у меня такое ощущение, что ты меня не слушаешь. Неверный вывод. Ненаучный. Нельзя детей заводить, а сексом заниматься вполне можно. С момента как человечество изобрело контрацептивы подобное уже не является проблемой, равно как и венерические…
- Так! Эта вот информация явно была лишней! – говорю я, пытаясь прекратить бардак, разброд и шатание в танковых войсках.
- Точно! Ты что такое говоришь, Бьянка?! – встревает Рыжая: - тут педагогический момент, а ты все ломаешь на корню!
- Согласно теории педагогики лучше говорить ребенку правду, особенно о таких важных вещах как смерть и секс – моргает Бьянка, снимая руки с рулевого колеса и поворачиваясь назад, где на сиденьях сидит Рыжик и Хината: - верные научные выводы и есть лучшая стратегия в переговорах с детьми.
- А Кента обещал, что вас и Натсуми-нээсан домой приведет и оргию устроит! – ябедничает Хината: - и меня присутствовать заставит!
- Это неожиданное предложение. Когда? – задается вопросом Бьянка, поворачиваясь уже ко мне: - и кто такая Натсуми?
- Стоп. – говорю я: - давайте по пунктам, а то эта вот беседа куда-то не туда идет… с приличной такой скоростью. Во-первых, Бьянка от тебя я ожидал немного другого… скажи ты ей уже что нельзя в отношении брата … ну…
- Что? – Бьянка бросает быстрый взгляд на меня, потом на Хинату, быстро делает соответствующие выводы: - с этой точки зрения… да, я боюсь, что тебе нельзя никак.
- Да я и не хотела! – протестует Хината, но все же любопытствует: - а почему?
- Потому что он так сказал – отвечает Бьянка: - честно говоря я не вижу иной причины, но поскольку я верная исполнительница его воли и иногда – сексуальная рабыня, то не могу пойти против.
- Он тебя узурпирует! – восклицает Хината. Я нервно оглядываюсь по сторонам. Красный «Мустанг» Бьянки на парковке средней школы сам по себе привлекает много излишнего внимания, а уж вопли моей сестренки изнутри и вовсе… школьники начинают останавливаться.
- Неверный термин, узурпация подразумевает захват или присвоение политической власти, тут скорее подойдет термин «владеет»… или «овладевает»? – задумываюсь я.
- Ты определенно нашла пару, Бьянка, он такой же зануда порой бывает – подает голос Рыжик: - высаживайте малую и поехали уже! Кто и с кем будет трахаться потом решите, у вас времени полно будет!
- Конечно. Хината-чан, было приятно познакомиться, вот тебе мой номер телефона, как начнется оргия – звони. Или вопросы по инцесту еще будут – тоже звони. Я про отклонения от нормы в сексуальном поведении приматов в универе курсовую писала – Бьянка протягивает моей сестре белый прямоугольник визитки и я вздыхаю. Вот где у меня голова была, когда я решил, что из этой идеи что хорошего выйдет? Бьянка и воспитание детей?
- Ура! Спасибо, спасибо! А можно я вас буду Бьянка-нээсан называть? – опять пищит на повышенных тонах Хината, тем временем школьники вокруг начинают собираться в кучки, созерцая красный «Мустанг» и прислушиваясь к крикам изнутри. Бьянка кивает и Хината выпархивает из машину наружу, держит дверь открытой, наклоняется назад и нарочито громко – До свидания, Бьянка-онээсан!
В толпе школьников кто-то ахает. Дверь захлопывается, и мы стартуем со школьной парковки. Вот же коза, специально сцену устроила, повышает свою популярность в классе.
- А мне вот интересно – говорит Бьянка и поворачивает голову ко мне несмотря на то, что мы продолжаем нестись по улицам города: - кто такая Натсуми?
- Я как раз хотел тебе о ней рассказать – говорю я: - и вас познакомить. Есть у меня одна просьба. Серьезная такая. И … у меня нет ни твоих ресурсов, ни твоего ума и опыта, и даже нет права просить о таком. Потому, если ты откажешь в этом… я пойму. Дело такое… - я наклоняюсь к Бьянке и начинаю рассказ о Совершенном Хищнике муниципальной школы номер четырнадцать города Сейтеки.
Я иду по аллеям Академии и настроение у меня сегодня – лучше некуда. Потому что погода прекрасная, и спина почти не болит уже, а самое главное – с Бьянкой я поговорил и мой Кексик сказала, что подумает и что надо бы сперва историю болезни изучить и анализы посмотреть и вообще она слышала, что есть терапия, которая не излечивает, но есть шансы на ремиссию… она глянет в общем. А еще она сказала, что я дурак и что конечно она мне поможет. Если сможет. Лично я знаю Бьянку как человека очень упорного и весьма изобретательного, такого вот союзника в любом деле иметь полезно, а такого врага – никому не пожелаешь. Ну так искусство жить иногда в том и заключается, чтобы не плодить себе врагов без нужды, а увеличивать число союзников – просто так, на пустом месте. Раз – и союзник.
Так что настроение у меня безоблачное как синее небо над городом несмотря на то, что педагогического дара ни у меня, ни у Кексика не наблюдается. Ну не дано нам, чего уж.
- Эй! – окликают меня и это даже не «Эй!», это скорее «Ой!», а вернее – «Oi!», именно так и окликает тех, кому собрался навалять Билли Бутчер из «Boys». Чувствую себя Хомулендером, когда оборачиваюсь. Почему я оборачиваюсь? Ведь это слово, это самое «Эй – Ой» - не несет в себе информации, вроде «Такахаси Кента-кун, а ну-ка повернись!», это слишком обезличенное восклицание. В конце концов может больно кому-то, да?
Но несмотря на эти рассуждения – я все же поворачиваюсь. Потому что делать вид, что не слышал – это как-то… не очень. И потом, я только что договорился с Бьянкой, а значит день уже начался хорошо, что такого может еще случиться?
- Ты – Такахаси? – окликает меня девушка. Несмотря на то, что мы на территории кампуса Академии – конечно же никакой формы на ней нет. На ней – короткая белая, плотно обтягивающая футболка и теннисная юбка, белые же гольфы и белые напульсники на запястьях. И как она не мерзнет, да весна, но с утра на улице свежо, даже холодно. Вообще вся девушка выглядит так, словно сбежала с теннисного корта, решив все же не пытать свою судьбу против Серены Уильямс, и я могу ее понять. Девушка – весьма спортивна, высока и обладает хорошей, развитой мускулатурой… но против Серены Уильямс вряд ли потянет. Кстати – явно
