникать на нейтральную полосу (с определёнными оговорками) и во-вторых, обеспечивающий пути отхода в случае внезапной опасности (опять же, с теми самыми определёнными оговорками). Вход в подвал удачно скрывался за нагромождением разбитых конструкций небоскрёба.

Подготовка к поиску не занимала много времени. Переход в боевое состояние или «трансмутация», начинался с того, что рейдеры освобождались от одежды, затем волевым импульсом запускали процесс генерации индивидуального мобильного ударно-штурмового комплекса на усиленном универсальном нано-био-скелете и встроенной системой управления с применением технологии ускоренной нейроканальной связи. Проще говоря, рейдер, испытывая умеренную боль, трансформировался в нечто, имеющее форму человека, покрытое прочнейшей броней, защищающей от всех видов оружия, в том числе и деструкторов — преобразователей материи (в последнем случае — за счёт перераспределения разрушающей энергии по всей поверхности брони (эффект обтекания)), имеющее идеальный слух и зрение, могущее перемещаться на огромной скорости, обладающее фантастической прыгучестью, не испытывающее потребности в пище (за счёт кардинального изменения процесса метаболизма), дышащее всей поверхностью кожи (или могущее не дышать вообще), наделённое способностью генерировать ультра и инфразвук, умеющее извлекать кислород из воды, либо вообще обходиться без кислорода. Добавьте к этому развитую способность брони к «инстинктивному мимикрированию» и «неосознанному слиянию с окружающей средой» (пункт 1721, подпункты 1721 «а» и 1721 «с» Инструкции по использованию ИМДШК). Как однажды заметил один из создателей рейд-технологии: «Я собирался было трансмутировать задницу рейдера в реактивный двигатель, но вовремя остановился». Из чего следует, что рейдеры не могли только летать самостоятельно. Базовую идею проекта «Пустынный Рейдер» учёные, работавшие над его реализацией, почерпнули из мифа о животных-оборотнях, поэтому неофициально проект именовался «Волки-оборотни», а все, принимавшие в нем участие, проходили по документам как «демиурги». И, если честно, им было чем гордиться. Трансформированное тело и сознание носителей технологии «вервольф» представляло собой убийственный по эффективности боевой комплекс с поражающей воображение живучестью и приспособляемостью к быстро меняющимся внешним факторам. Тактико-технические характеристики рейдера-человека полностью соответствовали тактико-техническим характеристикам рейдера-машины.