– Во дела! – Игорь смотрел на него со смесью удивления и неодобрения. – Я тут из шкуры выпрыгиваю, чтобы хоть что-нибудь узнать о нашей загадочной пациентке, а ты, оказывается, с ней знаком!
– Был знаком, – мрачно уточнил Сергей.
– Ну так расскажи все, что знаешь, помоги следствию.
– Я уже все рассказал, – буркнул Сергей. – Ее зовут Полина Мстиславовна Ясневская. Она преподавала французский язык в моей школе. Это все. Больше я ничего не знаю.
– Совсем-совсем ничего? – недоверчиво уточнил Игорь.
– Повторяю, я не видел эту женщину с тех пор, как закончил школу. Что я могу о ней знать?
– А почему ты тогда на нее так окрысился? И почему, скажи на милость, обращаешься к своей учительнице на «ты»? У вас с ней что-то было?
Сергей сунул руки в карманы джинсов, хмуро посмотрел на друга:
– Да, у нас с ней «что-то было».
– Да ну?! – Игорь недоверчиво присвистнул, выбил из пачки беломорину. – С учительницей?!
Сергей перехватил беломорину, зажал в зубах, буркнул:
– Огня дай.
– Ты же не куришь, – удивился Игорь, но зажигалку все-таки протянул.
Они курили, разглядывая гранитные памятники погоста. При свете дня кладбище, казалось, наползало на территорию больницы.
– Мрачное соседство, – прокомментировал Игорь.
– Ее там нашли? – спросил Сергей.
– Да, только с другой стороны, – друг неопределенно махнул рукой в сторону кладбищенской ограды. – Там на могиле надгробный памятник такой необычный, в виде ангела – не ошибешься.
– Пойду пройдусь. – Сергей спрыгнул с крыльца.
– Ага, пойди пройдись. – Игорь уселся на скамейку, закинул ногу за ногу. – А я тут пока подожду.
На кладбище, в сени старых деревьев было сумрачно и прохладно. Сергей медленно шел мимо ухоженных и не очень могил. Памятник, о котором говорил Игорь, и в самом деле сильно отличался от остальных. Черный ангел со скорбным лицом, казалось, парил над свежей могилой. Сергей долго всматривался в смутно знакомые черты, а потом перевел взгляд на выгравированное на медной пластине имя, задумчиво взъерошил волосы. Теперь ясно, как Полина попала на кладбище – навещала усопшую родственницу. Понять бы еще, что делала в его сне женщина с лицом ангела...
Когда Сергей вернулся обратно к больнице, решение уже было принято. Он не знал, правильное ли оно, зато точно знал, что спокойной его жизнь уже точно никогда не будет. Он думал, что та парализующая боль больше никогда не вернется, а она взяла и вернулась. И вцепилась в горло мертвой хваткой.
Полина по-прежнему смотрела в окно, на их с Игорем появление никак не отреагировала.
– Собирайся, ты едешь со мной, – с порога сказал он.
– Куда? – Она обернулась, в синих глазах зажглась надежда.
Сергей сам еще не знал куда, но точно знал, что заберет ее из этой инфернальной больницы, окна которой выходят на погост.
– Э, погоди-ка! – вмешался Игорь. – С чего это ты взял, что ее нужно куда-то забирать?! Она еще нездорова, она нуждается в медицинском уходе.
– Я врач, я могу обеспечить ей необходимый уход.
– Ты?! Да ты же целыми днями торчишь на своей работе!
– Я могу положить ее в клинику. Нанять сиделку, в конце концов. – Сергей перешел на злой шепот: – Она же здесь на птичьих правах. Еще неделя – и все. А дальше что, вышвырнешь ее на улицу?
– Она может пожить у меня, пока все не утрясется, – сказал Игорь неожиданно зло.
Вот так, еще один попался в ее сети, так же, как он когда-то...
– Она поедет со мной. – Нет времени спорить. Он уже все решил, там, у могилы с черным ангелом.
– Это почему?
– Потому!
– А мое мнение вас не интересует? – послышался за их спинами тихий голос.
– Конечно, интересует, – сказал Игорь.
– Нет! – рявкнул Сергей.
Полина знала, что у нее есть выбор. Что бы ни говорили эти двое...
Игорь Владимирович нравился ей намного больше, но, к сожалению, нити ее прошлого были в руках Сергея Полянского.
– Я поеду с вами, – сказала она, не глядя в его сторону.
– Распоряжусь насчет выписки и вашей одежды. – Игорь Владимирович тяжело вздохнул, окинул Полину долгим взглядом, вышел из палаты.
Тишина никогда ее не пугала, даже безрадостный вид из больничного окна не пугал, но сейчас ей вдруг стало страшно. Чужой человек, злой, за что-то на нее обиженный, смотрел поверх ее головы и о чем-то думал. И она теперь от него зависит, потому что в целом мире у нее нет никого, кроме него, Сергея Полянского. Он теперь ее путеводная нить и единственная надежда обрести себя.
– Вы поможете мне? – Она старалась быть вежливой, пыталась навести мосты.
– Я попытаюсь, – он нахмурился.
– А почему?
Он пожал плечами:
– Считай это актом милосердия.
В голове что-то шевельнулось, какие-то отголоски прошлого. Раньше она уже слышала что-то похожее. Или это ей только кажется?
– И вот еще что, – сказал он, не глядя в ее сторону, – когда-то мы были на «ты», так что давай без официоза.
Ответить Полина не успела, вернулся Игорь Владимирович в сопровождении санитарки.
– Ваша одежда, – санитарка положила на кровать перепачканный кровью и землей брючный костюм.
– Я должна это надеть? – Она не хотела, не могла себя заставить.
– Можешь ехать в том, что на тебе сейчас, – Сергей Полянский равнодушно пожал плечами. – Я потом все верну.
– Да, если можно, – Полина посмотрела на Игоря Владимировича.
Тот лишь кивнул в ответ. Как неловко: человек столько для нее сделал и готов был делать и впредь, а она вот так... убегает.
– Игорь Владимирович, я должна ехать, – она заглянула в его хмурое лицо. – Вы понимаете? И... спасибо вам за все.
Он улыбнулся и стал прежним – человеком, который достал ее с того света, поставил на ноги, помог не сойти с ума.
– Я понимаю, Полина, и надеюсь, что у вас все будет хорошо. Вот, возьмите, – Игорь Владимирович протянул ей визитку. – Тут мои координаты. Если вам вдруг понадобится помощь... – он запнулся, бросил быстрый взгляд на Сергея Полянского и продолжил: – Любая помощь, не обязательно медицинская, я буду счастлив вам помочь.
* * *
Полина чувствовала себя неловко в роскошном салоне его машины, точно нищенка на званом балу. Она откинулась на спинку сиденья, прикрыла глаза. Из мощных динамиков лилась музыка – «Времена года» Вивальди. Странно, она помнит, что это Вивальди, но не помнит собственного имени. Может, попытаться разговорить Полянского, попробовать узнать хоть что-нибудь о своем прошлом? Полина уже почти решилась, но в самый последний момент передумала. Сейчас она ничего не добьется, только разозлит его еще больше. Надо потерпеть, узнать его получше, понять причину его неприязни.
...Тошнота накатила внезапно, мутной, удушливой волной.
