— Ты украл мой телефон, купил новый, в который записал только свой номер и дал мне понять, что не желаешь видеть в записной книжке телефоны других абонентов. Ты по сто раз на дню звонишь мне, заваливаешь сообщениями и устраиваешь допрос, когда я не отвечаю. Ты, что всерьез думаешь, что, если я буду с тобой, то, все остальные близкие мне люди, исчезнут из моей жизни?
— Что значит — если ты будешь со мной? Ты уже со мной. — Ник шагнул к разделяющему их столу, и пронзительно взглянул в глаза Марго.
— Это ты так решил? — скрестив руки на груди, спокойно осведомилась девушка. Боль и гнев затопили синеву глаз Ника. Он отшатнулся от нее, словно она ударила его.
— Зачем ты мучаешь меня, Маргарита? — тихо спросил Никита, опускаясь на стул возле стены.
— Я хочу понять тебя, Ник. Ты не доверяешь мне?
Обогнув стол, девушка медленно приблизилась к Скворцову.
— Или себе? Что с тобой происходит, Ник? Ты хочешь держать меня здесь, как в клетке? Рядишь, как куклу, даришь подарки, водишь по ресторанам, выгуливаешь. Но я не Берта, не твой домашний любимец.
— Я знаю! — крикнул он, вскакивая на ноги. Они стояли напротив друг друга, тяжело дыша от злости, обиды и непонимания. Внезапно выражение лица Никиты неуловимо изменилось. Глухое отчаянье исказило красивые мужественные черты. Никогда он не казался ей таким уязвимым и нуждающимся в ней, как в этот момент. Сердце Марго болезненно сжалось и потянулось к нему. Он неуверенно и нежно коснулся пальцами ее лица, медленно провел вдоль линии скул, заправил за ухо непослушный длинный локон. Она слышала, как оглушительно бьется его сердце, глаза защипало от слез. Его боль была осязаемой. Почему ему так больно?
— Прости меня. — прошептал он. Длинные черные ресницы прикрыли полные тоски глаза. — Больше всего на свете… Я боюсь потерять тебя. Сам не знаю, что на меня нашло. Я ревную тебя даже к воздуху, которым ты дышишь, к твоей одежде и мыслям.
— Ты не потеряешь меня, если научишься доверять. — мягко произнесла Марго, перехватив и ласково сжимая его пальцы, ласкающие ее лицо.
— Я доверяю, Маргарита. — он порывисто прижал ее к себе, вдохнул аромат ее волос. — И все равно боюсь. Ты не знаешь, как это страшно, когда…
— Когда что? Скажи мне. — попросила она, обнимая его.
— Когда ты одинок. Совсем. Когда все, кто тебе дороги, уходят, не объясняя причин. И ты во всем винишь себя, потому что искреннее не понимаешь, почему они бросили тебя.
— Ты имеешь в виду родителей?
— Прошу тебя, милая, не спрашивай меня. Только не сейчас. Я не хочу, не могу… Просто пообещай, что не оставишь меня, и я поверю.
— Я с тобой, Ник. — Марго отстранилась, чтобы взглянуть в его глаза. У нее дух перехватило, сколько в них затаилось отчаянья и грусти. — Всегда. Я тебя люблю. Очень.
Спустя несколько часов, засыпая на его плече, Маргарита подумала о том, что на самом деле в жизни не существует случайностей. Чтобы не мучило Никиту, чтобы не скрывала она сама, они должны были встретиться и облегчить, разделить боль и одиночество друг друга. Как две половинки разбитого сердца, обреченные соединиться и обрести покой. Если получится, если они сумеют, если справятся…
Глава 11
— Даниил, здравствуй. Это Маргарита Казанцева. Мы могли бы встретиться? — Марго прижала к уху трубку сотового телефона и затаила дыхание в ожидании ответа. Взгляд рассеянно скользнул по прямой и мощной фигуре Дмитрия, стоявшего в сторонке. Ник снова оставил своего преданного водителя в полное распоряжение Маргариты, и она надеялась, что сделал он это не желания проследить за ней, а для ее удобства и безопасности. С самого утра Дима ходил за девушкой по пятам с непроницаемым мрачным лицом, и надоел ей до смерти. Но совсем скоро, возможно… и для него найдется настоящая работа.
— Да, я рад, что ты позвонила, Маргарита. Не ожидал, что так скоро удастся снова тебя увидеть. — после короткой паузы, взволнованно ответил Даниил. Марго облегченно выдохнула, и даже скупо улыбнулась бугаю-телохранителю, но этот профессионал с каменным лицом даже бровью не повел.
— Когда тебе удобно? Я свободна целый день. — быстро проговорила Марго, отворачиваясь от Дмитрия. Чудесный день, солнечный, не очень жаркий. Она вышла поговорить по телефону в сад, где наслаждалась комфортной погодой. Даже Берта не сильно злила своим бесконечным воем. Наверно, Дима успел выгулять любимицу Ника.
— Сейчас я в офисе, но могу приехать домой. Где бы ты предпочла поговорить? — вежливо поинтересовался дядя.
— Твоя квартира подойдет. У меня тут личный водитель под рукой, так, что найти адрес не составит труда. Если, конечно, ты согласен пригласить меня к себе. Разговор будет очень личный, и свидетели ни к чему. — деловым тоном сообщила Маргарита.
В трубке снова повисла неловкая пауза, Марго нервно прикусила нижнюю губу и сделала неправильный вывод.
— Я готова подъехать в любое место. Просто скажи, где тебе удобнее.
— Что-то случилось? — напряженно спросил Даниил. — Ты говорила с Дианой? Сказала ей обо мне?
— Нет, не волнуйся. У меня действительно был откровенный разговор с тетей, но тебя я не упоминала. Мне нужно знать и другую версию событий, чтобы сделать окончательные выводы. — голос Марго прозвучал убедительно и спокойно, но Даниил по-прежнему нервничал.
— Маргарита, я не уверен, что знаю больше, чем Диана. Не стоит ворошить прошлое. Это было так давно…
— Я знаю, как умерла мама. Мне нужны ответы. — настойчиво произнесла Марго. — Ты можешь отказаться от встречи, и мы больше никогда не увидимся.
— Звучит, как ультиматум. — печально заметил оппонент.
— Он и есть. Так что?
— Запомнишь адрес?
— Да, диктуй.
Квартира Даниила Казанцева располагалась недалеко от станции метро Бабушкино. Небогатый район, старенький десятиэтажный дом, неубранный двор и алкаши на лавочке, распивающие настойку «Боярышника». Даже в Москве есть места, очень сильно напоминающие о «родине». Марго уныло огляделась и, заметив припаркованный автомобиль своего дяди, сразу определилась с подъездом. Диму оставила внизу, сторожить машину.
— Вы недолго? Мне нужно будет забрать шефа около шести. — перспектива провести полдня в кишащем подозрительными личностями районе, его явно мало радовала.
— Успеем, Дим. Можешь пока съездить на обед. Только не задерживайся. Вдруг разговор не склеится. — попросила Марго.
Подъезд находился в плачевном состоянии. Грязные обшарпанные стены, лифт, пропахший мочой. Девушка перевела дыхание, лишь оказавшись у заветных дверей. Дядя открыл сразу. Видимо, заметил, как она подъехала.
