class="p1">— Здравствуйте, патриций.
Элгэ, может, и поверила бы в добрые намерения незваного гостя. Если бы не видела его глаз. А еще раньше — глаз Валериана Мальзери и графа Веги.
— Простите мои манеры. Генерал от кавалерии Поппей Август.
Он же Кровавый Пес Квиринской империи. Будем знакомы.
— Генерал Август, так чем я обязана чести личной встречи с вами?
Грубить — пока не время. Явно.
— Приглашению переехать в мой особняк, как в более достойное вашего положения место.
Он что, совсем дурак? Гуго хоть крал ее тайно. А этот придурок — в открытую. Именуя полным титулом. Как будет объясняться — если куда-то денет?
А толпа вокруг злобно зыркает. Ждет приказа сцапать. И с радостью поможет. Или хоть полюбуется.
— А разве не для того, чтобы я приготовила некое банджаронское зелье?
— Не мог же квиринский патриций приехать в такое место как представитель закона, — пожал он плечами. — Дикари могли испугаться.
Надо придумать для банджарон лучшего в подлунном мире табора другое название. Общее с этим — не хочется. Совсем.
— Вы не возражаете, если я возьму с собой служанок?
— Разумеется, вы в своем праве.
Королевским тоном отдать приказ баро — ради такого можно даже потерпеть рядом малоприятную рожу патриция. Жаль, что терпеть придется не только сейчас. И запросто — даже ближе, чем «рядом».
Зато Ристу и ее узел притащили чуть не сразу. Хоть вещи-то нормально собрать дали?
Аза пришла сама. Величавая — куда там королевам.
Кстати, про «закон» — это уж совсем весело. Разве герцогиня Илладэн — не эвитанская государственная преступница? Или ее уже есть за что арестовывать еще и в Квирине?
Хотя — вышеозначенную страну ведь разгромил Эвитан. Не так уж давно. И она наобещала вернуть всех его граждан. Любого пола.
А Элгэ — не в числе подчиненных Анри Тенмара. В гладиаторах пока не числится.
Или Кровавый Пес тащит ее в особняк как раз, чтобы предложить нечто подобное? Вдруг у них и женские казармы есть?
Едва не расхохотавшись, илладийка приняла галантно предложенную руку. Жесткую и мускулистую, но увешанную перстнями. По паре штук на каждом пальце. С неслабыми каменьями.
Забавно. Поппей Август — почти одного возраста с Алексисом в день его первой встречи с Элгэ. Только в Кровавого Пса вряд ли влюбится хоть одна юная дева — если не совсем идиотка. Даже если он останется последним мужчиной подзвездного мира.
Карета мерно трясется на камнях сантэйской мостовой. Интересно, Элгэ еще хоть раз в жизни дадут сесть в седло? Ощутить, как ветер треплет волосы? Коснуться пышной гривы? Заглянуть в умные лиловые глаза?
И уже привычно ощущение ловушки. Очередной. Еще одна кошачья жизнь. Удастся ли вновь приземлиться на все четыре лапы? Или шерсть скроет следы крови?
«Ты — судьба».
Судьба хоть что-то решает сама. Ее не тащит по течению, как усталое бревно.
3
Изгородь. Резная. Железная. В два роста Элгэ. Забраться на такую нетрудно — столько удобных завитушек. Еще бы куда-нибудь убрать неудобных охранников. И яростных волкодавов. Как раз сейчас рвутся с цепей.
Впрочем, кому еще служить Кровавому Псу, как не собакам?
Два поджарых леопарда подскочили к хозяину, стремясь потереться о ноги в жестких сандалиях. И Элгэ поняла, как ошиблась. Кровавому Псу могут служить любые звери. В том числе и ее дальняя родня по количеству жизней. Им плевать, что кошки должны объединяться против исконных врагов. А не заодно с псами — против своих.
— Проходите, герцогиня, — вновь галантно тянется жесткая лапа в перстнях. Безупречно мозолистая, чтоб ей.
Странно, что правила этикета распространяются и на такие случаи. И еще более странно, что не распространяются тогда уж и на другие. Почему бы палачу столь же галантно не поддерживать жертву — по дороге к плахе? Или на дыбу.
Красивый сад. И кругом статуи — как на гравюрах. А вся Сантэя — как пародия на учебник истории.
А вот и дом. Не хуже виллы некоего свинопринца. Забавно, что заплывший жиром хряк порой ничуть не противнее хряка поджарого и мускулистого.
Ну, более-менее поджарого. Вдобавок — безупречно выбритого, в отличие от баро и его отпрыска. А если и надушенного — то в допустимых этикетом пределах.
Что нужно в очередном свинарнике от Элгэ? И почему она, по имя всех агнцев и голубей Творца, не сбежала из табора еще вчера⁈ Зачем ждала так долго? И чего? Встречи с эвитанскими гладиаторами? За какими змеями? Чем она может им помочь, чем они ей? Особенно теперь.
А в Эвитане остался Диего… и Октавиан. И с ними обоими невесть что может сотворить Валериан Мальзери!
Башенки, фонтаны, беседки. Как же их здесь много! Грубая пародия на солнечное поместье Вальданэ. Насколько там было веселее… И насколько же благороднее суровая красота Арганди!
Не только Юг порой ничем не лучше Севера. Фонтаны и сады тоже бывают омерзительнее мрачного замка Адор. А изящество — банджаронской грязи.
Двери распахнулись, пропустили, вновь захлопнулись. Страх Ристы — почти осязаем. Всё, Элгэ, добро пожаловать в очередной медвежий капкан. Удастся ли отспорить дурную голову ценой очередной шерсти на кольях?
Бежать! Если не хватит денег — соблазнить и обчистить какого-нибудь жирного патриция. Или тощего — без разницы.
Или даже не обчистить, а просто и пошло продаться.
Отец, будь он жив, не скоро простил бы Элгэ. И определенно не заслужил дочери-шлюхи. Но иногда выбора нет. Как и отца.
— Вашим служанкам тоже лучше отдохнуть после пребывания у дикарей.
Ага, с учетом, что служанки — сами дикарки. Чтобы разделить пленниц — предлог не хуже других.
Поспорить? А смысл?
— Я привыкла к их услугам.
— О вас найдется, кому позаботиться, герцогиня. В моем доме много расторопных слуг.
Наверняка не меньше, чем в доме Мальзери. Или у Оскара Адора.
— Позвольте проводить вас до вашей комнаты?
И там и задержаться?
Три ступеньки довольно крутой лестницы — позади. Еще штук тридцать ждут. В прямой пропорции к неприятностям. Если не хуже.
Только бы Азу и Ристу вообще оставили в живых. И в здоровых.
— Вы ведь уже поняли свое положение в моем доме, герцогиня? — мягкий, вкрадчивый тон.
Пять ступеней. Сбросить бы кое-кого со всех тридцати пяти! Или выше.
— Вы сказали, я — ваша гостья? — Ломать комедию — так ломать. — Вы поможете мне вернуться домой?
— Ваш дом отныне здесь, герцогиня, — медово улыбнулся Кровавый Пес. — В моем… замке. Впрочем, если вы предпочитаете общество Творца…
Предпочитает. Но для себя, а не для брата с сестрой.
— Вы пугаете меня, генерал.
