Читаем без скачивания Убийца - Лис - Эллери Квин

— Тогда друг, подруга? — предположил Эллери. — Вероятно, близкий человек, раз устроил себе столько хлопот ради получасовой встречи.

— Подруга? — Баярд задумчиво пожевал губу. — У Джессики и правда была одна близкая подруга… Как же ее звали-то? Ту женщину?

— Женщину? — взволновалась Эмили Фокс. — Баярд! Ты об этой Боннэр, о певице?

— Боннэр, точно! Она! — раскричался радостный Баярд. — Ну да, Габриэль Боннэр, мистер Квин! Она из… — Тут Баярд вытаращил глаза: — Из Монреаля!

Эллери улыбнулся. Иногда его работа приносила ему некоторое удовлетворение.

— Она франкоканадка, мистер Квин, — затараторила Эмили. — Джесси и Габриэль вместе ходили в школу в Мэне и очень дружили. Ой, да Джесси писала ей письма каждую неделю, правда же, Баярд? И часто говорила, что вот забава — охотиться за Габриэль по всему земному шару.

— Да, Эмили. Действительно…

— Габриэль Боннэр, — задумчиво произнес Эллери. — Контральто.

— О, она знаменитость, во всяком случае — была, — все болтала Эмили. — Раньше, если она не давала концерт в Нью-Йорке, значит, была на гастролях. Она пела по всему миру. — Эмили вдруг умолкла и опечалилась. — Вот вспомнила о ней и гадаю: а что же с ней сталось? Годами ничего о ней не слышу. А ведь она так и не прислала ни цветов, ни хоть бы записки с соболезнованиями. Можно подумать… Все-таки лучшая подруга… Немного странно, да, мистер Квин?

— Очень, — сухо отозвался Эллери. — Миссис Фокс, можно мне сделать парочку междугородних звонков с вашего телефона?

Когда Эллери вернулся на кухню, он снова улыбался, но на этот раз жестко.

— Хауи, — сказал он, — в вашей оценке, кроме цинизма, ничего не было. Это никакая не версия и не мыльный пузырь.

Толстяк детектив тупо на него уставился.

— Уж не хотите ли вы сказать, — медленно проговорил шеф Дейкин, — что так и было на самом деле?..

— Да, Дейкин. Я только что разыскал Габриэль Боннэр в Монреале. Это она навещала Джессику Фокс в тот день двенадцать лет назад, все верно, и я убедил ее приехать в Райтсвилл. Она будет здесь завтра вечером.

Глава 20

У ЛИСА ПОЯВЛЯЕТСЯ НАДЕЖДА

Все поднялись наверх, оставив Эллери на веранде одного. Они расходились заметно недовольные, не получив ответа ни на один вопрос. Эллери посчитал, что в разговорах нет смысла — нечего было объяснять, ведь все зависело от женщины, которая должна приехать из Монреаля. Ясно же, что никто не мог предвидеть, как дело обернется. Но даже шеф полиции Дейкин, одарив Эллери особенно странным взглядом, сдержанно попрощался и с достоинством удалился, каждым шагом подчеркивая, что оскорблен в лучших чувствах.

В темноте и покое Эллери дымил сигаретой и прокручивал в голове отдельные моменты. Ворчание редкого автомобиля, взбирающегося на Холм, лишь оттеняло его уединенность, но никак его не тревожило. Со своего места он видел в юго-западной части неба зарево от красных неоновых огней Хай-Виллидж. Все остальное небо в изобилии было усыпано звездами. Такие же огни и те же самые холодные звезды видела и Джессика Фокс, сидя на этой веранде.

Эллери хотел представить себе, как она жила до болезни, о чем думала. Этот ее тихий Баярд Фокс и сама она, как курица на насесте… А рядом — красивый, видный, мужественный и неугомонный Тальбот, брат ее мужа. По характеру он, конечно, был ей ближе.

Общая неудовлетворенность заставляла их тянуться друг к другу, и не приходится сомневаться в силе этой тяги. Райтсвилл, должно быть, кажется западней тем, кто тоскует о новых горизонтах. Эллери подумал, что в долгой переписке с мировой знаменитостью Габриэль Боннэр, в переписке, не угасавшей все эти небогатые событиями годы замужества и замкнутой жизни в маленьком городишке, Джессика находила гораздо более существенные для себя вещи, чем женская дружба. Для жены Баярда Фокса, лишенной выхода за стены Райтсвилла, Габриэль Боннэр олицетворяла сверкающий внешний мир. Габриэль — Париж и Лондон, Буэнос-Айрес, Рим и Каир, далекие прекрасные города и страны, которые жители Райтсвилла могли увидеть только в кинотеатре «Бижу». Поддерживая эту почтовую дружбу с певицей, Джессика Фокс получала преимущество над другими райтсвиллцами и отчасти удовлетворяла свои космополитические стремления…

Звук резкого удара прервал размышления Эллери.

Это хлопнула дверь-сетка.

— О, Хауи. Я думал, вы уже в постели.

— Мне нужно уйти на некоторое время, — сказал детектив в обычной своей неприятной манере.

— Уйти? Как это вы решились оставить без охраны своего поднадзорного? Что с вами — приступ доверчивости?

— До моего возвращения с Фоксом все будет нормально.

В этих гнусавых звуках Квину послышалась насмешка, которая его озадачила.

— Значит, вы не боитесь, что Баярд сбежит?

— Не-а. — Детектив тяжело затопал вниз по лестнице.

— И куда же вы направляетесь? — крикнул ему вслед Эллери.

— Домой.

— Домой? — Эллери вдруг понял, что никогда не представлял себе Хауи в обычной обстановке. Однако этот человек жил в Райтсвилле, значит, имел дом. Но вообразить себе дом детектива Хауи — нет, это выше человеческих возможностей. — Надолго уходите?

Неприятный голос отозвался:

— На час, может, на два. Жена приготовила мне чистое белье. Я еще ни разу не переодевался с тех пор, как подключился к этому делу.

И бесформенная тень Хауи растворилась в темноте.

Выходит, у толстяка есть жена, которая стирает ему носки и гладит нижнее белье! Может, у него даже дети есть? Это дело, усмехнувшись, подумал Эллери, определенно полно сюрпризов. Он выбрался из качалки, потянулся, зевнул и уже вознамерился лечь спать, когда послышались быстрые шаги и дверь-сетка снова открылась.

— Мистер Квин!

Это была Линда; ее лицо в свете звезд казалось совсем бледным и даже постаревшим.

— Линда! Что случилось?

— Дэви. Он наверху. Мне пришлось его запереть. Пожалуйста…

И она убежала обратно. Эллери кинулся следом. Что там с Дэви? Опять? Эллери догнал Линду на площадке второго этажа, она стояла у двери комнаты своего мужа с ключом в руке.

— Не будем поднимать лишнего шума, — прошептала она. — Папа с мамой уже спят, и я не хочу добавлять им тревог.

Эллери взял у нее ключ.

Дэви пристроился на краешке кровати с балдахином, на вид довольно спокойный. Однако руки он держал глубоко в карманах куртки.

— Не надо было так делать, Линни, — сказал он. — Парень сам нарывается. Ты знаешь, чего он заслуживает.

Линда испуганно посмотрела на Эллери:

— Мистер Квин, Дэви собирался… убить детектива!

— Я собирался проучить этого борова.

— Кого? Хауи? — Эллери вспомнил насмешку в голосе толстяка. — В чем дело, Дэви?

— Зачем так обращаться с отцом. Заключенный он или не заключенный. Здесь дом, здесь живут люди, это не какая-нибудь чертова тюрьма! Мой отец сломлен. Это видно каждому, у кого есть глаза. Он никуда не убежит. Хауи не имел права, мистер Квин!

— Что сделал этот тип, Дэви?

Герой Райтсвилла заплакал.

Линда стала причитать:

— Дэви, ну, Дэви, пожалуйста…

Эллери смотрел на них с глубокой нежностью. Потом сказал:

— Подождите меня здесь, — и вышел, тихонько прикрыв за собой дверь.

Он прошел по коридору к двери южной комнаты. Взявшись за ручку, он обнаружил, что дверь не заперта. Странно… Он постучал.

— Войдите, — отозвался голос Баярда. Эллери вошел и закрыл дверь.

В комнате было темно, и какое-то время он ничего не видел. Когда глаза привыкли к темноте, он различил тощую фигуру Баярда, вытянувшуюся на старомодной железной двуспальной кровати. Баярд закинул руки за голову и лежал совершенно неподвижно, ухватившись за нижнюю планку изголовья.

Эллери ничего не понимал.

— У вас все в порядке, Баярд?

— А, это вы, мистер Квин? Здесь так темно. Да. Все прекрасно.

— Тогда что…

— Правда, у меня все в порядке.

— Не возражаете, если я включу свет?

Баярд засмеялся.

Совершенно сбитый с толку, Эллери щелкнул выключателем.

Отец Дэви был прикован наручниками к железной спинке кровати.

Времени прошло порядочно, прежде чем Эллери сумел совладать с голосом.

— Это Хауи?

— Да.

— Что вы сделали, Баярд?

— Абсолютно ничего.

— Не пытались выкинуть какую-нибудь глупость — например, дать деру?

Баярд снова засмеялся:

— Господи, нет, конечно. Я уже лег в постель. Обычно я так и сплю — руки за головой. Я думал, что Хауи раздевается. И вдруг почувствовал, что он пристегивает меня наручниками к кровати.

— Он предложил какое-нибудь объяснение?

— Сказал, что ему нужно ненадолго уйти домой и он не хочет давать мне никаких шансов на побег. Грязно оскорблял меня. — Баярд помолчал. — Мог бы просто запереть меня в этой комнате. Он не должен был так поступать, мистер Квин.