Читаем без скачивания Почетная гвардия - Дэн Абнетт

Его вокс вдруг затрещал:

— Отряды пехоты, срочно в укрытие!

— Что за фес?..

Откуда-то сзади на узкую улочку вдруг обрушился горизонтальный столб света толщиной с бедро Мирина. Он был столь ярким, что на пару минут ослепил. А затем пришел запах озона.

АТ70 взлетел на воздух.

Его башня и главное орудие, дребезжа как погремушка, отлетели от корпуса и врезались в верхний этаж здания. Сам корпус распороло, словно скорлупу ореха, осыпав все вокруг кусками металла.

— Фес меня возьми, — пролепетал Мирин.

— Выдвигайтесь, держитесь ближе к краю, — велели по воксу.

«Серый мститель» Ле-Гуина, темный проворный хищник, вкатился на улицу, не включая ходовые огни.

— С меня выпивка, — услышал Мирин разговор Маккола с экипажем танка. — Ребята, держитесь. Постройтесь и следуйте за мной. Давайте покончим с этим.

Призраки выбрались из укрытия и побежали за «Разрушителем», без передышки стреляя из лазганов по отступающим инфарди. «Мститель» с хрустом проехал по останкам «Разбойника». Мирин улыбнулся. Буквально за мгновение ход битвы переломился в пользу гвардейцев. Теперь именно они наступали под защитой танка.

В полукилометре от них «Сердце разрушения» и «P48J» наконец прорвались на площадь. Их уверенное наступление было несколько замедлено тремя Н20, и теперь на корпусе «Сердца» чернели следы этой схватки. Клеопас впервые оторвался от своего призматического перископа, к которому прилип, кажется, на несколько часов.

— Заряжено? — спросил он.

— Осталось еще двадцать, — отозвался его стрелок, проверив оставшиеся снаряды в отсеке, охлаждаемом водой.

У площади началась оружейная перестрелка. Клеопас посмотрел вокруг и обнаружил, по меньшей мере, три отряда инфарди на северной стороне открытого пространства. Два «Завоевателя» ринулись через пустые деревянные прилавки, сокрушая их и срывая навесы. «P48J» тащил один, словно знамя.

Боевой расчет «Сердца» зарядил главное орудие и направил его на одну из вражеских команд.

— Не тратить снаряды на мелкие цели, у нас мало боеприпасов, — прорычал Клеопас.

Он взял на себя управление турельным болтером. Мощная пушка уничтожила одну из позиций инфарди, подняв тучу пыли. «P48J» сделал то же самое, и Клеопас мрачно подумал, что у него тоже мало снарядов. А между этой бронированной парой двигалась пехота.

Ауспик Клеопаса внезапно показал две быстро движущиеся цели. Пара легких вражеских танков STeG-4 вылетели на площадь, сверкая огнями. На их маленьких башнях помещались только сорокамиллиметровые пушки, но при наличии вольфрамовой брони они могли нанести урон мощным имперским машинам.

— Целиться вон туда, — велел Клеопас, показывая цели на экране и проверяя их в перископ. — Вот теперь поиграем мускулами.

Сержант Баффелс чувствовал, что нужно выступать. Он сильно потел и выглядел больным. Схватка была достаточно жестокой, но он прошел через много таких боев. Его беспокоила должностная ответственность.

Восточное острие его пехоты прорвалось достаточно глубоко в недра Бхавнагера, чтобы пересечь главное шоссе. Теперь, оставив храм по правую руку, они сражались на улицах к северу от городской площади, направляясь к топливным складам. Сам Гаунт велел Баффелсу расчистить дорогу туда. И Баффелс сказал себе, что не подведет.

Комиссар-полковник доверил ему командование отрядом вергхастцев. Сержант не сильно этого хотел, но все же ценил выпавшую ему честь. Теперь же Гаунт дал ему задание, жизненно важное для исхода всей операции. И такую ношу было практически невозможно вынести.

Почти тысяча Призраков вливалась в город за его спиной, отряды поддерживали друг друга. Изначальный план заключался в том, что они вместе с меньшим по численности отрядом Колеа попадут в город, наступая параллельно и сокрушая защитные посты Бхавнагера, пока Роун будет захватывать северную часть. Теперь же, когда Колеа и Роун погрязли в уличных боях, вся ответственность ложилась именно на Баффелса.

Баффелс много думал о Колеа, частенько с оттенком зависти. Колеа — великий воин и настоящий герой, легко вел войска. Солдаты любили его и были готовы сделать для него все, что угодно. Четно говоря, Баффелс ни разу не видел, чтобы кто-то не подчинился и его приказам, но все равно не ощущал собственной значимости. До улья Вервун он тоже был простым солдатом. Какого же феса войска должны были делать то, что он им велит? Думал он и о Майло. Майло, его друг, полковой приятель. Это назначение должен был получить именно Брин.

Бригада Баффелса прорывалась через площадь, кровью отвоевывая каждый метр. С отрядом шел комиссар Харк, но Баффелс не был уверен, что это поможет. Люди боялись комиссара и подозревали в гнусных намерениях. Баффелс знал, что вообще-то комиссаров для того и держат, их и должны слегка побаиваться. И новый комиссар полка, надо отдать ему должное, делал свою работу, причем делал ее хорошо. За день до засады Харк проявил себя невозмутимым воином, обладающим уверенностью и железной хваткой испытанного боями тактика. Он не только подгонял группу Баффелса, но направлял и фокусировал их усилия таким образом, чтобы гвардейцы идеально исполняли приказы сержанта.

Но Баффелс мог с уверенностью сказать, что люди презирают Харка. Презирают то, что он собой воплощал. Сержант это знал, потому что чувствовал то же самое. Харк был ставленником Льюго. И присутствовал здесь затем, чтобы лишить Гаунта должности.

Передовые ряды атаки Баффелса с яростью сражались на участке между покинутыми залами школы эшоли и загонами для скота на рынке. Несмотря на все попытки взвода Сорика, они продвигались трудно, под мощным огнем вездеходов Н20 и нескольких легких шестиколесных танков.

Харк, собрав отряд из Нена, Маккендрика, Рэсса, Булли, Мурила, Токара, Кауна и Гаронда, пытался опередить людей Сорика и разрубить образовавшийся мертвый узел. Но его почти немедленно заставили залечь в укрытие.

Затем, больше благодаря удаче, чем планированию, пардусские танки прорвались по восточной дороге, чтобы поддержать их: «Палач» по имени «Противостояние», «Завоеватели»: «Мягкая поступь» и «Древний Стронций», и «Разрушитель» — «Смертоносный шутник». Они сотворили кошмарное месиво на северо-восточных улицах, оставив за собой полыхающие остовы вражеских танков. Баффелс отправил людей за техникой, чтобы осуществить последний рывок к складам, которые находились всего в паре улиц от них. Продвижение было медленным и кровавым, но Баффелс сделал то, о чем просил его Гаунт.

Эта задержка дала возможность самому Гаунту оказаться на линии атаки. Баффелс был почти счастлив его видеть.

Гаунт добрался до Баффелса, когда вражеские лазерные огни чертили линии на уже потемневшем небе.

— Отлично сработано, — сказал он сержанту.

— Боюсь, это заняло фесову тучу времени, сэр, — отозвался Баффелс.

— Так и должно было быть. Эршул не сдаются без битвы.

— Эршул, сэр?

— Да. На этот счет меня сегодня утром просветил аятани Цвейл. Чувствуешь запах?

— О да, сэр, — ответил Баффелс, чувствуя в воздухе вонь прометия.

— Давай покончим с этим, — промолвил Гаунт.

При поддержке пардусцев Призраки двинулись к складам. Возглавляя одну из линий, Гаунт внезапно оказался лицом к лицу с засадой инфарди. Его силовой меч запел, а болт-пистолет выплюнул огонь. Рядом Урил, Харджеон, Сорик и Лилло, лучшие новобранцы-вергхастцы, доказали, что достойны быть Призраками. Эта была первая из семнадцати рукопашных, которые им пришлось пройти на пути к цели.

В пятой кровавые волны сражения столкнули плечом к плечу Гаунта и Харка. Плазменный пистолет комиссара полыхал в ночи.

— Скажу тебе честно, Гаунт… сражаешься ты отменно.

— На все воля Императора, — пробормотал Ибрам, обезглавливая наступавшего инфарди силовым мечом Сондара.

— Ты до сих пор не доверяешь мне, ведь так? — спросил Харк, одним-единственным залпом уничтожив вражеское гнездо.

— А тебя это до сих пор так удивляет? — вопросом на вопрос ответил Гаунт и, не дожидаясь ответа, отправил Призраков в следующую атаку.

Сержант Брей был командующим первого взвода в группе Баффелса и должен был провести солдат на топливные склады. Он нашел ряд массивных ангаров и топливных танкеров, которые охранялись сотней инфарди, поддержанных АТ70 и парой «Узурпаторов».

Ракетный расчет Брея ни на минуту не прекращал пальбу. Это оказалось самое ожесточенное сопротивление из всех, с какими они тут встречались, и атака отнюдь не походила на пикник. Брей запросил поддержку тяжелой техники.

Гаунт, Баффелс, Сорик и Харк появились довольно быстро, и каждый вел отделение Призраков к позиции Брея. Гаунт уже мог чувствовать как вкус победы, так и горечь поражения, пока что сплетенные воедино. Опыт подсказывал ему, что это был тот самый момент, решающий, от которого зависит исход сражения. Если они смогут поднажать, то захватят город и уничтожат врага. Если же нет… Снаряды, лазерные лучи и шрапнель посыпались на его солдат. Он увидел, что пардусские танки двинулись вперед, сокрушая гусеницами ограды и зарывая канавы, неудержимо направляясь прямо к складам. «Противостояние» уничтожил «Узурпатора», а «Смертоносный шутник» покалечил «Разбойника». Ночь освещали взрывы и трассеры.