- Теперь и не допросишь... Ублюдка... - Так у нас же ещё один живой остался... - Сказал какой-то боец, таща за подмышки тело напарника водителя. Он прислонил его к штабелю ящиков и похлопал по щекам. Тот замычал и открыл глаза.
Увидев вооруженных людей, трупы Стомахина и водителя, мужик тихонько завыл. - Заткнись! - Рявкнул Коростылев, но от этого помощник водителя завыл ещё сильнее. - Расскажешь, где ваши кучкуются - оставим живым... Пообещал Тихон. - Я не виноват!.. Это все они!.. Они заставляли!.. Говорили - обратно на зону!.. А я на воле пожить хочу!.. - Верещал пленный. - Дело говори, сука! Мужик притих и затравлено глянул в глаза Коростылеву:
- Тут... Близко... Я покажу... - Смотри у меня! - На всякий случай пригрозил Тихон. Мужику он не верил, подозревая, что тот не такая уж невинная жертва, какой хочет себя представить. Мужика заковали в наручники, трупы обыскали. Нашли ключ от подвала, деньги, записную книжку с непонятными шифрованными записями.
Мужика под руки выволокли из помещения, за ним вынесли сумки с оружием, лишь после этого Коростылев запер подвал и вместе со всеми сел в автобус.
Помощник водителя показывал дорогу. Он привел бойцов к детскому саду. - Здесь. - Не врешь?
- Там, в подвале... - Выходов сколько?
- Два... Оставив мужика в автобусе, Тихон поставил одного человека около запасного входа в подвал, наказав стрелять во всех, кто попытается выйти, а сам, с шестью бойцами, которые надели шлемы с прозрачными пуленепробиваемыми щитками, отправился штурмовать базу пиратов. Едва люди Коростылева, выбив дверь, ворвались в подвал, их встретил, сперва неуверенный, но с каждой секундой становящийся все более яростным пистолетный и автоматный огонь.
Бойцы, бывшие афганцы, не растерялись и стали поливать свинцом всех отстреливающихся бандитов. Люди Стомахина сопротивлялись отчаянно. Они использовали любые прикрытия, но у бойцов было три автомата с инфракрасными прицелами, которые позволяли выявлять и нейтрализовывать спрятавшихся бандитов.
С улицы тоже раздались автоматные очереди. Вскоре бой стал стихать.
Когда был убит последний сопротивлявшийся боевик, Коростылев методично обследовал все помещение подвала. Везде лежали трупы людей Стомахина.
Тихон насчитал четырнадцать человек, но и среди его ребят были потери.
Одного из бойцов убили точным выстрелом в затылок. Пули попали в основание черепа, как раз в то место, где кончалась задняя пластина бронежилета и был пятисантиметровый промежуток до шлема. Второму выстрел попал в бок, там тоже было незащищенное место.
Когда Коростылев открыл одну из дверей, ему в грудь резко ударило что-то жутко тяжелое, и лишь потом послышались звуки выстрелов. Последний затаившийся бандит пытался посчитаться с нападавшими. Тихона спас лишь бронежилет. Бойцы, которые шли вместе с командиром, изрешетили сидевшего в засаде и, убедившись, что он мертв, отправились дальше.
Судя по тому, что Коростылев и его бойцы встретили такое яростное вооруженное сопротивление, эти люди готовились к какой-то массированной акции. Вскоре их цель обнаружилась.
В процессе обыска, у одного из убитых обнаружилась карта, на которой Тихон узнал свое предприятие. На ней были нанесены все посты охраны, расположение складов и мастерских, наиболее удобные места проникновения через периметр.
Коростылев сообразил, что рэкет с требованием оружия, был всего лишь уловкой, с помощью которой Стомахин выяснял, занимается ли предприятие до сих пор той продукцией, которая его интересовала. Забрав тела своих ребят, бойцы вышли на улицу. Там, у второго входа они увидели ещё четыре трупа.
Рядом с ними, схватившись за плечо, стоял боец. Из-под его пальцев текла кровь.
Дальше оставаться здесь было опасно. Наверняка жители соседних домов слышали стрельбу, и теперь сюда, вполне возможно, стягиваются силы милиции. Быстро погрузившись в свой "ПАЗ", бойцы с Коростылевым покинули это место.
XLIX. УВОЛЬНЕНИЕ.
На следующий день после разгрома банды, Тихона, когда тот проверял посты, нашел сияющий Газарян. - Ну ты и наделал шороху! - Восторженно прокричал Сурен Ашотович, - Вся Контора на ушах стоит. - Да тише, ты!.. Опасливо глянул по сторонам Коростылев. - Что случилось?
- Случилось? - Переспросил Газарян, - А то ты сам не знаешь?
- Может и знаю... - Уклончиво проговорил Тихон, не скрывая довольной ухмылки. - А-а-а!.. - Шутливо погрозил пальцем Сурен Ашотович, - Вчера в гэбэшных сводках интересная штука сообщалась. Кто-то расправился с мощной бандой.
При них нашли планы захвата нашего завода, уйму оружия, взрывчатку. И, представляешь, ни одного живого! Восемнадцать трупов!
- Двадцать. - Поправил Коростылев и, вспомнив своих погибших ребят, тяжело вздохнул и добавил, - И двое наших... - Жаль... - Погрустнел Газарян. - Да, классные были ребята... - Погоди, - Нахмурился Сурен Ашотович, - Почему двадцать?
- Есть ещё один подвальчик, - Коростылев назвал адрес, - Там наш с тобой друг и его прихвостень валяются. - Вот оно что... - Протянул Газарян. - Только, сам понимаешь, это ты узнал не от меня. И еще... - Решив выкладывать все на чистоту, Тихон продиктовал Сурену телефон и адрес Стомахина. - Пусть ребята и это местечко проверят. Может чего интересное найдут... - Да, да... Хорошо... - Записал Газарян и хитро взглянул на Коростылева, - А как ты прикажешь им это преподнести? Мол познакомился на улице с парнем, а он оказался тем самым, что банду расчихвостил? Ищут ведь тебя... Свидетелей, правда почти нет, но один номера машины и автобуса записал... - Это неважно. - Предусмотрев, что случайные люди могут обратить внимание на номерные знаки участвовавших в операции машин, Коростылев распорядился предварительно заменить их на фиктивные, - А на счет того, что я тебе сказал... Ты уж сам думай, как подать... Звонок, там, анонимный, или ещё чего... Мне-то, сам понимаешь, недосуг... Да ещё к родителям заходить... Сообщать... - Война!.. - Развел руками Сурен Ашотович, - Ладно, иди. - Смотри, - Свел брови Коростылев. - Никому!
- Магыла! - Утрируя восточный акцент сказал Газарян, но эта нехитрая шутка не могла поднять настроения Тихону. Ему, как начальнику, следовало навестить родственников погибших, сообщить о решении директора выплачивать им пожизненно пенсию на сына и рассказать обстоятельства гибели. И тут Коростылев сталкивался с дилеммой: говорить правду или лгать. Лгать не хотелось, но и всю правду рассказывать тоже было нельзя. Тихон решил сочинить историю, в которой фигурировали взрыв гранаты, попытка налета, преследование и геройская смерть. Оправдывая себя тем, что сына родителям уже не вернешь, пусть хоть считают, что он погиб как герой и не зря. Ведь на самом же деле не зря?! После выполнения скорбного долга, Коростылев вернулся на предприятие в ещё более подавленном состоянии духа, нежели выезжал. Первый его визит прошел на редкость спокойно. У погибшего был только отец. Он сразу все понял и даже не дал рассказать Тихону его "сказку". - Мой сын никогда трусом не был! - Гордо заявил старик, и гораздо тише, едва слышно добавил: - Я видел, как он умер... Мне сон был... У второго живы были и отец и мать. Женщина внимательно выслушала Тихона, а потом с ходу разрыдалась и яростно бросилась на Коростылева, норовя вцепиться тому в волосы или выцарапать глаза. Муж даже не пытался её останавливать. Тихон вынужден был позорно отступить. После таких приключений, тренировка Вин-Дао-Ян была настоящим отдохновением.
Сегодня занимались профессионалы. Тихон для начала провел медитацию, для установления душевного равновесия и спокойствия. Когда эта цель была достигнута, началась собственно тренировка. В этот раз особое внимание Коростылев уделил ногам. Тренирующиеся как бы заново учились ходить. Они изучали способы прыжков, позволявшие вознестись над землей на уровень собственного роста, особый скользящий шаг, с помощью которого можно за считанные секунды оказаться в десятках метров от начала движения, и другие достаточно сложные техники. После тренировки Тихон решил провести пару показательных боев для наглядного показа, что же могут ноги. Сам он, конечно, был далек до совершенства, но и того, что он знал и умел, было достаточно для эффектной демонстрации возможностей воина Вин-Дао-Ян. С первым партнером Коростылев постоянно прыгал, и удары того доставались пустому месту. После нескольких минут такого развлечения, Тихон приземлился на голову противника, и бой был завершен. Во втором поединке тренер дал понять возможности наземного передвижения. Он так же не ввязывался в обмен ударами, уходя от них с кажущимся безразличием. Под конец партнеру это надоело, он сломя голову, лихорадочно молотя по воздуху руками и ногами, ринулся на Коростылева и внезапно оказался на полу. Тихон в небрежной позе сидел на поверженном и беспечно улыбался. Провожая ребят, Коростылев вдруг опять подумал об уходе с предприятия. Но ему было жаль бросать тренировки и он дал себе зарок, что уволится ровно через пять месяцев. Весной.
