похоже, умеет меняет и улучшать энергоситемы не только истинных и первородных, но и теневых магов. А также простых смертных. Полагаю, ваше величество, вы уже понимаете, кем является этот ауринг?
— Вот как… — ошеломленно произнес Ольгерд. — Выходит, у нас тут настоящий златодар объявился.
Магда напряглась.
Она отправила бойцов, не собрав достаточно сведений об этом молодом ауринге и его ближайшем окружении. Да, она ранее отправляла зугракса. Он много ей рассказал. Но зуграксы не отличаются высоким интеллектом. Понять, что именно важно их хозяину, им сложно. Кроме того, те места буквально кишат первородными. Зуграксу пришлось спешно уносить ноги. Его довольно быстро учуяли.
А еще ветала отнеслась к этому выскочке аурингу слишком легко. Все потому, что она прекрасно помнила, какими были те древние ауринги и какой мощью они обладали. И это могущество пришло к ним лишь спустя много десятилетий, а то и столетий. Чего никак невозможно было ждать от свежевылупившегося ауринга, который владел даром всего ничего.
Теперь же Драгомиру каким-то образом удалось узнать, что они имеют дело с златодаром. А ведь все было на поверхности! Исцеление и усиление ведьмы. Как Магда могла такое пропустить?
Хотя понять ее можно. Вероятность того, что единственный в мире ауринг, который появился спустя несколько сотен лет, вдруг откроет в себе именно златодара, была ничтожной. Практически нулевой.
Это и в лучшие времена аурингов был самый редкий дар и один из самых опасных. Ведь где объявился златодар, или по-простому — сплавщик, там начинают объявляться и другие ауринги. Впрочем, никто не знал, каким образом это происходит, и действительно ли появление новых аурингов как-то связано со сплавщиками.
Но не это должно беспокоить ее повелителя. Златодару ни в коем случае не должно попасть в руки Око Бездны.
— Магда, — от ледяного голоса Ольгерда Магда слегка поморщилась.
— Да, мой повелитель, — произнесла ветала.
— Ведьма должна заговорить, — произнес Ольгерд. — Я хочу знать все об этом ауринге. И еще… Пора устроить охоту на его ближников.
Глава 16
Окрестности Брезмона. Недалеко от границы с Бергонией. Временный лагерь маркграфа де Валье.
Самира Клеман шла по лагерю маркграфа де Валье ровным шагом. Она старалась всем своим видом показать окружающим свою уверенность и спокойствие. Хотя внутренне она была напряжена до предела.
Всему виной этот вечерний вызов. Самира уже готовилась ко сну, но в дверь ее номера, который она снимала в одной из брезмонских гостиниц, громко и настойчиво постучались.
За дверью обнаружился Лео фон Грим с четверкой бойцов с гербами маркграфа де Валье на доспехах. Страйкер спокойным тоном сообщил, что его сюзерен приглашает ее, Самиру Клеман, отужинать с ним в тесном дружеском кругу. Несмотря на учтивый тон, Самира по взгляду Лео прекрасно поняла, что отказаться от приглашения не получится.
«И что ему понадобилось на ночь глядя?» — ломала она себе голову. Да и это сопровождение, которое, скорее, похоже на конвой. Маркграф словно опасался, что Самира сбежит. Хотя три дня назад сама прибыла в расположение его небольшого войска с группой теневых магов из разных гильдий, изъявивших желание присоединиться к новой гильдии.
Такие переходы были явлением очень редким. За каждого мага даже низшего звена гильдиями велись настоящие баталии. А тут сразу больше тридцати теневиков покинули столицу. И их даже не смутил тот факт, что придется оставить свои теплые безопасные места и отправиться, куда глаза глядят.
Всему виной показательная порка, которую устроил Максимилиан сразу нескольким авантам на королевской охоте. Самира и раньше присутствовала на поединках маркграфа, она прекрасно знала, на что способен Макс, но этот последний бой — такого она еще никогда не видела.
А когда, наконец, осознала, что именно наблюдала, то еще долго находилась под неизгладимым впечатлением. Абсолют! Первый спустя сто с лишним лет! И король довольно быстро ореагировал на появление мага такого уровня. Максимилиан стал главой новой гильдии.
Ну а дальше произошло то, что должно было произойти: в сообществе теневых магов начались разговоры, а потом и споры. Ни один из магов не остался равнодушным. Кто-то ожесточился, кто-то испугался, ну а кто-то, как те маги, которых Самира привела в Брезмон, решили связать свою судьбу с новой гильдией.
Минусов такого перехода было много. Но плюсы их полностью перевешивали. Во-первых, верховный магистр новой магической гильдии является правителем целой марки, которая находится на фронтире. Проблем с землей для гильдии не будет, как и с защитой магов. У маркграфа ведь целая армия. Во-вторых, этот магистр — абсолют, который ходит в Тень, как к себе домой. А это значит, что новообразованная гильдия будет располагать огромными запасами крудов и теневого сырья. А ведь где круды и сырье, там развитие дара и магического ремесла. И чем их больше, тем быстрее идет процесс усиления как теневого мага, так и всей гильдии.
И таких плюсов было еще много…
Эти три дюжины магов — которые быстро поняли, что стоять у истоков формирования новой гильдии выгоднее, чем прозябать в столице на второстепенных ролях — только первая волна. И Самира тоже была частью этой волны, она и еще несколько ее коллег по Янтарной гильдии. Они устали от внутренних склок и противостояния между магистрами их родной гильдии.
Самира Клеман уже давно разочаровалась в лидерах их организации. Некогда сильнейшая и влиятельнейшая магическая гильдия на материке была сейчас похожа на просыпающийся вулкан, скорое извержение которого грозило серьезными последствиями для всех ее членов.
Самира понимала, что этот конфликт магистров рано или поздно перерастет в кровавое противостояние. И ей, как страйкеру, придется принять бой в первых рядах. Намеки уже были. А так как Самире не хотелось сложить голову в этой бойне, она, как и некоторые янтарные среднего и низшего звена, ждали повода, чтобы покинуть гильдию. И этим поводом стало появление новой гильдии во главе с абсолютом.
Лишним доказательством того, что Самира поступила правильно, было то, что магистры янтарных настолько погрузились в интриги друг против друга, что даже не заметили потери двоих целителей, двоих артефакторов, троих алхимиков и четверых страйкеров в ранге медиусов.
Если на выход магов так называемых мирных направлений еще можно было закрыть глаза, то сразу четверо боевиков, покинувших гильдию, — это уже черезвычайное происшествие.
Сказать по правде, Самира до сих пор не верила в то, что к ней присоединились те трое страйкеров. Но когда весельчак и балагур Пьер Амари, который являлся лидером этой троицы, довольно логично
