знаком.
Я подлавливаю себя на мысли, что дедушка празднует нашу свадьбу активнее нас самих. Ведь ему удалось женить одного из двух бездельников, которые отравляли его существование своим нежеланием вступать в брак и создавать семью.
– Горько! Горько! – кричат веселые подружки дедушки у входа в ресторан и посыпают нас какой-то мишурой. Кажется, монетками, купюрами денег и…конфетами?
Мы озадаченно переглядываемся.
– Да поцелуйтесь уже! – не выдерживает одна из подруг. – Немедленно! – и бросает в нас еще одной порцией денег и конфет.
Никита притягивает меня к себе и улыбается.
– Зачем они сыплют на нас всякую дрянь? – шепотом интересуюсь я.
– Не знаю, наверное, так принято, – пожимает плечами он и нежно целует меня в губы.
А дальше мы, кажется, ни о чем не думаем. Просто расслабляемся и наслаждаемся близостью друг друга. Как бы там ни было, самое главное уже случилось – мы женаты. Паниковать поздно.
– Слушай, Ник, я тут подумала, может, мы все же подождем немного с детьми? – в миг, когда нам удалось ускользнуть от назойливых родственников и друзей дедушки на веранду, робко предложила я. – Хотя бы до тех пор, пока Асада точно не посадят. Или не отправят обратно в его Стамбул.
– Поддерживаю твое предложение.
Никита разливает шампанское в бокалы и протягивает мне один из них.
– Ведь дети – это ответственность. А нам с тобой еще предстоит пережить бурю у меня дома.
– Ты не сказал родителям, что женишься? – вдруг осознаю я.
– Не сказал, – качает головой он. – Вчера попытался сообщить маме, но она даже слушать меня не стала. Она никогда меня не слушает.
– Ой…
Я отпиваю глоток шампанского и с ужасом представляю разъяренное лицо мамочки, у которой внезапно появилась невестка. Мне становится по-настоящему страшно.
– Не пугайся. В любом случае, я буду рядом, – ободряюще сжимает мою руку Никита. – В конце концов, у меня есть процент от семейной компании, так что нам будет, на что жить. К тому же, возможно, дед расщедрится. Кстати, он подарил нам с тобой чек на очень приличную сумму. Подумаем потом, куда ее пристроить. Может, нам даже хватит, чтобы разменять мою квартиру…
Я улыбаюсь и прижимаюсь к нему. Мне нравится рассуждать о нашем совместном будущем. Мысли о разъяренных родителях Никиты понемногу отступают на задний план.
К ночи, наслушавшись вдоволь советов про будущую семейную жизнь, мы снова возвращаемся на яхту, с которой смотрим свадебный салют в честь нашего союза.
Свою первую брачную ночь по плану мы тоже должны провести в просторной каюте, подготовленной для такого радостного события.
Яхта причаливает к берегу, высаживает всех гостей, а мы с Никитой остаемся на ней до утра.
– Здесь же не опасно оставаться? – прижимаясь к мужу, спрашиваю я.
– Нет, повсюду охрана. Со вчерашнего дня дед ее усилил, – успокаивает меня он. – Так что, провожаем их всех отсюда поскорее, и займемся чем-нибудь приятным.
Я улыбаюсь. При мысли о том, что мы, наконец, сможем насладиться близостью, по коже бегут сладкие мурашки.
Дед окончательно захмелел от шампанского и уж очень откровенно тискает сотрудницу загса, которая проводила нашу церемонию. Похоже, у нас образовалось уже три парочки.
Выслушав кучу инструкций, как провести остаток первой брачной ночи, мы выталкиваем назойливых родственников чуть ли не за борт.
– Леночка! – спохватываюсь я. – Букет! Лови!
Подруга резко оборачивается, но поймать букет ей не удается – он летит прямиком в лицо Владимиру. И тот автоматически хватает его своей ручищей.
– Виват, Гардемарины! – пьяно хохочет дед.
– Э-э…это что, шутка такая? – очень испуганно оборачивается к нам Владимир.
– Я бросала букет подруге. Кто виноват, что его поймали вы? – едва сдерживая смех, пожимаю плечами я.
– Держи, Леночка, – тут же всовывает ей букет непоколебимый в вопросах брака дядюшка Никиты. – Тебе он нужнее.
– Я бы на твоем месте так легкомысленно не расставался с трофеем, – бурчит дед. – Иначе доживать тебе век в моей московской квартире.
– Да вы сойдете, наконец?! – не выдерживает мой муж. – У нас брачная ночь скоро закончится, а вы все болтаете! Вопросы, связанные с наследством, можно обсудить в доме!
– Поверь, у тебя впереди еще целая жизнь, – поучительно поднимает палец вверх дед, но встретившись с разъяренным взглядом внука, желающего остаться со мной наедине, тут же его опускает. – Ну, совет да любовь. Шампанское в каюте.
Глава 27. Сбежавшая невеста
Веселая компания быстро ретируется на берег, и мы с Никитой остаемся одни.
– Неужели они ушли? – притягивает меня к себе мой муж.
– Даже не верится…
Я улыбаюсь, заглядываю в его глаза, и, кажется, тону в изумрудном омуте.
Никита дарит мне короткий поцелуй, и вдруг резко подхватывает на руки.
– Пора испробовать на прочность наше брачное ложе, дорогая женушка, – жарко выдыхает мне в шею он. – Больше не отвертишься от своих обязанностей…
Я вскрикиваю от неожиданности и громко смеюсь. Обвиваю его шею руками и покорно жду, когда же он донесет меня до первого в нашей жизни брачного ложа.
С третьего раза ему удается открыть дверь, и мы оказываемся в небольшой каюте.
Двуспальная кровать застелена шелковым покрывалом и усыпана сверху лепестками роз. На маленьком, встроенном в стену комоде стоит поднос с угощениями – фрукты, сладости и шампанское.
Честно говоря, мне не терпится снять платье и оказаться в ванной.
– Поможешь расстегнуть платье? – шепчу я. – Оно мне жутко надоело.
Никита озадаченно смотрит на меня некоторое время, а потом принимается возиться с замком у меня на спине.
Обоюдный стон облегчения извещает нас о том, что он справился. Я принимаюсь стягивать платье, краем глаза замечая, как мой муж небрежно бросает пиджак на спинку стула и ослабляет галстук.
– Кажется, свадебные наряды нам с тобой больше не понадобятся? – морщится он.
– О, я бы с удовольствием до самого утра ограничилась одним полотенцем, – лукаво посматривая на него, улыбаюсь я. – Ты же отпустишь меня
