создано подобием Собственного «Я» Господа, то оно высеяно из Сокровенной Глубины, есть крупица или частица Сокровенной Глубины Господа, которая в Творении может находиться в разных состояниях или положениях и сознаваться различно.
Человек существует доподлинно, но в нем, в самом образующем его центре, помещено «подобие», его Я, которое существует иначе, не так, как в Подлиннике, в котором – «Я» Господа, «Я» Подлинника.
«Я» Господа есть «Я» в состоянии подлинности. Человеческое «Я» есть особая форма бытия Божественного «Я» в низшем и производном – род существования Подлинного в подобном. Человеческое «Я», Я-подобие – не заменитель, а полноправный заместитель, обладающий властью Подлинника над тем, что ему поручено.
Сердцевина Всевышнего – Его «Я». Когда Господь скорбит о человеке в Сердце Своем (Быт. 6:6), то будем понимать: Его «Я» скорбит о «Я» человека. Библейское понимание «сердца» человека и Бога наиболее близко пониманию «Я» человека и «Я» Господа.
В чем отличия «Я» Господа, Божественного Я-Подлинника, от человеческого «Я», от Я-подобия – сказать нельзя. Человеку в высшей точке его сознания открывается не отличие, а свое сродство с Ним. Это сродство и определяет религиозное самочувствие людей.
Господь Бог – Один. Всем – Одно Подлинное «Я». Состояние подлинности «Я» только одно. Состояния существования подобия Одного и Того же могут быть разные. В Восьмом Речении Господь в Замысле Своем постановляет сотворить иное – и рабочее – состояние Своего «Я», решает явить Подлинное «Я» в ином состоянии, существующем «как подобие» Подлинника. Между человеческим «Я» и Божественным «Я» протянута нить, благодаря которой каждому из людей кажется, что он под наблюдением, что на него специально обращено внимание свыше.
В 28 главе книги Бытия, во сне Иакова, эта нить представлена лестницей, по которой восходят и нисходят ангелы, посланцы Бога. По некоторым толкованиям эта лестница – лестница Богоподобия; и установлена она между сердцем человека как такового и Сердцем Господа.
Человек не просто живое существо, не только живой, он – живущий, он – живет, зная себя субъектом своего жизнедействия. Знает же он это потому, что обладает «Я», которым, кроме него, никакое земное живое существо не обладает.
Кто кого сознает в «самосознании», ощущает в «самоощущении», чувствует в «самочувствовании»? «Я», которое в человеке, стремится постигнуть душу человека – свои «окрестности». Естественно говорить: «мое тело» и «моя душа», а не «Я» души или тела. Человек знает, что его душа (или души) принадлежит «Я», а не «Я» – душе или телу.
Сущность и деятельность «Я» – центральный вопрос человековедения. Познать самого себя и познать человека вообще – это, прежде всего, познать, что есть его «Я», откуда оно в нем, для чего назначено, как работает в Структуре его внутреннего мира и как человек работает им в себе.
* * *
Человек – песчинка в Мире. Человек умрет, Мир останется. Человек знает это. Но знает и то, что без него Мир не может быть. Сознание своего «Я» подсказывает человеку, что Мир без него лишится своего центра. «Я» человека есть подобие подлинного Центра Всего Существующего. Потому человек переживает «Я» не иначе, как центром Всего.
Человек не может чувствовать себя живущим, не сознавая «Я». Сознание «Я» есть сознание того, что «Я» есть центр Всего, что есть. Без сознания «Я» нет сознания Существования как такового и его всеобщности.
Человек понимает, что до него, одновременно с ним и после него жили, живут и придут в жизнь великое множество людей и других существ. Но для него все они были, есть и будут только в отношении времени его существования. Любая длительность или протяженность в самосознавании отсчитывается от «Я». Начало координат времени не в «начале времен», а в существовании моего «Я». В «Я» не только начало отсчета, координатный нуль времени и пространства, но и мера длительности и протяженности –мера движения вообще.
Сознание «Я» – это сознание того, что Центр Всего существующего помещен во мне. Всё – непостижимая бескрайность. Человек сознает бесконечное и вместе с тем по самосознанию «Я» знает, что центр Всего помещен в него, и он держит его в себе. Это возможно потому, что он сознает «Я» не как слитный, а как выделенный центр Всего существующего. «Я» сознается и может сознаваться только в качестве выделенного центра Всего, существующего вокруг «Я».
Сознание «Я» – это и сознание себя центром Всего, и сознание выделенности этого центра во Всем*).
*) Апофатическое и в категориях внешнего познания определение «Я» дано в понятии атмана: субъекта, который не может стать объектом.
Выделенный во Всем Центр не означает отделенный от Всего выделенностью. Наоборот, выделенность центра «Я» вытекает из нераздельности Центра и Всего; сама по себе эта выделенность есть акт нераздельности Всего и Центра Всего.
Тело человека обладает сознанием своей отграниченности. Это придает телу сознание отъединенности (единичности) существования. В отличие от тела, несущего в себе сознание отъединенности, «Я» несет в себе сознание единственности.
«Я» человека, будучи подобием «Я» Господа, знает себя единственным выделенным центром Всего Существующего.
Сознание «Я» как сознание единственного (или, по крайней мере, единичного) выделенного Центра Всего существующего не отождествляет себя с первым лицом, но и не дистанцируется от него. Когда «Я» думает о «себе», то кто здесь есть кто? «Я» – тот, кто думает «о себе» – о том, авторски волящем деятеле, который переживается в первом лице. Чуть ниже мы поясним, в чем тут дело.
* * *
«Я» человека существует в состоянии подобия. Такое состояние жизни человеческого «Я» определяет само по себе чувство «Я» в человеке.
Человек чувствует свое «Я» не иначе как в сочлененности с Господом – в Вере. Вера есть устремленность человеческого «Я» (как Я-подобия) к своему Подлиннику и Источнику. Вера есть основополагающее, корневое чувство человеческого «Я», возникающее в силу потребности «Я» человека как такового чувствовать себя, то есть веровать.
Угасание как таковой Веры в человеке (а не, скажем, переход в другое Вероисповедание, пусть и самое светское) есть угасание чувства «Я» человека. Когда человек теряет Веру, то в нем утрачивается само чувство «Я»: человеческое «Я» тускнеет, разуподобляется, погибает. В состоянии полного безверия человек перестает быть подобием Господа и превращается в человекообразное существо.
Религиозное чувство есть высший и наиболее полноценный род чувства «Я». В чистом виде религиозное чувство есть чувство обращенности себя («как подобия») к Высшему Началу (как Подлиннику), устремленности своего «Я» к Его «Я» и чувство взаимодействия с Ним. Есть редчайшие минуты переживания всей полноты религиозной обращенности к Господу, в которых человеческое «Я» выносится навстречу Ему и живет наедине с Ним. В эти молитвенные мгновения «Я» переживается как таковое и вполне.
Наиболее внятно «Я» обнаруживает себя при обращении «Я» человека к «Я» Господа, в молитве. Суть молитвы – молвить от своего человеческого «Я» к «Я»
