Читаем без скачивания Возвращение седьмого авианосца - Питер Альбано

Бренту была приятна похвала, но он чувствовал себя неловко под взглядами Бернштейна и Аллена. Ему удалось выдавить:

— Благодарю вас, сэр. — И быстро добавил: — Я бы предложил установить несколько пулеметов, брустверов…

— Адмирал, — произнес Камакура, — я дополнительно прислал двести автоматчиков. Нет необходимости…

— Нет необходимости! — истошно завопил Фудзита. — Мы могли потерять корабль!

Капитан второго ранга прикусил губу.

Брент испугался, что Фудзиту хватит апоплексический удар.

— Довольно! Мой штаб позаботится о мерах безопасности. А вы занимайтесь ремонтом корабля! Поняли?

Лицо толстяка побагровело, и он сел, бормоча сквозь сжатые губы:

— Хорошо понял.

Фудзита встал и, глядя на докмастера, показал на план порта Йокосука, разложенный на столе.

— Мои люди полностью перекроют здесь движение. — Палец адмирала уткнулся в точку в километре от разрушенной проходной. — Поставим там восемь пулеметных гнезд. — Рука Фудзиты скользнула вдоль линии ограждения. — И еще восемь здесь. А тут, — палец обрисовал кривую на некотором расстоянии от забортного трапа. — Тут лабиринтом разместим грузовики. — Адмирал ткнул пальцем в дорогу, ведущую к воротам, и пристально посмотрел на Камакуру. — Чтобы муха не пролетела!

— Адмирал, — подал голос Кавамото. — Найден старшина Симада. — У Бернта по спине побежали мурашки. — Мы нашли его с перерезанным горлом у склада. — Раздался ропот злости и ужаса.

— Возле какого склада? — вдруг спросил Камакура.

— Седьмого.

Пухлый кулачок докмастера ударил по столу.

— Черт! Мы сдали в аренду часть складов. Этот — нефтяной компании. Э-э… полагаю Объединенной нефтяной…

— Объединенной нефтеразведочной корпорации? — спросил Брент.

— Да. Ей самой.

Взгляд Фудзиты вернулся к энсину.

— Компания Кэтрин Судзуки?

— Да, сэр.

— Она управляла грузовиком?

— Да, сэр.

— И вы убили ее?

Брент оскалился в невеселой улыбке.

— Возможно, слишком поспешно, сэр. — Мужчины долго смотрели друг на друга после произнесенных Россом слов.

— Да, — наконец прошелестел Фудзита. — Она заслужила кое-чего более долгого и более изобретательного. — Старик вернулся к плану и, бросая холодный, как лед, взгляд на Камакуру, заметил: — В таком случае на седьмом складе хранилась взрывчатка. Они перехватили грузовик, убили старшину, загрузились взрывчаткой и атаковали нас. — Докмастер кивнул. — Но почему не произошло взрыва? Ведь грузовик снес проходную, задел стену склада и врезался в мешки с рисом.

— Я могу ответить на этот вопрос, — сказал капитан третьего ранга Ацуми. Брент знал, что Ацуми как командиру БЧ оружия было поручено осмотреть грузовик. В общем, Мусимаро как наиболее квалифицированный специалист забрался в машину сразу же после того, как она остановилась. — Все было продумано умно, адмирал. Они, когда шли на пролом заграждения, предвидели, что грузовик ударится в ворота и что, возможно, бампер встретит препятствия на дороге, ведь требовалось ехать на большой скорости. Поэтому использовалось новое, очень неустойчивое бризантное взрывчатое вещество, вне всякого сомнения, снабженное контактными или ударными взрывателями, которые могли отойти, когда грузовик врезался в проходную. Но у них имелся взрыватель контактного действия, находившийся сразу же за радиатором.

— Грузовик должен был взорваться!

— Нет, адмирал. Взрыватель активировался электрически, но цепь в кабине оказалась перебита. Чтобы бомба сработала, водитель должен был замкнуть цепь переключателем на приборной доске.

— Очень грамотно!

— Сэр, — внезапно вклинился в разговор адмирал Аллен, его голос звучал напряженно, на высокой ноте. — Я обращался в штаб ВМС по поводу торпед «Марк-48». — Все выжидающе замерли. Брент предвидел очередную порцию плохих новостей. И Аллен не замедлил с ними. Глядя на стол, адмирал порылся в бумагах, потом поднял глаза. — Торпед не будет.

Раздались гневные выкрики, а японские офицеры повскакали с мест.

— Пожалуйста! Пожалуйста! — успокаивал их Марк Аллен, поднимая руку. — У арабов тоже не будет русских «пятьсот тридцать третьих». — Японцы вернулись на свои места.

— Не понимаю, — прошипел Фудзита, с трудом контролируя свой голос.

— Торговый козырь, сэр, — продолжал американский адмирал.

— Мы не можем стрелять торговыми козырями из торпедных аппаратов.

— В известной степени можем, сэр. И СССР, и США озабочены тем, что остальные страны мира имеют на вооружении их последние разработки. Оба государства годами обсуждали данный вопрос на переговорах в Женеве. В самом начале было подписано соглашение насчет запрещения продажи их ADMG—30, шестиствольной тридцатимиллиметровой зенитной установки, против нашей шестиствольной двадцатимиллиметровой «Марк-15 Фаланкс». Русские не будут поставлять арабам свои новые семидесятишестимиллиметровые универсальные орудия, если США не будут снабжать «Йонагу» и силы самообороны своими пятидюймовыми пятьдесят четвертого калибра полностью автоматическими системами «Марк-45».

— А теперь торпеды?

— Да, адмирал. Хотя по-прежнему остаются поставки торпед «Марк-14».

— Но арабы использовали против нас «пятьсот тридцать третьи».

— Больше не будут. Ими были вооружены только две подлодки, а их мы потопили. Русские перестанут поставлять арабам такие торпеды.

— Что мы можем получить взамен?

Аллен посмотрел другой лист.

— Модель «шестнадцать», похожа на лучшую немецкую торпеду, применявшуюся во вторую мировую войну, с теми же характеристиками хода. Двадцать один дюйм в диаметре, двадцать три фута длиной, может делать до сорока семи узлов на короткой дистанции. Снабжена двухсотпятидесятикилограммовой боеголовкой кумулятивного действия.

— Хорошо, — на удивление быстро согласился Фудзита. — Мне не нравятся ваши автоматические системы, которые устраивают дуэль между собой без участия людей, и компьютеры, которые принимают решения вместо воинов. Лучшая система управления ведением огня — это самурайский глаз на мушке или за линзами прицела. У Цусимы я лично посылал двенадцатидюймовые снаряды в русские линкоры. Какое удовольствие от этого может получить компьютер? — Никто не ответил на этот риторический вопрос. Адмирал продолжал: — Да, на войне можно встретить смерть и боль. Но мужскую честь и самые геройские подвиги воин может найти только на поле брани. Гибель в бою — лучшая слава. — Глаза Фудзиты скользнули по неподвижным лицам. — Какая слава от смерти в госпитале с трубками, торчащими изо всех отверстий? — Присутствующие смущенно заерзали на стульях. — И как может умереть компьютер? Испуская дыхание и разбрасывая схемы и транзисторы по палубе? — Послышались смешки.

Заговорил Бернштейн:

— Но, сэр, компьютеры нужны нам для шифровки и дешифровки.

— Знаю, полковник.

— И с вашего разрешения, сэр, я съезжу в посольство забрать новое шифровальное устройство.

Адмирал побарабанил пальцами по столу.

— Возьмите дюжину матросов-охранников.

— Адмирал, — заметил Кавамото. — При шестнадцати пулеметных точках, двухстах матросах для охраны, пятистах человек, занятых на ремонте поврежденных отсеков и трехстах в увольнении.

— Только триста?

— Да, адмирал, остальные четыреста, отказались сходить на берег. — Фудзита улыбнулся, Кавамото продолжил: — У нас нет свободных людей.

— Адмирал, — сказал Мацухара. — Я могу охранять полковника. Лейтенант Тецу Такамура и военный летчик первого класса Кодзима отлично справятся с задачей отбора летчиков в Токийском аэропорту и в Касумигауре.

— Воздушный патруль?

— Я свободен до понедельника, сэр.

— А вы, энсин Росс?

— Буду рад быть охранником, адмирал. — Брент ощутил прилив радости от предстоящей встречи с Сарой Арансон. Ему удалось выглядеть бесстрастным, хотя он заметил усмешку Бернштейна.

Фудзита посмотрел на часы.

— Джентльмены, Сын Неба ожидает меня в шестнадцать ноль-ноль.

— Банзай! Банзай!

— Я должен подготовиться. — Опершись о стол, старик поднялся. — Можете вернуться к своим обязанностям.

Брент почувствовал волнение, когда адмирал покинул «Йонагу». Стоя по стойке «смирно» между Марком Алленом и Ирвингом Бернштейном перед рядами офицеров и матросов в синей форме, он с гордостью смотрел, как маленький адмирал чопорно проходит мимо. Лишь однажды, в декабре прошлого года, когда Фудзита наносил свой первый визит императору Хирохито (единственный раз за сорок лет он покинул палубу авианосца), Брент видел старика одетым в парадную форму. Фудзита блистал великолепием в однобортном синем кителе с воротником-стойкой и прорезными карманами, застегнутом на все пуговицы. Роскошные черные галуны украшали верхнюю и переднюю кромку воротника, карманы, борт и низ кителя. Тяжелые черные нашивки на манжетах обозначали адмиральский чин. Об адмиральском звании также свидетельствовали погоны с четырьмя цветками вишни и еще четырьмя на обшитой золотом остроконечной фуражке. Слева свешивался меч, и крошечная ручка Фудзиты твердо прижимала его к бедру под точным «парадным» углом, когда адмирал чеканил шаг.