из них уже дала мне плату вперед, – произнес вслух музыкант, вертя в руке золотой мухр, доставшийся ему сегодняшним утром от юной золотоволосой девушки.
Незатейливая мелодия бансури разливалась по улицам Юзаиля еще очень долго. Она проникала в дома, завладевая сознанием живших там людей, даря прекрасные сны о любви, о восточной сказке, рассказанной давным-давно такой же темной тихой ночью…
Глава девятая
Оазис. Северная пустыня
Солнце еще не поднялось из-за горизонта, но небо уже достаточно посерело, скоро оно станет голубым, а брезжущая розовым цветом полоска на востоке взорвется охряными оттенками. Закончится закат ночи, и в пустыне снова воцарится столь ненавистная всем путникам жара. Но пока этого не произошло, надо выдвигаться в дорогу.
Только я собрался скинуть с себя ночные покрывала, как с удивлением обнаружил, что моя спутница безмятежно спит на моем плече. Стараясь не разбудить Джоанну, я осторожно высвободил руку и аккуратно переложил голову девушки на мое скомканное одеяло.
– М-м-м, – знакомо промычала Джо, но теперь в этом стоне не ощущалась того страха, что был ночью. Девушка просто была недовольна ранним пробуждением. Признаться: я тоже. Что ни говори, а ночь для нас обоих выдалась весьма беспокойная. Кажется, я поспал всего ничего.
– Спи, я разбужу, – тихо прошептал я на ухо девушке, но услышала ли она меня, я так и не понял.
Ладно, пока соберу вещи, а она пусть поспит еще немного. Не знаю, что точно случилось между мной и Джоанной ночью, но почему-то мне кажется, что моя спутница сильно устала после всего произошедшего. И белые волосы… Я их правда видел? Или мне померещилось? Хотя раньше я на зрение вроде не жаловался. Сейчас девушка выглядела обычно. Немного загорелое лицо, черные пушистые ресницы, золотые волосы.
– О, так вот ты какой! – произнес я вслух, заметив, как сверкнул красным цветом выбившийся из-под одежды кулон Джоанны. Как я и думал, украшение на серебряной цепочке источало небольшое магическое свечение. Рубин? Нет, в нем как будто что-то переливается. Странно, если бы я не чувствовал, что это обычный твердый камень, то поклялся бы, что в нем заточена какая-то жидкость. Джоанна сказала, что, как только мы закончим наш путь, она отдаст мне все свои волшебные камни. А этот камушек тоже входит в их число? За него бы неплохо заплатили. Так, ладно, я не о том думаю.
Поднявшись на ноги, я потянулся, широко зевнул и вытянул руки, устремив их к небу. Все-таки спать на песке не так уж и приятно – лучше, конечно, чем на камнях, но спина и шея все равно затекают.
Оглянувшись на Джоанну и убедившись, что девушка и не собирается просыпаться, решил проверить лошадей.
– Фью-у-у! – свистнул я не очень громко, но достаточно для того, чтобы Мара услышала и подошла. – Доброе утро, девочка, – приветствовал я свою подругу, легонько хлопнув несколько раз по шее лошади и почесав ее за ухом. – Лата с тобой? Вы хорошо себя вели? Скоро снова отправимся в путь, а вечером нас всех ждет куда более приятный ночлег. Соскучилась по ребятам? Я тоже. Но пока нам всем предстоит пройти не меньше, чем вчера.
Лошадь утвердительно фыркнула, полностью мне доверяя. Я улыбнулся и отправился обратно к Джоанне и нашим вещам. Нам следовало перекусить перед долгой дорогой, поэтому я достал из сумок наши запасы фиников, кураги, вяленого мяса и двух бананов, которые надо было съесть как можно скорее – еще один день на жаре они точно не протянут.
– Нужно ополоснуть правую руку, – сказал я сам себе, доставая флягу с водой, а заодно и акш‘а-мал‘а[26].
Помыв руку, я погрузил ее в мешочек гом‘укха[27], в котором и были спрятаны мои четки из бусин, нанизанных на нить. Зажал первую из них большим и безымянным пальцами. Читать молитву можно с применением разных пальцев, но зажимая бусины именно между вторым и пятым пальцами, можно отогнать неприятности. Сосредоточившись и закрыв глаза, я постарался освободить свой разум и думать только о смысле мантры, которую стал произносить почти шепотом.
В четках, доставшихся мне от моего наставника, всегда было сто восемь сандаловых бусин. Бывают четки и из меньшего числа бусин, но такое число выбрано не случайно: оно означает многомерность мира, бесконечность. Есть, правда, и сто девятая бусина, бусина Гуру[28], но на ней не повторяют мантру. Мантру читают только на каждой из ста восьми бусин. Конечно, медитацию на четках надо проводить по несколько раз, но сейчас у нас на это просто не было времени.
– Не думала, что ты верующий.
– Я верю в то, во что верю, – спокойно ответил я Джоанне и открыл глаза. По всей видимости, девушка давно проснулась и терпеливо ждала, когда я закончу.
– Из какого материала твои четки?
– Вообще-то никто не должен этого знать, кроме их владельца. Четки для того и носят скрыто в мешочке, чтобы их никто не видел.
– И все же? – почему-то не отступала девушка.
– Белый сандал – он символизирует холодный разум.
– И ты правда веришь, что чтение мантр поможет избежать неприятностей?
– Перебирание четок также помогает избавиться от навязчивых мыслей, забот и погрузиться в нужное состояние. И да, я верю, что они помогают от темных сил и мыслей. Вера помогает мне оставаться светлым человеком. Ты ведь знаешь, что демоны способны подчинять себе чужой разум.
– Демоны… – усмехнулась блондинка. – Прежде чем одурманить, они могут просто убить тебя.
– Джоанна, чего ты от меня хочешь? Если ты во все это не веришь, то, пожалуйста, не меш…
– Извини, – перебила меня девушка. – Просто устала после ночи, голова до сих пор болит, да и слабость.
Убрав мешочек обратно в сумку, я более внимательно присмотрелся к своей спутнице. Кажется, она действительно выглядела неважно. Волосы ее спутались, лицо осунулось, появились мешки под глазами, и все же она выглядела лучше, чем ночью, – Джоанна будто оживала, пусть медленно, но на ее щеках уже стал появляться румянец.
– Ладно, давай завтракать. Тебе это сейчас совсем не помешает. А после отправимся дальше, – сказал я и протянул девушке кусочек вяленого мяса и флягу с водой.
Джоанна откусила кусочек, ничуть не поморщившись. Не многим нравится такая пища, но ничего другого я не мог предложить, особенно после того, как наш ужин был уничтожен самым глупым образом.
– Я так смешно ем? – вдруг спросила меня девушка, заметив, что я улыбаюсь.
– Нет, просто вспомнил вчерашний вечер.
– Между нами ничего не было.
– Конечно, не было. Я вообще не об этом! – резко возразил я.
– Послушай,
