До чего же мы дошли, если американцам приходится с надеждой смотреть на Францию?
Я понимаю, что президент Ширак никаких резких телодвижений совершать не будет. Сказав что-нибудь грандиозно-бессмысленное, он отдаст землю в обмен на мир. Прекрасную, но больше не принадлежащую французам землю Франции в обмен на мир с самой страшной разновидностью фашизма, когда-либо существовавшей не нашей планете. Его великая страна сдастся арабам, а моя маленькая говенная страна останется стоять, хотя трудно сказать, надолго ли. Удивительно? Не думаю. Справедливо? К сожалению, да. Вы же, Monsieur Le President, еще увидите в Нотр Даме людей, стоящих на четвереньках, и услышите призыв муэдзина к молитве, разносящийся по уже не вашей столице с его башен.
События во Франции не так уж отличаются от недавних событий в Газе. Арабы разрушили все, что осталось после покинувших Газу евреев. В этом и состоит суть ислама. Как собака, лижущая себе яйца просто потому, что может, мусульмане убивают всех и разрушают все, до чего могут дотянуться. Их террористы-самоубийцы не так уж сильно отличаются от еврейских воинов, отказывавшихся защищать себя по субботам. И те и другие умирали, следуя канонам своей веры. Но, благодаря различиям в вере, еврей стали великим, хотя и крошечным, народом, а ислам повел себя, как нелеченный рак.
Мораль сей басни такова. Там, где исламу разрешают пустить корни, цивилизованное общество неизбежно гибнет. Мы могли бы легко отразить нашествие мусульман, но наша цивилизация достигла блаженной стадии вечной субботы, и ни христиане, ни евреи не собираются защищаться от джихада.
Новейшее добавление к досье «Дорогая Яшико»
From:7k [[email protected]]
Sent: Saturday, November 05, 2005 10:27 PM
To:[email protected]
Subject: пожалуйста прочитайте
Яшико, дорогой друг!
Боюсь что я знаю твое настоящее имя. Я говорю боюсь потому что твои многие враги могут прийти к такому же заключению путем дедукции определенных деталей. Будучи величайшим поклонником твоего гения я полон беспокойства о тебе и желаю, чтобы мое наслаждение чтением твоих произведений продолжалось столько сколько ты наслаждаешься их писанием. Пожалуйста не рискуй напрасно.
Если ты — Г.Г. (и я надеюсь что я ошибаюсь) измени что-нибудь. Я не вдаюсь в подробности чтобы случайно не помочь «большому брату», который может читать твою почту опознать тебя.
Я просто хочу защитить тебя от злодеев.
С наилучшими пожеланиями замечательному человеческому существу!
Твой друг,
Франческа.
Дорогая Франческа,
Какое удивительное совпадение! Я думаю, что и мне удалось вычислить твое настоящее имя!
Старайся, Ахмед, старайся.
Искренне,
ЯС
Пожинающие бурю
Лицо победителя. Тарик Рамадан, швейцарский знаток и активист ислама
События последнего времени окончательно убедили меня в том, что я не склонна сочувствовать людям, попавшим в беду.
Так, например, я не испытала ни малейшего сочувствия к людям, пострадавшим при взрывах в Аммане, происшедших, благодаря интересному совпадению, 9 ноября, т.е. 11/9. Амман — столица Иордании. Согласно последним веяниям в географии, большинство населения Иордании составляют «палестинцы». Почему-то учебники не говорят, кто еще живет в Иордании, и мне остается только предположить, что это — члены Хашемитской династии, пересаженные с Аравийского полуострова англичанами, когда те решили подарить этот полуостров дому аль-Сауда.
В вопросах массовых убийств гражданского населения «палестинцы», вне всякого сомнения, остаются впереди планеты всей. Ответственность за взрывы в Аммане взял на себя Абу Мусаб аль-Заркави, гауляйтер Осамы бин Ладена в Ираке. По национальной принадлежности г-н Заркави является иорданцем. Следовательно, он либо состоит в родне с королем, либо является «палестинцем», либо совмещает эти два незавидных качества.
В отличие от большинства массовых убийств, совершаемых арабами, от терактов в Аммане не пострадал ни один еврей, ни один американец. Все жертвы — 57 убитых и приблизительно вдвое больше раненых — арабы. Некоторые из них оказались высокопоставленными чинами так называемой «палестинской» так называемой «автономии», лидерами террористической организации, находившейся на самом острие джихада задолго до того, как джихад стал популярен в Европе. Взрывы застигли их в разгаре свадьбы, точно также, как многие сотни евреев были застигнуты арабскими взрывами в разгаре праздника.
Строго говоря, мне все равно, попали «палестинские» шишки в ощип случайно или именно ради них и было затеяно это мероприятие. Но я не верю в совпадения, и если мой скептицизм в данном случае оправдан, то теракты в Аммане являются проявлением политических процессов, разворачивающихся внутри пока еще не существующей «Палестины». В таком случае, мне остается только горько пожалеть, что наши враги не посчитали нужным пригласить Джимми Картера, чтобы он еще разок понаблюдал за арабской демократией в действии.
Рада ли я что террористы разбомбили три отеля в Аммане? Безусловно, нет. Причина для радости была бы, если бы существовала хотя бы искра надежды, что, благодаря этим взрывам, мусульмане поймут, какое зло они творят, и раскаются. Но такой надежды нет и быть не может. «Арабская улица» немедленно осудила совершенное на нее нападение и объявила, что нападавшие не могут быть мусульманами.
Сперва это было не более, чем иносказание. Продавец галантерейной лавки в фашистской Германии мог заявить члену «Гитлерюгенда», пойманному на попытке стащить шнурки для ботинок, что тот — не настоящий фашист. На самом же деле, неудачливый воришка был самым настоящим фашистом, а организаторы взрывов в Аммане — самыми настоящими мусульманами. Но «арабская улица» продолжала гнуть свои немногочисленные извилины в том же многообещающем направлении и довольно быстро пришла к выводу, что данное преступление мог совершить только Израиль.
А почему бы и нет? Арабы обвиняли Израиль в чем угодно, от 9/11 до терактов, совершенных саудовцами в Саудовской Аравии, куда евреев вообще не впускают. Почему бы не обвинить Израиль в массовом убийстве иорданцев, совершенном иорданцами?
Кстати говоря, люди, пришедшие к этому парадоксальному заключению, отнюдь не являются экстремистами. Они не состоят ни в Аль-Кайде, ни в «Хамазе», ни в «Исламском джихаде», ни даже в КАИРе. По всем мусульманским стандартам, они являются самыми нормальными людьми, чья жизнь проходит в постоянной, нелегкой борьбе за выживание, представляющей собой арабский вариант той крысиной гонки, которая так хорошо знакома каждому из нас. Утром они спешат на работу, вечером — возвращаются домой. Они растят детей, надеясь, что их жизнь будет легче. Они неукоснительно следуют своим строгим представлениям о чести, готовые убить родную сестру или дочь, если ее поведение угрожает репутации семьи. Они совсем не экстремисты, а самые нормальные члены своей общины.
Но все-таки, почему Израиль? Вот, какое объяснение предложил своим читателям «New York Times»:
«Люди обвиняют Израиль не просто так» — говорит Рами Хури, иорданский политический комментатор и писатель, живущий в Ливане. «Для этого существуют сильные исторические причины, потому что Израиль, тем или иным путем, причинил арабскому народу много горя.»
Тем или иным путем. Израиль является жертвой арабской агрессии, продолжающейся с 1947 года, когда ООН совершила чуть ли не единственное за всю свою историю доброе дело, проголосовав после долгих колебаний за восстановление прав Израиля на часть принадлежащей ему земли. Если попросить образованного араба привести пример зла, причиненного Израилем арабскому народу, то единственное, что он сможет ответить, не прибегая к антисемитской клевете, это что Израиль существует. Сам факт существования Израиля причиняет мусульманам вообще и арабам в особенности больше страданий, чем все, что Израиль им сделал или мог бы сделать в течение последних 60 лет, потому что ничто не демонстрирует лживости всего, чему учит ислам убедительней, чем сам факт существования Израиля.
События в Иордании являются только одним примером того, как зло неизбежно оборачивается против тех, кто его творит. Вы полагаете, что бездонная отсталость мусульманского мира не связана с бездонной ненавистью, которую мусульмане питают к евреям? Вы ошибаетесь. Убийственная ненависть к евреям, к «неверным», друг к другу является определяющим фактором в жизни каждого мусульманина, начиная с самых первых дней ислама. Ненависть — страшная сила, особенно когда ее разделяют 1,2 миллиарда людей. Но будущего на ней не построишь, и потому-то мир ислама и находится в состоянии нескончаемого гниения в течение 14 веков.
