из костей магических животных. Под руководством духов и присмотром Элеоноры я наносил на основания магические круги и выстраивал цепи взаимодействий, чтобы оно работало именно так, как мне нужно.
Когда я создал первые прототипы и проверил их в действии, получилось очень похоже на то, что я представлял. Первым я сделал тотем, который в радиусе одной комнаты (около двадцати метров) применял магию «очищение». Но он может избавить только от ядов и несмертельных болезней. С моим «очищением» тотем не сравнится, потому что я использую свою ману и силы духов жизни и воды. А в этом тотеме живёт только дух воды. С остальными тотемами получилось примерно так же. Более активные духи посмотрев на такое, тоже захотели попробовать. Так у меня получилось создать тотемы, которые на короткий промежуток времени дадут духу принять форму большого голема, состоящего из их стихии — элементаля.
При работе над тотемами у меня встала проблема того, что одновременно может быть активен только один тотем каждой стихии. И как я не пытался справиться с этим, как не менял формулы и магические круги, при активации второго тотема одной стихии — первый полностью переставал действовать. Я так и не понял, перенеслось ли это ограничение из правил игры или активация сил одного духа мешала моей связи с другим. Но я так же нашёл ещё одно отличие — в игре шаман мог использовать четыре вида тотемов: вода, огонь, земля и воздух. Тут же у меня получилось добавить стихии света, тьмы и производные от базовых стихий, такие как лёд, молния, лава, металл и прочие.
С тем как хранить всю эту кучу тотемов пришлось тоже разбираться отдельно. В моём пространственном хранилище духам не понравилось, и они просили их туда больше не запихивать. Пришлось обратиться к редкой местной пространственной магии. Месяц я упрашивал Элеонору дать мне книгу по магии пространства и полгода я потратил на то, чтобы выучить её азы, которых стало достаточно для создания маленького карманного измерения, которое буквально состоит из чистой маны и где духам бы нравилось. Туда я и сгрузил свои тотемы. Вызывать их оттуда могу, используя контрольные слова с подпиткой магии, или используя «зов», это заранее подготовленный набор из нескольких тотемов, вызываемых короткой фразой-активатором.
Когда я показал свои наработки семье, они были с одной стороны рады таким полезным устройствам, с другой, расстроены тем, что сами такое не могут использовать. Из всех только Хьюго, Айн и Зефир смогли договориться с духами, и я помог им создать личные тотемы. Но магией пространства им тоже пришлось усердно позаниматься. Хотя им было легче чем мне, ведь я давал им подсказки.
Шло время и примерно, когда мне исполнилось шесть лет, я осознал, что моё самосознание полностью слилось с этим телом. Стремления, радость, удовольствие, привязанности и обиды — на всё я стал реагировать так, как должен просто гениальный ребёнок этого мира (ну или ребёнок лет десяти-двенадцати моего старого мира). Не знаю, хорошо это или плохо. И если раньше мне приходилось притворяться ребёнком и контролировать себя, чтобы не выглядеть слишком умным, то теперь приходилось, наоборот, подвергать сомнениям с логической точки зрения многие свои поступки. И с каждым днём это становилось всё труднее.
Я стал больше проводить времени за различными разработками. Элеонора пристально следила за тем, что я делаю, и куда расходую её материалы. Мне приходилось согласовывать буквально каждую идею и выпрашивать на неё материалы и реагенты, но особых ограничений при этом не было. Элеонора довольно лояльно относилась к моим экспериментам и скорее всего просто следила, чтобы я не убился при одном из них.
Однажды я засиделся в лаборатории у Элеоноры и лёг спать где-то в час ночи. И вот я сквозь сон чувствую, как маленькая рука Зефира трясёт моё плечо.
— Юный господин, проснитесь, это срочно! — обеспокоенно шептал он.
— Блин, Зефирка, я просил не называть меня так и вроде ясно дал понять, что встаю не раньше рассвета. — нехотя пробормотал я и перевернулся на другую сторону.
— А я просил не называть меня Зефиркой! Знал бы что это имя имеет несколько значений — сразу бы попросил другое. — очень тихо и злобно, как маленькая побеспокоенная змейка, зашипел он. — А вообще у вас посетитель. Это господин Леон. — уже нормальным голосом сообщил эльф.
— Ну с первым ничего поделать не могу, а про второе надо было сразу сказать. — ответил я, вылезая из кровати. В отличии от всех, кого я знаю в этом мире, я единственный, кто не любит и не носит пижамы или ночные рубашки. Для этого я сделал себе обычные семейки и сплю в них. А чтобы не предстать в неприглядном виде, в срочной ситуации научился мгновенно заменять одну одежду из хранилища на другую. Поэтому спустя буквально пару мгновений, на мне оказались рубашка и шорты, достаточно богато выглядящие для отпрыска дворянина и в тоже время дающие пространство для манёвра.
— Передай отцу, что я буду через минуту. Мне надо хотя бы причесаться. — приказал я, направляясь в уборную.
— Хорошо, как пожелаете. — громко подтвердил мой приказ Зефир.
Я зашёл в уборную, глянул в зеркало, и мне действительно пришлось причёсываться. Когда я пришёл в комнату Зефира, я увидел отца и Серену в дорожной одежде.
— Отец, матушка, что-то случилось? — спросил я, оценив их вид.
— У нас есть для тебя одно опасное дело, о котором никто не должен знать, кроме тех, кто уже знает. — ответил отец, будто нехотя.
— Я готов, если это очень важно для вас. — пожал я плечами, подчеркнув последние слова.
— Тогда мы сейчас забираем тебя с собой в столицу. Накинь что-нибудь дорожное. — ответила Серена. Её обычно строгое и высокомерное лицо выглядит очень встревоженно.
— Хорошо, дайте мне несколько секунд. Зефир, собирайся. — немного подумав ответил я и направился к себе в комнату за дорожным плащом.
— Твой слуга останется. — отрезала Серена.
— Тогда мне нужно знать, что за дело. Хоть может казаться, что это не так, но мой Зефир очень полезен во многих делах. — я остановился и повернулся к ним.
— Тебе нужно вылечить короля. Что с ним — никто не знает, он заболел несколько дней назад и с каждым днём ему становится хуже. Жрецы Всевышнего уже перепробовали всё, что знали. Бирюзовая башня — тоже. — быстро проговорил отец, будто боясь, что кто-то лишний услышит.
— Я понял. Но тогда нам точно нужен Зефир. Я могу вылечить почти любые болезнь, яд или проклятие, но что конкретно — я не
