— Я попробую, — неожиданно для самой себя кивнула дочь.
Она вдруг ощутила, что за этот год сильно истосковалась по Олегу. «Хоть бы одним глазком на него посмотреть!» — помимо воли пронеслась мысль в голове.
— Как хоть зовут твоего Чародея? — усмехнулась Лариса. — Нормальное человеческое имя у него есть?
— Олег… — опустив голову, ответила Олеся. — Олег Русанов.
— Что же ты Ваньку Сергеевичем зарегистрировала? — удивилась Лариса.
— Так лучше… — тихо сказала дочь.
— Кому лучше? — возмутилась Лариса. — Уж, во всяком случае, не Ванечке! Ну, дело твоё…
В тот же день Олеся оставила сообщение для Чародея в фан-клубе. Она, конечно, уже давно нашла его в соцсетях и под ником вступила в фан-клуб, но никогда ему не писала.
«Здравствуй, Олег. Это Олеся Хрусталёва, сестра Влада Вершинина. Помнишь меня? Нам надо серьёзно поговорить. Где мы могли бы встретиться?»
Олеся долго вымучивала это сообщение. Сначала написала подробно о Ване, а потом передумала и стёрла черновик, решив, что о сыне лучше сказать Олегу лично, с глазу на глаз. И составила совсем короткое, лаконичное послание. От волнения у неё даже вспотели ладони. Наконец, она решилась его отправить. А потом каждые полчаса проверяла свою страничку.
Ответ пришёл не сразу и был довольно странным.
«Приветствую тебя и рад, что ты в моём фан-клубе! Будет нескучно, обещаю! Здесь — самая свежая информация о концертах. Ты узнаешь её первой! Добро пожаловать!»
Такое безличное сообщение сразу навело Олесю на мысль, что это стандартный ответ поклонникам певца, и отправил его вовсе не Чародей, а специальный человек из команды. Сам же Олег наверняка даже не общается напрямую со своими фанатами.
«Выход один — опять, как в тот раз, пойду на его концерт, — решила она. — Надо узнать, когда будет наиболее подходящий».
— Мам, я поеду на концерт Чародея, — сообщила Олеся матери на следующий день. — Иначе с ним никак не связаться. Вы ведь меня отпустите на день-два?
— Поезжай, дочка, — разрешила Лариса. — Ванюшка уже на прикорме, так что можно. Заодно развеешься. Может, у вас с Олегом и сладится.
— Это вряд ли… — невесело усмехнулась Олеся. — Ему, думаю, не до меня. Но о Ванечке сказать я должна, ты права… Спасибо, мамуля!
Как и в прошлый раз, она заказала билеты на концерт и на поезд и быстро собрала необходимые вещи. Всё повторялось. С той лишь разницей, что теперь цель встречи у неё была совсем иной.
В интернете Олеся читала о том, что каждое выступление Чародея не похоже на предыдущие и является по-своему уникальным. Вот и сегодня концерт начался по-особому — в зале вдруг погас свет, и в кромешной темноте зазвучал бесподобный вокализ певца. Его пение воспринималось как шаманское заклинание, от которого мурашки бежали по телу, но вместе с тем оно не было пугающим, а скорее навевало мысли о бескрайних просторах Вселенной, красоте нашей планеты и, вообще, о гармонии мироздания.
Сцена осветилась так же внезапно — темноту прорезал только один мощный прожектор, в свете которого появилась фигура Чародея. Зал разразился бурными аплодисментами, но они вскоре стихли, и зрители погрузились в ауру его волшебного пения. У Олеси сердце, казалось, на миг остановилось, а потом застучало в бешеном ритме, готовое выпрыгнуть из груди. Она почти не видела Олега, лишь слышала его голос, но этого оказалось достаточно, чтобы с новой силой пробудилось то чувство, которое девушка старалась запрятать в самый потайной уголок своей души.
Уже потом, когда вспыхнуло настоящее освещение, Олеся смогла лучше разглядеть Олега. Он сменил имидж — волосы теперь были зачёсаны по-другому, но это ничуть его не портило, а, наоборот, добавляло мужественности, чёрные кожаные брюки подчёркивали красоту сильных ног, а косуха придавала образу брутальности. Был выбран очень удачный сценический приём — о любви нежно и страстно пел этакий видавший виды мачо. Подобный контраст лишь усиливал впечатление от выступления и будил бурю чувств в душах его горячих поклонниц. Но и безо всех этих ухищрений Олесе было видно, что Олег очень возмужал.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Концерт шёл своим чередом, и люди даже стали танцевать в проходах под особенно полюбившиеся песни Чародея. Он, как всегда, блестяще взаимодействовал со зрителями и вдруг в какой-то момент обратился к ним:
— Друзья мои, а кто хочет спеть? Ну, решайтесь! Я знаю, среди вас есть много талантливых людей!
Из разных концов зала сразу поднялись руки смельчаков. Олеся встрепенулась и тоже подняла руку. Выбор Чародея пал на паренька-подростка. Тот сидел во втором ярусе, и к нему можно было добраться лишь в обход. Чародей же, недолго думая, передал микрофон охраннику, подтянулся на руках и перемахнул через ограду. А затем, как ни в чём не бывало, поймал микрофон, который ему бросил охранник, и приготовился слушать паренька. Это было настолько эффектно и по-мужски, что в зале раздались восторженные аплодисменты представительниц прекрасного пола. Молодой красивый талантливый певец, да ещё и в прекрасной спортивной форме, сводил их с ума. Олеся же испуганно вскрикнула. Высота была приличной, и Олег вполне мог сорваться. «Дурак несчастный, — испуганно подумала она. — Зачем так бравировать?»
Олег стремительно перемещался по залу, так что охранники за ним едва поспевали, и давал возможность спеть всем желающим. Олеся много раз поднимала руку и, наконец, он её заметил. На его лице отразилось смешанное чувство радости и растерянности.
— Олеся? — тихо сказал Олег, на минуту отключив микрофон. — Здравствуй.
— Здравствуй, — она не отрываясь смотрела на него. — Мне надо с тобой поговорить. Это очень важно.
— Подожди меня после концерта, — быстро ответил он. — Как тогда, помнишь?
Она молча кивнула.
— Ну что, милая девушка, вы хотите спеть? — спросил её Олег, уже включив микрофон.
— С удовольствием, — улыбнулась она и запела ту самую песню, которую исполняла в прошлый раз.
Она пела и смотрела прямо в эти раскосые янтарные глаза, пела и будто рассказывала ему о своей любви, пела и словно обещала долгую счастливую жизнь… На минуту Олегу показалось, что их в зале только двое, и он стал негромко ей подпевать. Сначала лишь фоном, чтобы не заглушать приятный, но несильный голос девушки, а потом увереннее, уже первым голосом. Их дуэт звучал на удивление гармонично и слаженно, словно они давно выступали вместе. Зрителям это так понравилось, что со всех сторон раздались аплодисменты.
— Спасибо! — сказал в микрофон Олег и поцеловал Олесю в щёку, как это делал и с другими поклонницами. — Дождись меня…
Последнюю фразу он шепнул ей на ухо. За ними наблюдали сотни пар глаз — кто-то с восхищением, а кто-то и с завистью. Но среди всех была одна пара глаз, которая следила за дуэтом с лютой ненавистью, замешанной на фанатичной безответной любви и жажде мести.
Между тем концерт подходил к концу. Чародей напоследок решил окончательно сразить сердца своих поклонниц. Во время исполнения одной из песен он так брутально и в то же время эротично поиграл с микрофонной стойкой, что зал просто взвыл от восторга, а в следующей композиции подбросил микрофон к самому потолку и тут же легко его поймал, чем вызвал новую бурю восхищения.
Олеся не очень-то реагировала на все эти трюки. Её больше волновал предстоящий разговор с Олегом. Он не забыл её — это уже хорошо! Но как воспримет новость о сыне? Поверит ли? Не станет ли её избегать? «Будь что будет! — решила она. — Не поверит — значит, так тому и быть! О сыне я сказать обязана, а там пусть решает сам».
В скором времени концерт завершился, начались раздача автографов и вручение подарков. Олеся поспешила к служебному выходу, чтобы не пропустить Олега. Как всегда, там собралась большая толпа поклонниц, которые не хотели так скоро расставаться со своим кумиром. Когда в сопровождении охранников показался Олег, послышался восторженный гул и выкрики:
— Чародей, мы тебя любим! Ты наш! Мы с тобой!
Певец привычно улыбнулся и помахал рукой.
