Читаем без скачивания Избранник - Андрей Степаненко

— Всего двое, — поднял брови мэр густые брови, — и то один из них Никитин? Я правильно понял?

— Уже двое, — с акцентом на «уже» жестко произнес главврач.

Мэр понял, что главврач уперся, и сменил тон.

— Тогда давайте еще ближе к делу. Ты, Михаил Львович, в область уже звонил? — поинтересовался он у крепыша.

— Звонил, — присел на стул тот.

— Что сказали?

— Сказали, и без вас проблем хватает, — пожал плечами врач. — У них там народ кефиром отравился, человек двести, наверное... теперь все комиссии только этим и занимаются.

— Что еще сказали? — сунул таблетку под язык мэр.

— А что они могут сказать, Николай Павлович? — печально усмехнулся врач. — Присылайте образцы, будем работать. А когда установим тип инфекции, начнем думать. Хотя бюджет, сами знаете, на это не рассчитан; сотню систем прислать — целая проблема... а нам теперь много чего надо...

Врач начал тщательно перечислять все, чего так остро не хватает единственной городской больнице, и мэр слушал, мрачнел, а когда Михаил Львович закончил, глава города взял со стола карандаш, повертел его, покивал головой и подвел итог:

— Значит, так. Делайте что хотите: посылайте образцы, устанавливайте штамм или что там у вас, выясняйте, что это за инфекция, тогда и поговорим. Но пока у меня на столе не будут лежать официальные документы, я подчеркиваю: официальные, с подписью главврача ОблСЭС, министра здравоохранения области, губернатора, начальника МЧС, наконец... о карантине не может быть и речи. Всё. Можете идти.

Врачи немного постояли и потянулись к выходу, а Сашка повернулся к чекисту:

— Пойду-ка и я... попробую убедить Нелю снизить контакты. Хоть какая-то польза.

Чекист кивнул: его схеме это не противоречило.

Сашка отыскал Нелю всё в той же квартире. Она сидела на коврике в позе лотоса.

— Здравствуйте, Саша, — поднялась ему навстречу отставная супруга начальника горотдела.

— Разговор есть, — улыбнулся Сашка. — Серьезный.

— Пошли.

Они прошли на кухню, тщательно прикрыли дверь, и Неля протянула ему тарелочку с куском пирога и поставила на плиту чайник. И тут Сашка задумался. Он сильно подозревал, что Неля была в курсе местонахождения дядькиного тела. Но говорить ей об этом, да и вообще упоминать о своем визите в пещеру не хотел — был риск мгновенно испортить отношения.

— Врачи анализы сделали, — неуверенно начал он. — Получается так, что люди больны.

— Я знаю, — кивнула Неля.

— Знаешь?!

— Конечно, — серьезно подтвердила она. — Люди серьезно больны страхом, корыстью и недоверием.

— Я говорю о другой болезни, — усмехнулся Сашка. — Той, которой болеют...

— "Идущие за Силой"? — опередила его Неля.

— Да.

Неля улыбнулась, выключила газ и налила себе иСашке чаю.

— Ты, Саша, так и не понял, что такое Сила, — явно обдумывая каждое свое слово, произнесла она. — Для Силы всё телесное глубоко вторично: язвы, инфекции, склероз — всё это такие же инструменты Силы, как и половое влечение или физическая мощь. Главное — суть, сама Сила, а всё остальное — только ее видимая форма, мишура, майя... понимаешь?

— Ты инфицирована, Неля, — отважился сказать всё как есть Сашка. — И люди твои инфицированы, полгорода уже инфицировано. Это — болезнь. И ее надо лечить, а не холить! Понимаешь? Именно в этом суть того, что с вами происходит! И Лось в этой истории...

— Нет, ты снова ничего не понял, — перебила его Неля и отпила из чашки. — Смотри. Кипяток в этом чае — форма. Его можно заморозить, смешать с сахаром, разлить на пол, но всё это будут лишь формы. А есть еще и суть воды. — Она смолкла и вдруг улыбнулась — открыто и лучезарно. — Когда ты примешь Силу, ты сам это увидишь.

Она была безнадежна.

Едва придя домой, Сашка включил в коридоре свет и бросился к зеркалу. Чуть ли не ткнулся в него носом и с облегчением вздохнул: пока зрачки были нормальные.

«Надо карманное зеркальце купить, — решил он. — Мало ли что...»

И тут отчаянно затрезвонил телефон. Он схватил трубку, стремительно приложил ее к уху и сразу же узнал властный баритон Лося. Но на этот раз Лось был буквально взбешен.

— Ты чего делаешь, гнида паршивая?! — взревел он.

Внутри у Сашки похолодело.

— А... в чем дело?

— Это что за треп насчет карантина?!

— У нас инфекция, Михаил, — начал объяснять Сашка. — Вот и...

— Какая инфекция?! — заорал кандидат в мэры. — При чем здесь инфекция?! Слушай меня, фраер! Не дай бог, ты мне выборы сорвешь! Я с тобой знаешь что сделаю?!

Сашка начал помаленьку вскипать, но пока сдерживался.

— В общем, я тебя предупредил! — яростно выдохнул Лось. — Сорвешь выборы, я с тебя с живого...

Раздались долгие гудки, и Сашка швырнул трубку на рычаг, не раздеваясь, прошел в зал и упал в кресло. В ушах звенело.

«Они не остановятся, — как никогда ясно осознал он, — мэр вцепился в свое кресло, Неля — в свою мифическую Силу, а Лосю нужны бабки любым путем: хоть через Нелю, хоть через кресло. Карантин откладывается на потом, инфекция бесконтрольно умножается, психоз набирает силу, и естественно, что я никого не сумею остановить и меня посадят и забудут... если я не загнусь раньше».

Сашка подскочил и забегал по комнате. Пока он чувствовал себя вполне здоровым, а исходящая от этих козлов опасность оставалась куда как более реальной, чем риск заболеть религиозным фанатизмом. Именно от этих людей, куда ни кинь, везде выходил клин: не от мэра, так от Лося. И везде крайним будет он, поскольку чужими руками здесь ничего не сделать.

«Чужими руками?»

Он резко приостановился посреди огромного пустого зала, и его вдруг осенило. Сашка включил свет, притащил в зал рюкзак и вытряхнул его прямо на ковер. «Вот она!»

Это была его коллекция визиток, и одна из них принадлежала той самой зрелой даме, что прибыла когда-то в их город из Москвы по заданию радиостанции и с которой у него был столь короткий и бурный роман.

Сашка бросился к телефону и начал набирать московский код и длинный семизначный номер.

— Служба новостей, — отозвался на том конце до боли знакомый, чарующе сексуальный голос.

Утром Сашку разбудил уже знакомый рев автобусов, и он, с минуту поколебавшись, позавтракал оделся, вышел и поехал на аэродром. У него оставался еще один шанс помочь врачам и уговорить больных людей хотя бы снизить контакты: выйти на прямой контакт с общиной. А нигде, кроме как на субботнике, все три с половиной сотни одновременно не собирались.

Сашка не слишком верил в эффективность этого хода. Но он понимал: даже если это не сработает, а это однозначно не сработает, он, по крайней мере, будет знать, что сделал всё, что мог.

Автобус остановился неподалеку от диспетчерской будки, и Сашка выскочил из машины, пошел вдоль полосы, но ни Нели, ни остальных сектантов не видел. Он развернулся, вернулся к будке и только тут увидел первое знакомое лицо — Рейнхарда.

— О! Саша! — обрадовался тот.

— Как дела, Владимир Карлович? — сразу поинтересовался Сашка.

— Ну что, Саша, просмотрели мы нашу больничку, — подпрыгивая и потирая замерзшие руки, сообщил Рейнхард. — Из полусотни человек нашли аж четырнадцать с симптомами болезни Никитина. Всё инфекционное на ушах!

Сашка поежился. Он им, конечно, сочувствовал, но «болезнь Никитина» — это уже перебор!

— Может, лучше болезнь Рейнхарда?

— Отказываетесь войти в историю? — сочувственно усмехнулся врач.

— Не тем голова забита, — пояснил Сашка. — Поважнее дела есть.

— Правильно, — подышал в ладони Рейнхард. — Вот и мы с Мишей с областью вчера созвонились еще раз, разругались вдрызг! Но хоть дело стронулось. С минуты на минуту самолет прибудет: системы, реактивы, микробиолог хороший... — Он показал рукой на стоящий рядом металлический чемоданчик. — Ну, и обратным рейсом — образцы. Пусть думают...

Сашка хотел было сказать что-то умное, по делу, как вдруг... увидел Нелю. Она и еще с десяток сопровождающих выгружались из остановившегося на площадке пазика.

— Подождите, я сейчас.

— Куда вы? Вон уже самолет на посадку зашел! — Сашка не слушал. Он подбежал к автобусу, и с ним тут же поздоровались, вежливо называя по имени-отчеству, но слушать, похоже, не собирались.

— Вы извините, Саша, наш груз должен прибыть, — сразу поставила его в известность Неля.

— Ваш? — изумился Сашка: на секунду ему даже показалось, что сектанты одумались и решили едиными рядами сдаться в руки прилетающего этим рейсом областного микробиолога.

— Да, Александр Иванович, — поклонился ему вынырнувший из автобуса Олег. — Вы уж простите...

Сашка проводил их растерянными взглядами, но самолет уже действительно заходил на посадку, и он поспешил к Рейнхарду: от этого приезжего специалиста слишком многое зависело.

«Кукурузник» сделал последний круг, резко снизился и буквально плюхнулся на слишком еще короткую полосу, принялся тормозить и, было видно, лишь с невероятным трудом сумел остановиться метрах в десяти от накиданного лопатами сугроба в конце полосы. Люди помчались прямо к нему, начали выглядывать, кто там выходит из двери, но это был всего лишь летчик.