солдатах, но тоже вполне современной. Брюки и куртка в цвете «лиственного» камуфляжа. На плече висела всё та же винтовка, которая обзавелась какой-то допотопной оптикой. Для этого ещё и рукоять затвора отогнули вниз стараниями местных кузнецов.
— Я готова, — заявила она, вытянувшись передо мной, как перед генералом.
— К чему? — скептически спросил я. — Воевать будешь?
— Она, между прочим, стреляет намного лучше среднего, — сказал Коростин, вынимая с водительского места карабин СКС. — Вот, кстати, начали выдавать охотникам. Не всем, но лучше, чем раньше. И патронов теперь вдоволь, только гильзы нужно сдавать.
Тут же рядом Немой продолжил загрузку, вставив в крепление на стене кабины тот самый ППШ, с которым участвовал в бою.
— А это? — спросил я, указав на его оружие. — Тоже разрешено?
— С бумагой от коменданта, — пояснил Коростин, — я выпросил, но только на эту поездку.
— И то хлеб, — согласился я, глядя, как к нам приближается офицер, которого я раньше не видел.
Офицер оказался майором и, судя по въедливому взгляду, отнюдь не простым.
— Собираетесь? — задал он вопрос с очевидным ответом, тут же обратил взгляд на штуцер в моей руке. — Как вам экспериментальное оружие? Просто вы — единственный, кто использовал его в бою и остался жив.
— Оружие? — я вздохнул, — оружие неплохое, по бронепробиваемости претензий нет, летальное действие пули тоже на уровне, дальнобойность и точность попадания отличные.
— Но? — мой унылый тон сказал много больше слов.
В ответ я просто расстегнул куртку, что была накинута на голое тело, и продемонстрировал всем огромный фиолетовый синяк, что расползался от плеча до лопатки. Выстрелил я в том бою раз шестьдесят, притом, что такой калибр для стрельбы с плеча вообще не предназначен. Просто чудо, что кости целы.
— Мощность патрона избыточна. А противники, как я понимаю, далеко не всегда спрятаны за броневым листом. Если нет возможности доработать патрон, уменьшив калибр и размер гильзы, то хоть навеску пороха уменьшить. Всё равно, длина ствола меньше, часть сгорает зря. Ну и пулю сделать мягкой, а лучше разрывной. Нам ведь важнее поражающее действие. А тут пуля насквозь будет пролетать.
— Я вас понял, — кивнул майор. — Конкретно это оружие сделали за неделю на коленке по многочисленным заявкам пограничных жителей. Недостатки, само собой, имеются. В будущем планируем выпускать карабины калибром около десяти миллиметров, многозарядные и с оптикой. Пулю тоже доработаем. Пока же, местный кулибин, как его… Гриценко, может поработать с имеющимися патронами, в том числе и путём добавления алхимической начинки. Кстати, вы ведь отправляли заявку на крупнокалиберный револьвер?
— Заявку? — я даже растерялся. — Да там не заявка была, там просто пожелание, высказанное военным, ну и чертёж кое-какой приложил.
— Инженеры ваш чертёж высмеяли и выбросили, — майор усмехнулся. — Но идея признана здравой, да подобные идеи и раньше возникали, в столичных КБ сейчас разрабатывают специальный крупнокалиберный пистолет. Для армии, естественно, а вот поселенцам можно предоставить и наспех сконструированные револьверы. Соответствующее решение командование приняло. Короче, вашу идею взяли в разработку. Думаю, через пару недель предоставят образец.
— Так или за деньги? — с подозрением спросил я.
— Вам в подарок, — с улыбкой сказал он. — А вообще планируем снабжать оружием и боеприпасами в виде вознаграждения за успешную охоту с предъявлением трофеев. Так уж вышло, что сил армии не хватает, а подготовленные поселенцы с оружием всегда пригодятся.
На этом майор удалился, насвистывая какую-то мелодию, которую я никак не смог распознать. А Коростин с Немым закинули оставшееся снаряжение. Питаться в дороге предстояло всё теми же консервами, но, к счастью, не столетними, найденными в квартирах, а новыми, что привезли военные. Имелся набор одежды для боевых действий (всё та же брезентуха с алюминиевыми вставками), имелся запас воды, как оказалось, кое-где с питьевой водой проблемы. Мне ещё выдали запас патронов. К нагану отсыпали два десятка, причём, новых, недавно с завода, явно свежие поступления. А попутно я получил ещё один подарок от Петровича — брезентовый патронташ, напоминающий пулемётную ленту, что полагалось носить спереди на груди, как революционный матрос. Вмещалось туда три десятка, отчего весил этот девайс немало. Зато видны были пули, позволяя выбрать нужную. Бронебойные я воткнул отдельно, десять штук, МДЗ мне не дали совсем, а остальные были доработаны оружейником, имели мягкую пулю с закруглённым концом. На этом конце была нацарапана буква «З» или «Р», видимо, разрывные и зажигательные. Вообще, огневая мощь отряда была приличной, ещё потом Винокур прибудет, и тоже не с пустыми руками. Впрочем, я ведь не знаю, какие твари встретятся на пути. Да и двуногие в количестве больше десятка могут быть смертельно опасны. Вся надежда на караван.
Впрочем, после того, как мы собрались, пришлось ждать ещё почти два часа. Мы успели перекусить в столовой, а Немой даже вздремнул, развалившись на ящиках у входа в школу. Потом прибыл караван. Зрелище было внушительное, отчего я проникся надеждой на успех нашего мероприятия. Восемь кустарно бронированных грузовиков, которые, как я понял, тяжёлое вооружение убрали уже на подъезде к городу, когда выяснили, кто тут стоит. В кузовах имелся запас товаров, а ещё в каждом сидели вооружённые люди, всего примерно полсотни стволов. В глаза бросилось то, что у многих бойцов имелось холодное оружие, вроде сабель и коротких копий с перекрестием, видимо, при наличии навыка, некоторых монстров лучше убивать в рукопашной, экономя таким образом дефицитные патроны.
Разумеется, тот факт, что в городе поменялась власть, у караванщиков восторга не вызвал. Впрочем, и военные не стали тут же вытряхивать товары и ставить караванщиков враскоряку, обыскивая на предмет запрещённых вещей. Так уж вышло, законы, даже странные, должны соблюдаться, хотя бы внешне. Поэтому торговцы не вываливали особо важные товары и не ходили по городу с автоматами, благоразумно оставляя их в транспорте. В итоге получалось сохранить видимость мира и благополучия.
Коростин немедленно отправился беседовать с караван-баши, объясняя ему, что нас нужно непременно взять с собой, на что тот недовольно морщился и что-то втолковывал инженеру, периодически поглядывая на солдат. Ещё один мужик, невысокий, толстый и уже немолодой, стал «жертвой» Башкина. Учёный, материализовавшись из ниоткуда, тут же взял торговца в оборот, что-то шёпотом ему объяснял, активно при этом жестикулируя. Мужик сперва отмахивался, как от назойливой мухи, потом, когда учёный сообщил ему что-то шёпотом на ухо, удивлённо на него посмотрел и медленно кивнул.
Учёный моментально испарился, а минут через десять вернулся. Следом шли два солдата, которые несли небольшой, но очень тяжёлый ящик с неизвестным содержимым. Проверять товар на месте они не стали, солдаты поставили ящик в кузов, куда потом
