Кассандра засмеялась:
— Вы совершенно правы. И вполне вероятно, я берегла ее все эти годы для счастливого воссоединения с любовью всей ее жизни. Думаю, эта любовь и есть наш мистер Голдинг. Сегодня не место для мрака и угрызений совести, верно? Сегодня время пикника. Я всегда ассоциировала это слово с чистым, беспримесным весельем. Но за все годы моей супружеской жизни я ни разу не была на пикнике. Странно, не так ли? Я даже не сознавала этого до сегодняшнего дня. Я приехала сюда, чтобы веселиться.
Он сидел, слегка опираясь руками на одеяло. Оба наслаждались пятнистой тенью, отбрасываемой дубовыми листьями.
Стивен зачарованно наблюдал, как Кассандра подняла руки, вытащила шпильки и тряхнула головой так, что волосы рассыпались по плечам и спине. Сложив шпильки на поля шляпы, она расчесала волосы пальцами.
— Если вы догадались захватить щетку, я вам помогу, — предложил он.
— Правда? Но я вынула шпильки, чтобы можно было лечь на одеяло и смотреть в небо. Возможно, я попрошу вас расчесать их позже, когда настанет время делать прическу.
Поразительно, что она совершенно не кокетничала. Не флиртовала с ним. Не пускала в ход голос сирены-обольстительницы или зазывные взгляды. И все же между ними росло почти ощутимое напряжение, хотя она, казалось, ничего не чувствовала. Стивен впервые видел ее такой естественной, живой, спокойной. И улыбающейся. И никаких масок.
Он был ослеплен.
Теперь, когда она не пыталась увлечь Стивена, его влекло к ней все больше.
Кассандра растянулась на одеяле, предварительно расправив юбки так, чтобы они, как полагалось, прикрывали щиколотки. Подложила руки под голову и уставилась вверх. И довольно вздохнула.
— Если бы только мы могли сохранять связь с землей, в нашей жизни все было бы прекрасно. Вы так не думаете? — неожиданно спросила она.
— Иногда мы преисполняемся такой непонятной уверенностью в том, что мы и есть повелители всего сущего, что забываем: мы все дети земли, — заметил Стивен.
— Как бабочки, птицы и котята, — добавила Кассандра.
— И львы, и вороны, — вторил Стивен.
— Почему небо голубое? — спросила она.
— Понятия не имею, — ухмыльнулся он. — Но я этому рад. Если бы солнце светило нам с черного неба, мир был бы куда более мрачным местом.
— Совсем как перед грозой.
— Еще хуже.
— Или как ночью, когда луна яркая. Идите сюда и смотрите, — предложила она.
Он сделал вид, что не понял ее, и, медленно наклонившись над ней, стал изучать ее лицо. Зеленые глаза улыбались.
— Очень мило, — прошептал он. Потому что думал именно это.
— И я так считаю, — ответила она: ее взгляд, в свою очередь, скользил по его лицу. — Стивен, когда вы станете постарше, в уголках глаз появятся морщинки, которые придадут вам невероятную привлекательность.
— Когда это время настанет, я вспомню, что именно вы предупреждали меня.
— Неужели?
Кассандра легко коснулась кончиками пальцев тех мест, где полагалось появиться будущим морщинкам.
— Вы будете меня помнить?
— Всегда, — поклялся он.
— И я буду помнить вас. Буду помнить, что однажды в жизни встретила человека, который совершенен во всем.
— Вовсе нет, — запротестовал Стивен.
— Позвольте мне помечтать, — попросила Кассандра. — Для меня вы совершенны. И сегодня вы совершенны. Я не успею узнать вас настолько хорошо, чтобы познакомиться со всеми слабостями и пороками, имя которым, вне всякого сомнения, легион. В моей памяти вы навсегда останетесь идеальным ангелом. Возможно, я велю сделать медальон и буду носить его на шее. — Она улыбнулась.
Стивен не ответил на улыбку.
— Мы не успеем узнать друг друга?
Кассандра покачала головой:
— Нет, конечно, нет. Но это не важно, Стивен. У нас есть сегодня, и это главное.
— Да, — вздохнул он.
Насколько он видел, сейчас вблизи никого не было. А если свидетели и были, то скорее всего давно возмущались их поведением. Какая разница, если…
Он поцеловал ее.
И она ответила на поцелуй, сначала нежно сжав ладонями его лицо, потом обвив руками его шею.
Это был теплый, неспешный, целомудренный поцелуй, в котором даже их языки не соприкасались. Самый опасный поцелуй из всех мыслимых. Стивен понял это, как только поднял голову и снова взглянул в ее лицо.
Потому что это был поцелуй взаимной нежности, граничащей с любовью.
— А теперь, — прошептала Кассандра, — вы сделаете так, как я просила несколько минут назад? Ляжете рядом и посмотрите вверх? На небо? — Несмотря на шутливый тон, она говорила мягко, без улыбки.
Стивен растянулся рядом и стал смотреть вверх. И понял, что имела в виду Кассандра, говоря о связи с землей. Он тоже чувствовал эту связь, крепкую и вечную. А над ними расстилалось синее безоблачное небо, и соединяли небо и землю покрытые густой листвой ветви дуба. И он был частью этой связи, этого поразительного, необыкновенного, кружащегося мира. Как и Кассандра.
Стивен взял ее руку. Их пальцы переплелись.
— Если бы только можно было подняться в небо и стать новым человеком, вы сделали бы это?
Стивен немного подумал:
— И потерять себя и всех, которые помогли мне стать тем, кто я есть сейчас? Нет. Но неплохо бы иногда находить там временное убежище. Я жаден и хочу иметь лучшее из обоих миров. А вы?
— Я могу лежать здесь и мечтать о том, чтобы раствориться в свете и синеве, но придется взять меня с собой, или все это не будет иметь смысла. Так что по-настоящему ничто не изменится. Не так ли? Придется оставить себя на земле, чтобы сбежать… что же, с таким успехом я могла бы и умереть. Однако я не люблю думать о смерти. Я хочу жить.
— Рад это слышать, — хмыкнул Стивен.
— Нет, вы не понимаете, — вздохнула она. — Поразительно! Очень долго я считала, что если бы мне предоставили выбор без необходимости покончить с собой, я выбрала бы смерть.
По спине Стивена прошел ледяной озноб.
— Но вы больше так не думаете? — осторожно спросил он.
— Нет, — тихо рассмеялась Кассандра. — Нет. Я хочу жить.
Он стиснул ее руку, и они долго лежали в тишине, пока он размышлял о ее признании. Какова же была ее жизнь, если она предпочитала смерть и искренне поражена тем, что теперь предпочитает жизнь?
Иногда он забывал или старался забыть, что ее жизнь была так невыносима, что она стала убийцей. Но сегодня он не будет об этом думать.
Он повернул голову и взглянул на нее. Она ответила пристальным взглядом. Оба улыбнулись.
— Счастливы? — спросил Стивен.
— Ммм…
Стивен вздохнул и прикрыл глаза свободной рукой. Он не взлетел в небо, но оказался связан некими новыми отношениями. Это не обольщение. Даже не дружба. Это…
