существовала какая-то цель, то, возможно, она заключалась в том, чтобы Габриэль мог спасти их сейчас.
Если бы только он понял, как.
За дверью послышался шум. На гладкой белой двери появилось несколько новых трещин. Две вертикальные черные линии и две более длинные горизонтальные. Раздалось электронное шипение, и часть двери отодвинулась, открыв прямоугольник длиной примерно один фут и шириной два фута.
Клео, злобная индианка с бритой головой и фиолетовыми косами, стояла по другую сторону двери. Позади нее ждал один из Поджигателей — охранник, которого Клео называла Ли Цзюнь.
Клео направила винтовку в отверстие в двери. Ее белые зубы угрожающе сверкнули.
— Доброе утро, сучки.
Габриэль вскочил на ноги. Амелия и Мика поднялись медленнее, стирая сонливость с изможденных, убитых горем лиц. Остальные остались лежать на полу.
Она передернула затвор и нацелила оружие в грудь Габриэля.
— Гектор был хорошим парнем. Совсем не такой, как его отец. Как жаль, что вам пришлось его убить.
Габриэль не вздрогнул. Он не шелохнулся. Он стоял ближе всех к двери. Он мог удерживать ее внимание и принимать на себя удар ее гнева. Если она собиралась в кого-то стрелять, Габриэль позаботится о том, чтобы это был он.
Может быть, это счастливый случай — умереть быстро от пули, а не медленно, мучительно, сгорая в агонии неизвестно сколько времени. Но он не мог заставить себя стоять в стороне и смотреть, как умирает кто-то другой, кто ему дорог.
— Чего ты хочешь?
— Может, я не буду ждать до завтра. Может, я просто пристрелю вас всех сейчас.
— Так будет быстрее, — пробормотал Сайлас, растянувшись на полу.
Она подняла на него брови.
— Что случилось с твоими руками? На тебя напала стена?
Он злобно уставился на нее.
— При первой же возможности я вырежу твое сердце ржавой ложкой.
Клео усмехнулась.
— А я отрежу тебе яйца и подвешу их за уши.
Сайлас удивленно посмотрел на нее.
— Звучит неприятно. Осмелюсь предложить тебе попробовать.
Клео только закатила глаза.
— Теперь, когда знакомство закончено… — Дуло винтовки обвело комнату и остановилось на Уиллоу. — Может, я буду щедрой и просто убью одного из вас. Ты на меня плюнула.
Уиллоу вскочила на ноги.
— Ты меня подожгла!
— Ты заслужила это.
Уиллоу попыталась протиснуться мимо Габриэля.
— Подавись кактусом, тупица…
— Веди себя тихо, — прошипел он. И оттолкнул Уиллоу назад, удерживая за спиной. — Оставь ее в покое. Вместо этого убей меня.
Он сжал руки в кулаки, готовый к атаке. Как только внимание Клео отвлечется или охранники потеряют бдительность. Может быть, ему удастся просунуть руку в это отверстие и добраться до замка с другой стороны. Он сможет выхватить у нее винтовку и повернуть все вспять…
Клео изучала его. Ее острый взгляд медленно перемещался по комнате. Она повернула оружие и направила его на Амелию.
— Или, может быть… я убью ее.
Амелия испуганно задохнулась.
Сердце Габриэля заколотилось в груди. При нем Амелии никто не причинит вреда. Он отдал бы свою жизнь за нее в одно мгновение. Он шагнул к стволу, закрывая Клео обзор.
— Я сказал, возьми меня вместо нее.
— Ты хочешь умереть? — спросила она раздраженно. — Ты меня не интересуешь. Уйди с дороги.
— Она — будущее. Она — единственный шанс на надежду, который у нас есть.
Ее губы скривились в лукавой улыбке.
— И это единственная причина, по которой ты готов отдать свою жизнь за ее?
Габриэль поднял подбородок, стиснув челюсти.
— Она хороший человек. А я — нет.
Взгляд Клео снова обежал комнату, ее темные глаза охватили все за несколько ударов сердца.
— А ты… испытываешь к ней чувства.
Он колебался лишь долю секунды. Он не смотрел ни на Амелию, ни на брата, но чувствовал на себе их пристальные взгляды.
— Это не секрет.
— Мы теряем время, — раздался позади Клео голос Ли Цзюня.
С оружием, направленным ему в лицо, Габриэль забыл о присутствии охранника.
Клео вздохнула.
— А я так наслаждалась. — Ее глаза сузились. — Я собираюсь открыть эту дверь, и если кто-нибудь из вас попытается сделать какую-нибудь глупость, не сомневайтесь, я выстрелю ему в лицо.
— А еще, — добавил Ли Цзюнь, — со мной Аполлон. Если вы не хотите, чтобы лев оторвал вам голову, я бы ее послушал.
Габриэль и Мика обменялись шокированными взглядами. Зачем ей открывать дверь? Может, это какая-то уловка? Легкий способ убить их?
Эта Поджигательница наслаждалась чужой болью. Возможно, она просто хотела сидеть в первом ряду и смотреть, как они умирают — под дождем пуль или в зверских челюстях агрессивного льва.
Габриэль застыл в нерешительности. Должен ли он броситься на нее, как только распахнется дверь? Рискнуть всем, чтобы схватить Клео, и надеяться, что несколько его людей смогут выбраться, даже если кто-то из них погибнет?
— Габриэль, — предостерег его Мика. Сохраняй спокойствие. Сохраняй самообладание. Не действуй безрассудно.
Когда-то Габриэль поступал необдуманно. А теперь? Безрассудство может привести к смерти. Но может и спасти задницу.
Дверь полностью скрылась в правой части стены. Слева от него стояли Ли Цзюнь и лев, рядом с ними — тележка на воздушной подушке с большой холщовой сумкой. Прямо перед ним в ярко освещенном коридоре расположилась Клео. Она была одета в ту же темную, плотно облегающую одежду, на поясе рядом с большим охотничьим ножом висел импульсный жезл Джерико.
Габриэль отогнал мысли о Джерико. Сейчас на это нет времени.
Он бросился на Клео. Левой рукой схватил винтовку, отбросив ее в сторону и вверх, чтобы, если она нажмет на курок, пули безвредно пролетели над головами людей. Правой рукой он выхватил охотничий нож из ножен на ее поясе и приставил его к ее горлу.
— Попалась, — сказал он в нескольких дюймах от ее лица.
Она сверкнула загадочной улыбкой, правая сторона ее лица скривилась, а зубы обнажились как клыки.
— Ты хорош. Но недостаточно.
Габриэль почувствовал, как холодная сталь прижалась к верхней части его бедра: острое лезвие ножа, пристегнутого к ее ноге минуту назад, теперь упиралось в его бедренную артерию.
— Ты режешь меня, я режу тебя. Кто умрет первым?
— Неважно, — сказал он, — лишь бы они сбежали.
— Очень благородно. В отличие от твоего компаньона по преступлению, который сдал тебя, как только мы его схватили. Я даже не успела его помучить, что было очень обидно. А теперь опусти свой большой нож, как хороший мальчик, и мы сможем поговорить.
— С чего ты взяла, что нам есть о чем разговаривать? — Габриэль сильнее уперся лезвием в ее шею, заставляя поднять подбородок.
Клео сглотнула, но в ее темных глазах не отразилось
