замешаны.
— Сука! — приподнятое настроение начальника следствия испарилось словно по волшебству. Несколько секунд он о чём-то мрачно размышлял, пока не решился: — Подробности!
— Есть показания двух свидетелей и видео с камеры уличного наблюдения, — начал Игнатьев. — Всё подтверждает, что гридень Андрей Степанович Георгиевских встретился с Анциферовой Диной Сергеевной возле общежития, где проживала Анциферова, и вместе поехали на такси к Фирсовой Грозди. Один из свидетелей подтверждает, что Анциферова получила деньги от Георгиевских, а также получала их от него ранее. Тот же свидетель утверждает, что она за деньги подставила под витязя на тот момент своего сожителя, Камова А. И.
— Чего он к пацану привязался? — глухим голосом спросил майор.
Игнатьев, покопавшись в одной из папок на своём столе, передал несколько скреплённых скрепкой листов. Быстро пробежав глазами написанное, начальник следствия вернул листы на стол и задумался.
— Интересно, что нужно Горчаковым от неодарённого охотника? — пробормотал майор.
— Так, может, вмешательство баронессы — случайность? — тихо спросил следователь.
— Ага, именно поэтому она уже девять раз за последние два месяца приезжала в Крылов, — с лёгким, едва уловимым сарказмом произнёс начальник. — А ничего, завтра пойду к Филипычу — он у нас генерал, пусть у него голова болит.
Через полчаса начальник следствия Сафинов Георгий Аристархович лёгким шагом сбежал с крыльца и, насвистывая прилипчивый мотивчик, пошёл к своей машине, крутя на пальце ключи. Возле его железного коня производства заводов графа Бенца стояли двое мрачных мужчин.
— Сафин? — с утвердительной интонацией спросил здоровяк с белым шрамом, пересекающим его лицо по диагонали.
— С кем имею честь? — Георгий Аристархович уже понял, кто перед ним, и сейчас с тоской думал, как ему вывернуться из этого капкана без потерь.
— Полусотник Ерофеев, — назвался шрамированный.
«Блядь!» — других мыслей у Сафина на тот момент в голове не появилось.
Несмотря на странное звание, стоящий перед ним человек был более чем весомой фигурой в провинциальном Крылове, так как ни много ни мало командовал личной гвардией барона Крылова и, соответственно, имел прямой доступ к телу своего сюзерена. Кстати, Сафин и сам служил барону, как, впрочем, и вся полиция, но вассалом его не был, а скорее являлся наёмным сотрудником.
— Чем могу? — выдавил Сафин, чувствуя себя почему-то униженным.
— Охотник Камов меня интересует.
Конечно, здесь и сейчас Сафин мог бы послать полусотника Ерофеева, лезущего не в своё дело, вот только долго ли он после такого подвига удержится на своей должности, приобретя такого врага?
«Уж лучше пусть он мне должен будет», — подумал Сафин.
— Есть такой, проходит подозреваемым по делу убийства гражданки Анциферовой.
— Ты, служивый, дело-то прикрой, а парнишку отпусти, а мы в долгу не останемся, — по жёсткому лицу полусотника Сафин понял, что ничего хорошего в ближайшем будущем Камова не ожидает.
«Вот же твари!» — билась в голове полицейского яростная мысль. Но на лице, кроме лёгкой доброжелательной улыбки, ничего не отразилось.
— Договоримся.
Утром вместо конвоя в СИЗО меня неожиданно освободили. Как мне пояснил следователь Игнатьев, дело закрыто из-за отсутствия состава преступления, а смерть Дины Анциферовой признана несчастным случаем.
После слов равнодушного следователя в моей голове зазвенели тревожные звоночки.
«Что-то мне совсем перестало нравиться в Крылове. Кажется, пора перебираться куда-нибудь подальше. Хм, а не махнуть ли мне на юг?»
Уже на выходе из отдела я неожиданно наткнулся на майора полиции. Офицер стоял, привалившись к стене, и буравил меня угрюмым взглядом.
— На твоём месте, паря, я бы даже домой не заезжал, — тихим голосом произнёс майор, после чего отлип от стены и, больше не удостоив меня даже взглядом, стремительно вышел.
Никогда не считал себя особо сообразительным, но тут даже до меня дошло, что дело пахнет кровью — и, что самое печальное, моей.
«Готов поставить последнюю рубаху против майбаха барона Крылова, что тут без однополчан Гридня Георгиевских не обошлось».
Мне повезло: никто не ждал меня перед отделом полиции, иначе даже не представляю, как бы я вывернулся. Не задерживаясь на открытом пространстве, держась в тени домов и передвигаясь только переулками, я выбрался в другой район, где, спрятав лицо под капюшоном толстовки, сел на первый попавшийся автобус.
Час спустя я заселился в гостиницу под выдуманным именем. Благо администратор был так любезен, что поверил мне на слово — всего за две тысячи рублей.
Я понимал, что в моём положении чем быстрее я уеду из города, тем лучше для меня. Единственное, что меня держало, — это моя охотничья «снаряга», обошедшаяся мне в сотни тысяч рублей.
Конечно, у меня была мысль всё бросить и бежать без оглядки, но как я тогда буду зарабатывать на новом месте? Деньги, конечно, были, но, с учётом погашенного долга Молотку, едва ли их хватало на хорошее снаряжение, а ведь мне ещё предстояло на что-то жить.
«Подожду ночи, а потом схожу гляну, не пасёт ли кто мою хату. Если всё чисто — заберу своё, а нет — значит, нет».
В том, что у меня получится незамеченным подойти и обнаружить наблюдателей, я практически не сомневался: всё-таки какой-никакой опыт имелся — правда, ещё из прошлой жизни, но от этого он не становился бесполезным.
В час ночи я лежал на крыше соседнего дома и через монокуляр наблюдал за родным двором. Благодаря «Наблюдению» ночь для меня не была такой уж непроглядной, так что я более-менее отчётливо мог разглядеть всё.
Два часа спустя наблюдателей я так и не нашёл. Окна моей квартиры тоже были темны и безжизненны.
Спустившись, сделал небольшой круг по кварталу и подошёл к своему дому с другой стороны. С третьей попытки допрыгнул до пожарной лестницы и за считанные секунды вскарабкался на крышу. Оттуда через слуховое окно перебрался на чердак, прокрался до люка над моим подъездом, несколько минут вслушивался в звуки спящего дома, но ничего подозрительного не услышал.
Бесшумно спустился по лестнице и, словно бестелесный призрак, буквально проплыл над полом. Замок выглядел целым, новых царапин не добавилось. Тем не менее я ещё десять минут стоял, вслушиваясь в тишину своей покинутой квартиры.
— Определённо никого, — уверенной рукой достал ключи и, каждую секунду ожидая пушечного удара, отпер дверь и шагнул в прихожую.
В квартире никого не было, тем не менее свет зажигать не спешил. Несмотря на полумрак, следы обыска я заметил.
Моё снаряжение хоть и было разворошено и свалено в бесформенную кучу, но было всё на месте.
— Надо же, честные менты, даже ничего не прикарманили, — пробормотал я, быстро вставляя бронеплиты в чехлы бронежилета.
Быстро приведя в порядок снаряжение, я уже
