Читаем без скачивания Отель «Реббека» - Рада Рамильевна Артемьева

Сегодня Гозлан был опасным водителем: вел машинально, погрузившись в нескончаемый поток мыслей. Размышления унеслись по направлению к рудникам. Меркьюри, ртуть, рудники, Николя: все в голове смешалось в одну смысловую кучу. Райские зеленые сады сменялись рощами из каштанов, дуба и миндаля, а узкие дорожки из гравия – длинными трассами.

Через час Гозлан приехал в местный музей. Он решил выяснить все о ртутных рудниках и их связи с семейством де Бриссак.

– Рудники здесь давно закрылись, – ответил пожилой работник музея. Вопрос Гозлана его нисколько не смутил. На радость следователя, в этой теме музейщик был более чем подкован.

– Но вы правильно все сказали, когда-то рудники здесь работали.

– Где именно?

– А да вот тут. – Музейщик ткнул своим скукоженным пальцем в старую карту, которая уже совсем не соответствовала современности.

– Кажется, – сказал он и подтянул свои очки, – на этом месте теперь находится отель.

– Отель «Реббека»? – предположил Гозлан и почувствовал, как мурашки бегут по коже.

– Да, да, он. Отель-то тоже старый, его открыли еще в то время, когда рудники вовсю работали.

– Что вы имеете в виду?

– Ну вот смотрите, – седой старик ткнул в карту пальцем, хотя Гозлан не понимал в ней абсолютно ничего. – Отель «Реббека» открылся на месте, где добывали ртуть. В то время это было очень жирное для заработка место, люди съезжались со всех областей, чтобы подзаработать на рудниках. Работа была тяжелой, но и время тоже нелегкое: всем хотелось работать здесь. Рудники были настоящей жилой для местных предпринимателей.

– Значит, здесь добывали ртуть, – подытожил Гозлан задумчиво. – На том месте, где сейчас стоит «Реббека»?

– Я и говорю! – возмутился музейщик. – Рудники здесь работали как надо. Люди боролись за эти места. Это была первая половина девятнадцатого века. Рабочие места заняты, людям хотелось попасть на рудники! Правда, с открытием железной дороги в этих краях начало все меняться. Юг стал интересовать людей больше как туристическая зона. Мсье де Бриссак это сразу смекнул и решил поставить здесь отель.

– Эти рудники были в собственности мсье де Бриссака? – спросил Гозлан.

– Вообще-то, – сказал старик, – они принадлежали двум собственникам. Это были Жан Муссон и Клод де Бриссак.

На Гозлана накатило волнение: уж не эту ли фамилию дед Николя назвал в самом начале? «Муссон» – кажется, что-то такое он сказал ему.

Мужчина снова открыл какую-то книгу и, послюнявив палец, пролистал несколько страниц.

– То есть, – уточнил следователь, – мсье де Бриссак и некий мсье Муссон были собственниками рудников?

– Именно, они построили прекрасный бизнес на этих рудниках.

– И что произошло?

– Насколько я знаю, у них уже вскоре начались проблемы… Грызня, другими словами! Жан Муссон во что бы то ни стало хотел оставить рудники. Еще бы: они давали такую стабильную прибыль! Клод де Бриссак загорелся идеей поставить отель. Он был убежден, что наступает новая эпоха! Эпоха туризма! А эта зеленая зона с бирюзовым Средиземным морем будет просто раем для приезжих.

Музейщик вынул из архива пожелтевшую фотокарточку с изображением деревянной постройки.

– Вот так выглядел отель сначала, – сказал он и улыбнулся. – Первая постройка, которая служила как пристанище для рабочих. Мсье де Бриссак назвал его «Реббека». Говорят, в честь какой-то англичанки. Но правда это или нет, никто не знает.

– Что произошло потом?

– Отель имел большой успех. Есть где спать, где выпить и отдохнуть в свободное от тяжелой работы время. Люди были довольны, но так и начались конфликты между двумя бизнесменами.

– Мсье Муссон настаивал на сохранении рудников?

– Да, а мсье де Бриссак просто стал одержим своей новой страстью! Он хотел иметь самый популярный отель в этой зеленой зоне! Конечно, он считал, что рудники здесь ни к месту. Жан Муссон планировал развивать бизнес и открывать рудники дальше, мсье де Бриссак, насколько я знаю, наотрез отказался от этой затеи. Он хотел покончить с ртутью раз и навсегда. Заняться тем, что хотелось ему.

– Как же они решили в итоге?

– Судьба сама решила за них, – сказал старик с загадочным видом. – Произошел несчастный случай, и Жан Муссон погиб на рудниках. Случился обвал породы, и его завалило, когда он спустился туда.

Гозлан молчал. Он собирал воедино детали затянутой истории.

– Так и погиб Жан Муссон. Ну а мсье де Бриссак, конечно, плюнул на эти рудники и все их закрыл. Вместо этого сделал то, что ему давно хотелось. Начал строить большой отель, уже не деревянный, а настоящий, красивый. Вы видели «Реббеку» сегодня?

– Да, – мрачно ответил следователь, – видел.

– Хм, хм, – кивнул музейный работник, – сегодня потомкам де Бриссак принадлежит несколько гектар земли на Лазурном Берегу. Это очень богатые люди.

– Мда, – протянул Гозлан, невольно представляя Николя, который сейчас сидит у него в отделении. – Значит, так и закончилась эта история сотрудничества. Жан Муссон внезапно погиб, рудники закрылись. Но кто же тогда мсье Меркьюри? Вам говорит это имя о чем-то? Был еще кто-то третий, кто работал с ними на рудниках?

Старик искривил лицо.

– Меркьюри? – переспросил он. – Нет, ни о чем мне это имя не говорит. Первый раз слышу.

– Может быть, какие-то конкуренты были у «Реббеки» в то время? Или могли они кому-то задолжать?

Пожилой мужчина опустил уголки губ:

– Не могу такого сказать, не знаю. Денег у обоих хватало, это точно. Брать у кого-то в долг? Вряд ли.

– Или они кому-то платили, например, их заставляли делиться доходом? Мафия, скажем, м?

Старик пожал плечами. Об этом он ничего не слышал.

Гозлан сосредоточился на главной мысли: рудники и мсье де Бриссак. В какой момент появился мсье Меркьюри, и что у него был за мотив? Как эта давняя история могла влиять на нынешнюю «Реббеку»? Ведь определенно мсье Mercury связан с ртутными рудниками.

– Вы уверены, что их было только двое? – спросил Гозлан. – Я имею в виду собственников.

– Да, – ответил музейный работник и схватил со стола книгу. – Я владею только фактами. Что указано здесь, то и сообщаю. Ни о какой мафии или каких-то новых собственниках я не слышал. И про вашего мсье Меркьюри тоже.

– Мда, – протянул задумчиво Гозлан и быстро сменил тему. – Обвал породы – это же страшное дело. Остаться под завалами… Ужасная смерть. А где теперь находится это место? Руины пытались восстановить?

– Там было все разрушено. Долго не проводились работы. Наверное, не располагали необходимой техникой.

– И что, теперь можно на это место попасть?

– Теперь нет, – ответил старик деловито, – теперь на этом месте разбит чудный сад. Сады «Реббеки», не слышали? Столько гектар зелени.

– Сад на месте руин? – переспросил Гозлан. Он уже понял, что странная история